Владимир Колычев - Голая и жестокая Страница 40

– К Сашке? – Вадим повел бровью.

– Я так сказал? – удивился отец. – Да, она говорила про какого-то Сашку. Точно, упоминала.

– Почему я узнаю об этом только сейчас?

– Да как-то вылетело из головы. Может, и не было никакого Сашки? А если и был, то что? Кто он по сравнению со мной? Я – глава крупной… ладно, не будем, – сам себя одернул отец.

– Ты глава крупной юридической компании, а он кто?

– Да никто. Слесаришко какой-то, ключи точит.

– Что делает?! – Вадим открыл рот, глядя на отца.

– Ключи. А что?

– Папа, а ты и в самом деле адвокатом работаешь?

Отец хлопнул себя по лбу.

– Голова дырявая! Я сейчас!

Он вскочил со стула, но Вадим успел схватить его за руку и удержать.

– Ты куда?

– Найти этого Сашку нужно, поговорить с ним. Человека к нему отправлю.

– Ты знаешь, где он живет?

– Нет. Можно, у Татьяны выяснить.

– Так она тебе и сказала!

– Если дура, то скажет!

– Если бы она была дурой, то с тебя уже сняли бы все обвинения. Нельзя к ней ехать. Тут нужно действовать тонко.

Вадим уже работал с Татьяной Чиркиной. Он знал, как выйти на одну ее подругу. Она-то и подскажет ему лично, как найти этого Сашку.

– Мне нужна одежда.

– Ну уж нет!

– Все равно ты меня здесь не удержишь! – Вадим решительно посмотрел на отца.

Тот кивнул, со скрипом принимая его волю.

Антип не имел интересов в Белоковске, потому и не было у него подходов к местным делам. Но в Москве у авторитета имелся человек, который мог навести справки о Жане, о Вешневе, о телодвижениях вокруг них. Источник, правда, не самый надежный, но Антип все же связался с ним, сделал запрос и сейчас ждал ответа.

Варвара подсела к нему на диван, сама пролезла под руку, он с удовольствием обнял ее.

– Что ты собираешься делать с Жаном? – спросила она.

– А где он?

– У тебя в подвале.

– Кто тебе сказал?

– Я видела, как его вели.

– Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. – Он убрал руку, демонстративно отказываясь обнимать эту красотку.

Но Варвара схватила ее, притянула к себе.

– А ты что, злишься? – спросила она.

– Нет, радуюсь!

– Ага, ты ревнуешь!

– Забудь про Жана!

– Ты, наверное, думаешь, что я молюсь на его мысленный образ? Не сплю по ночам, вспоминая о нем? А может, ты считаешь, что когда мы с тобой занимаемся любовью, я представляю его?

– Я ничего не думаю.

Антип убрал руку с ее плеч, потянулся к хрустальной бутылке с виски, плеснул себе в хайбол. Но Варвара выхватила у него стакан и выпила сама.

– Шалишь! – Он посмотрел на нее, не зная, радоваться или злиться.

– А это чтобы веселей было.

– Да мне как-то не особо скучно.

В подвале у него труп Никса плюс двое в наручниках – Жан и Кашалот. Вот-вот должны подъехать пацаны, которых он посылал за деньгами. А вдруг не вернутся, приберут бабки, как это сделал Никс?

– Значит, я тебя развеселила.

– Жан твой развеселил. – Антип мрачно усмехнулся. – Слинять от меня хотел.

– Мой Жан?! – Варвара остро глянула на него. – Нет! Он уже не мой. Я его никогда за это не прощу!

По идее, Антип должен был обрадоваться, но он, напротив, разозлился. Жан бросил Варвару, и она не может его простить. А почему? Да потому что любит! Он красавчик, бабы по таким сохнут.

Варвара встала перед ним на колени, сложила локти у него на ногах, не мигая, посмотрела ему в глаза и заявила:

– Ты должен его убить!

– Что? – Антип потрясенно посмотрел на нее.

– Ты должен его убить.

– За то, что он тебя бросил?

– Меня он бросил, а тебя кинет.

– Он пытался. – Антип мрачно усмехнулся. – Влюбился в свою красавицу и решил выйти из дела. Жан меня не кидал, но пытался сбежать от меня. Со своей красоткой.

– Тогда ты точно должен его убить! – Варвара с силой впилась пальцами в его бедра, в ее глазах колыхнулось злобное безумие.

– За то, что он пытался сбежать без тебя?

Антип сам схватил ее за руку, больно сжал запястье, но Варвара этого как будто не замечала. Она неистово смотрела ему в глаза.

– Я его ненавижу!

Антип несколько раз ударил ее раскрытой ладонью по щеке, и это привело Варвару в чувство.

– Не сходи с ума!

Она потрясенно смотрела на него, но ее взгляд стал проясняться.

Варвара приложила к щеке ладонь, виновато улыбнулась и сказала:

– Сама не знаю, что на меня нашло!

– Я знаю. Ты его любишь! А от любви до ненависти один плевок.

– В том то и дело, что не люблю, но простить не могу. Он должен был мне помочь, а вместо этого бросил. А почему? Потому что не любил. Жан обязан был меня обожать!

– А я?

– А ты не любишь? – Варвара возмущенно развела брови.

– А если бы так и было?

– Я бы тебя убила!

Антип покладисто улыбнулся. Он услышал именно то, что хотел. Хотя и понимал, что Варвара кривит душой.

Черный «Гелендваген» въехал в ворота большого красивого дома, и они закрылись.

Архаров видел это. Он вышел из своей машины, стоявшей чуть в стороне от ворот, и надавил на клавишу звонка, расположенную под видеокамерой и над динамиком, вмурованным в опорный столб. Ждать пришлось долго, минуты три-четыре, прежде чем послышался голос охранника. Видимо, парень отвлекся на своих дружков, которые только что прибыли незнамо откуда. Возможно, они приехали из больницы, где наводили справки о Вешневе. Или же парни разбирались с людьми Гаванца. Не исключено, что и в «Гелендвагене» находился сам Антип.

Ворота приоткрылись, и к Архарову вышел парень крепкого сложения в черной униформе с желтыми нашивками.

Он глянул на него и не особо деликатно осведомился:

– Чего надо?

– Майор Архаров, уголовный розыск. – Егор даже не думал доставать удостоверение.

Толку от него никакого, если нет постановления на обыск. В таком случае засветить корочки – все равно, что показать свою слабину. Тут нужно давить взглядом, фактурой, да так, чтобы противник верил тебе на слово.

– И что?

– Майор Архаров, – отчеканил Егор. – Уголовный розыск города Белоковска.

– Кто вам нужен? – Охранник не выдержал тяжести ментовского взгляда, хоть и слегка, но просел на душевных рессорах.

– Антипов Василий Павлович.

– Нет его.

Архаров чувствовал, что парень врет, но говорить ему об этом не стал. Угрозы от беспомощности – последнее дело.

– Это ничего. Я подожду. – Архаров сел в машину.

– И долго ждать будем? – спросил Семен Пирожников.

– До упора.

Егор поставил машину впритык к выезду из ворот. Это наверняка подействует противнику на нервы. У него должно возникать чувство, что каждая минута промедления – это лишний грамм тротила в бомбу праведного ментовского гнева.

Ждал он минут двадцать. Наконец-то ворота открылись, и со двора выехал «Мерседес» представительского класса. Машина остановилась, из нее вышел парень крепкого сложения в черном костюме и остановился возле задней дверцы, которая находилась в поле зрения Архарова.