Татьяна Первушина - Танцуют все, или Кащей с Берсеневки Страница 5

– Между прочим, Батон так и не сказал, от какого яда умерла Милена.

– Наверное, результаты экспертизы еще не готовы. Или в лаборатории до сих пор не разобрались, что за гадость ей подсунули.

Внезапный телефонный звонок отвлек нас от размышлений.

Я с трудом узнала в звонившем Володьку Симакова. Когда-то давно мы дружили, работая в одной риэлторской конторе, и я даже помогла Володькиной жене, когда у той начались проблемы с зубами. Мои знакомые стоматологи по самым низким, «дружеским» расценкам, вылечили ей пародонтоз.

Потом, когда я познакомилась с Димкой, и мой «Отелло» легко и просто ограничил круг моих знакомых до трех человек – двух старых дев и себя лично, наше общение с Володькой свелось к минимуму.

Правда, Симаков, помня добро и игнорируя негласные запреты моего ревнивого супруга, периодически поздравлял меня с Новым Годом, восьмым марта, а иногда даже вспоминал о моем дне рождения.

Поэтому я очень удивилась, так сказать, его «внеплановому» звонку. Володька взволнованно что-то тараторил в трубку. Наконец, я, прервав молниеносный «экскурс в прошлое», прислушалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Примечания

1

См. «Долг шантажом красен», «Чешский дневник».

2

коэффициент полезного действия.

3

Историю начала сыскной деятельности Яны Быстровой и Маргоши Пучковой читайте в книгах «Долг шантажом красен» и «Умереть дважды».

4

Батон – дружеское прозвище, приклеившееся к следователю прокуратуры Олегу Соловьеву еще с армейских лет, когда он служил вместе с мужем Яны Быстровой в «горячих точках». См. книгу «Долг шантажом красен».