Мария Жукова-Гладкова - Большие девочки не плачут Страница 55

Правда, Костя почти сразу же вышел в коридор, буркнув мне, что ему надо позвонить. Карасев выбрался из-под дерущихся женщин и сидел на полу, хватаясь за голову. Полицейские после недолгого совещания бросились разнимать дам, но вскоре оставили это занятие, поскольку несколько раз получили болезненные удары и явно не хотели, чтобы дамы ненароком заехали им по самому дорогому.

Костя вернулся с двумя баночками – с заспиртованной лягушкой и заспиртованной змеей, передал их комиссару и рекомендовал осмотреть весьма любопытный склад. Костя остался, полицейские ушли с обещанием вернуться и на самом деле вскоре вернулись с удивленными лицами. Да они еще остального не видели! Или тут сейчас уже нет останков черного петуха? А веревку с крюка в «комнате висельника», как я ее называла, я в свое время забрала для спасения Абдуллы. Без веревки с петлей крюк с табуреткой явно не смотрелись зловеще.

Дамы продолжали драться и обзывать друг друга нехорошими словами. Спас ситуацию Василий, появившийся в сопровождении двух молодцев. Я не могу утверждать, что именно эти двое меня похищали, поскольку лиц не запомнила, но, наверное, они. Или у Василия несколько пар телохранителей? Ведь в его доме, насколько я помнила, было занято несколько спален. Он приехал со своими телохранителями и со своим поваром?

– А ну прекратили драку! – рявкнул Василий и растянул двух дерущихся женщин за шкирки.

Местные полицейские стояли в углу и не вмешивались.

– Мы пойдем, – сказал Костя комиссару и взял меня за руку.

– Так, опять она! – взревела Лена.

«Да тут, похоже, две сумасшедшие, а не одна», – подумала я.

Василий бросил взгляд через плечо и сказал:

– Она на меня не претендует. У нее свой мужик есть.

– Так, а этот восточный куда делся? – обвела взглядом комнату Лена.

– Он-то тебе зачем? – закричала черноволосая. – Хотя… Может, ты к нему уйдешь и оставишь Василия в покое?

– Да не нужен он мне, это я ему нужна!

– Значит, он приходил ко мне гадать на тебя?! – откровенно поразилась черноволосая.

Мы с Костей переглянулись.

– Он ко мне приставал! – тем временем орала Лена. – Я не знала, как от него отделаться!

– Цветы дарил? Драгоценности? – вкрадчиво уточнил Костя.

– Ничего не дарил! В номер заявлялся без приглашения, и не выставить было! Вопросы задавал, кто я, зачем приехала и прочую чушь. На улице подлавливал.

«А букет и колье прислал мне?»

Я ничего не понимала. Или у восточного дядьки просто зудит в штанах, и он выбирал себе жертву из одиноких женщин? Лена-то в номере остановилась одна. И я одна. Но он меня сразу же узнал! И букет узнал! И знал, что отправлял его мне!

Комиссар попытался прояснить ситуацию с помещением гражданки Российской Федерации в подземелье, откуда ее вызволили местные полицейские.

– Мы сами разберемся, – сказал Василий. – Это бабы меня делят.

По-моему, полицейских такой расклад очень устраивал (русские уже надоели до чертиков), и, более того, они поверили в представленную версию, став свидетелями драки женщин. Да и заявлений никто не писал и явно не собирался. Дамы собирались сами делить мужчину.

– А вот это что такое? – комиссар потряс банкой с заспиртованной лягушкой.

– Это хозяйское, – сказала бывшая жена Карасева. – Это все было в доме.

– А магические причиндалы? – спросил Костя.

– Большая часть была, кое-что мое. Я же сюда работать приехала! Спасать людей! Здесь опасно находиться! Вы понимаете, что я вам всем втолковываю?! Курорт проклят, и моих сил не хватает, чтобы снять это проклятие!

– Пошли отсюда, – тихо сказал мне Костя и посмотрел на комиссара.

В результате мы с Костей и полицейские помещение покидали одновременно. Карасев остался. Я не понимала, зачем. Может, спасать бывшую жену? Так ее, по-моему, следовало спасать при помощи медиков вполне определенной специализации. Или от Василия с Леной?

– Жалко девчонку, перерезавшую вены, – сказал комиссар. – Но это чистое самоубийство с предсмертной запиской. Предъявить этой даме мы ничего не сможем. Да, в общем-то, она и не доводила ее до самоубийства. И что такое покончившая с собой от несчастной любви русская девушка и русская ведьма в сравнении с отрядом американских морских пехотинцев?!

Комиссар тяжело вздохнул.

– Я думаю, что вы впервые порадуетесь такому количеству русских на курорте, – невозмутимо заметил Костя.

Все трое полицейских посмотрели на него.

– Вы в самом деле думаете, что наши граждане, выехавшие на отдых, позволят каким-то американцам, пусть и морским пехотинцам, его испортить? Да сейчас тут все враги и конкуренты объединятся и выступят единым фронтом, чтобы американцы ловили террориста где-нибудь в другом месте. Я бы вам только посоветовал подсказать нашим гражданам, куда направлять свою энергию. От этого всем будет хорошо, кроме американцев. Из вашей страны они уберутся, причем сделано это будет руками русских, а наши граждане просто хорошо отдохнут.

– А террорист? – спросил комиссар.

– Вы считаете, что он приехал взрывать вашу страну? С какой целью ее можно взорвать? И вообще вы уверены, что он здесь?

Комиссар пожал плечами. Я же раздумывала, какую игру ведет Костя. Или просто зарабатывает орден и очередную звездочку на погоны?

Абдулла сейчас находится в доме, который снял Костя. С другой стороны, почему я решила, что террорист – Абдулла? Да он слишком тучный и неповоротливый для террориста. Хотя я никогда не видела ни одного террориста живьем. Но все равно мне казалось, что эти люди должны быть спортивными, подтянутыми… Или нет? Ведь подключают же к терактам женщин? Я даже читала где-то, что часто используют беременных на малых сроках. Они легко внушаемы, да и беременеют от своего инструктора, который специально влюбляет их в себя. Может, Абдулла поэтому и является успешным международным террористом, что его никто в здравом уме за террориста не примет?

Хотя он приехал на курорт с тремя женами, по приглашению Владимира Станиславовича. Абдулла с отцом (или вся их семья, я точно не помнила) владеют компанией с мировым именем – «Игл Констракшн». Он что, терроризмом на досуге занимается? Хобби у него такое? Бред. Эти американцы явно что-то напутали.

Полицейские загрузились в свой автомобиль, мы с Костей – в его джип.

– Костя, а Абдулла – террорист? – спросила я.

Костя разразился диким смехом. У него даже слезы на глаза выступили.

– Тогда зачем сюда прилетели эти американцы?

– За арабским террористом с международной репутацией.

– Он на самом деле находится на этом курорте?

– А кто ж его знает? Ты тут видела много восточных людей?

– Не много, но видела. Сегодня, например. Влюбленного в меня психа. Потом один раз у озера, когда телохранители восточного мужика дрались с нашими. Но тот вроде был грузин. И этот тоже наш, только я не пойму, какой национальности. Кстати, а американцев много прилетело?