Елена Арсеньева - Дамочка с фантазией Страница 39

– А если у нее нету телефона? – спросил Максим голосом кинопровокатора.

– Ты лучше вот этак не шути, – буркнул Долохов. – А то надену на тебя ошейник и заставлю по запаху ее след искать, понял? Ищи, Максик, ищи! – Он свистнул так, что задребезжали висюльки на люстре. – Так что молись, друг человека, чтобы у этой Ярушкиной оказался домашний телефон, понял?

Он снял трубку и торопливо набрал 09.

– Занято!

Набирал еще несколько раз и все время с досадой бросал трубку:

– Занято. Черт! А стоп, ребята. Зачем мучиться напрасно? Я все сейчас через Интернет найду. И телефон, и адрес!

Лицо его вновь стало оживленным, маска ярости слетела, и Валентина с Максимом не без облегчения переглянулись. Они оба числили себя не в робком десятке, однако в гневе Долохов был воистину страшен…

Хозяин включил компьютер, модем. Осмелевший Максим приблизился, с интересом глядя на экран.

Валентина подумала, что ей, кажется, больше здесь нечего делать. Наверное, можно пойти домой и все-таки поспать.

– Секундочку, – раздался озадаченный голос Долохова. – А это что за фигня? Максим, у меня что, глюки? А ну, посмотри, что это значит?

Максим наклонился к экрану:

– Ну, система сообщает, что файл «Profi.exe» является программным. И его пересылка по электронной почте не представляется возможной.

– Не понял, – сказал Долохов. – Я его отродясь никуда не посылал. Тут какая-то ошибка!

– Ну, бывает, железо само глючит, – авторитетно сказал Макс. – На то оно и железо. Ты на всякий случай проверь в «Проводнике»: у тебя этот файл на месте? А то мало ли что, может, ты его просто нечаянно кликнул, ну и…

– Да не кликал я ничего, – пробормотал Долохов, водя мышкой по столу. – Ладно, ты прав, проверю на… на вся… А это что за хренотень?!

– А что? – подсунулся к его плечу Максим, и даже Валентина, невольно заинтересовавшись, подошла поближе к компьютеру, хоть ничего и не понимала в этой технике.

– У меня что, сдвиг по фазе? – жалобно спросил Долохов. – Нет, это у компьютера сдвиг! Он зачем-то грохнул все… ВСЕ мои рабочие файлы и папки!

– Что, серьезно? – чуть не взвизгнул от ужаса Максим. – Точно, на обоих дисках одни программные файлы. Не может быть! А ну, открой «Корзину». И там пусто! Все уничтожено подчистую!

– Пусто, – обморочным голосом повторил Долохов. – Макс, ты что-нибудь понимаешь? А? Это что такое?

– Может, вирус? – пробормотал Максим. – Честно, не знаю. Я ведь в компьютерах так… только в «Word'e» работаю, ну, еще в «Exсelеe», да в «стрелялки» играю. Это Сережка Пластов у нас был соображучий по этой части, он железо насквозь видел…

– Давай живо! – выкрикнул Долохов, и Валентина вздрогнула. Только не от его крика, а при звуке имени, которое произнес Максим. – Живо, звони этому своему Сережке, пусть все бросает и едет сюда. Заплачу, сколько скажет, хоть тысячу баксов. Может, мои файлы еще можно восстановить?

– Ты знаешь, вряд ли… – пробормотал Максим огорченно. – Если бы ты после этого программу не закрывал, может, еще что-то и удалось бы воскресить, а ты ж выключил компьютер. И потом… Сережка… он никак не сможет прийти. Он погиб уже больше месяца назад. Сегодня сорок дней. Я на кладбище съездить с ребятами не успел из-за этих твоих дел, но на поминках надо появиться, а то неудобно как-то. А у тебя, наверное, вирус похозяйничал.

– Вирус… – рассеянно повторил Долохов – и вдруг вскочил так порывисто, что опрокинул стул. – Вирус не стал бы мои файлы по электронной почте отправлять! Это она!

– Кто? – спросила Валентина, не сразу поняв, о ком речь, а Максим, по молодости лет имевший более гибкое мышление, пренебрежительно хмыкнул:

– Эта лохматая в клешах?! Да брось-ка. У нее на такой прикол не хватит мозгов. Что я, ее не видел? Да она небось и на машинке-то печатать не умеет. Окна вон газетками вытирать собралась, прямо как с Урала.

– С Урала? – протянул Долохов зловеще. – Ничего себе, с Урала! Да ты разве не понял, зачем тут газетки лежат? Не понял, кто пожарных вызывал? Она, именно она, чтобы ее выпустили! А газеты и полотенце притащила, чтобы создать видимость пожара – на всякий случай. Вот и спички, видите? – Он потряс глухо погремевшим коробком. – Поджигательница чертова! Нет на нее наполеоновской армии!

– А вода зачем? – почти испуганно спросил Макс.

– Вода? – хмыкнул Долохов. – Ну, это самое простое! Водой она собиралась пожар заливать, если сильно разгорится. Да, барышня с фантазией. С большой фантазией! И я зуб даю: это она скачала мои файлы в свой компьютер. По электронке отправила. Она, зараза! А здесь стерла их все, чтобы разговаривать со мной с позиции силы! Ярушкина Елена Дмитриевна… – произнес он негромко, делая руками такое движение, словно выжимая только что постиранное белье. Или, вернее, словно откручивал кому-то шею. – Ну, попадись она мне! Да я ее сам отвезу во Владимирскую область и в тот же самый сугроб запихаю, откуда вынул!

– Ты ее из сугроба вытащил? – вытаращился Максим. – Во классно! А меня ругал, что я мочалок на Покровке кадрю. А сам-то…

Тут же он не без опаски оглянулся на Валентину и прихлопнул рот рукой.

– Слушай, ты, кажется, куда-то шел? – сердито сказал Долохов, выключая компьютер. – Ну и топай. Некогда мне. Пора идти!

– А куда ты? – спросил Максим.

– На кудыкину гору, воровать помидору, как говорят в нашем любимом городе, – огрызнулся Долохов. – Поеду в справочное бюро, искать адрес этой заразы Ярушкиной. Надо же что-то делать!

Он подобрал с пола куртку, стал неуклюже совать руки в рукава, но запутался. Валентина, чувствуя себя все-таки виноватой, подошла, помогла.

– Спасибо, – буркнул Долохов, не глядя.

Значит, сердится еще. Ну что ж, это понятно…

И вдруг он встрепенулся, уставился на Максима:

– Погоди, Макс! Я не просек сначала. Как, ты сказал, парня того зовут, которого поминают сегодня?

– Сережа Пластов.

– А отец его… отца, часом, не Олег Сергеевич звали? – напрягся Долохов.

Валентина снова вздрогнула.

– Ну да, вроде так, – неуверенно проговорил Максим.

– Странно, – пробормотал Долохов. – Очень странно. А впрочем, это не суть важно. Вот что, Максим. Я с тобой поеду. Мне на этих поминках очень надо побывать, понял? Потом придумаем легенду, по которой ты меня с собой взял. Ну, наврем что-нибудь, понятно? Пошли, быстро! Далеко ехать?

– Нет, на Провиантскую. Там столовка студенческая, в ней поминки будут. То есть Серега жил аж на Актюбинской, а родители его не знаю точно где, но поминки решили устроить здесь.

«Актюбинская – это мой участок», – автоматически отметила Валентина. Для нее вообще весь город делился скорее не на улицы, а на участки, обслуживаемые разными городскими консультациями.