Юлия Шилова - Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо Страница 58

— У меня нет столько денег, чтобы туда‑сюда мотаться, — продолжала Клава, — Я троих детей одна ращу. На эту‑то поездку еле накопила. Так что у меня разговор короткий: назвал прилюдно меня женой — значит, пусть женится, и точка! А то ишь надумал, чтобы я к нему постоянно моталась! А о моем бюджете он подумал?! Так что дадим ему валенки, ушанку и пусть привыкает к сибирским морозам.

— Женщина, возьми другого в свою Сибирь, — отстаивал честь друга напарник Хасана. — Поговори с кем‑нибудь еще, может, кто и поедет. Вон, на той стороне Саид работает. Его в тюрьму должны посадить, ему нужно укрыться. Поговори с ним — он должен поехать в твою Сибирь.

— Нам в Сибири еще только уголовников не хватало! — вскипела Клавдия. — Я кого попало в Сибирь не повезу. Мне нужны настоящие чувства.

— Саид будет тебя любить!

— Я своего Хасанчика ни на кого не променяю, — отрезала Клава. — Если мой перец завтра в своей лавке не появится, то я его больше караулить не буду. Я просто эту лавку с землей сровняю. Так моему перцу и передай! — воинственно произнесла Клава.

— Передам, — испуганно ответил араб и быстро ушел в свою лавку.

— Ладно, поехала я в отель. Увидимся. Ты, наверно, тут где‑то рядом живешь?

— Тут недалеко, — я показала, в какой стороне находится мой дом.

— Ну как, здесь условия‑то для жизни — нормальные?

— Обыкновенные, — пожала я плечами.

— Кровати‑то хоть есть?

— Конечно. И кровати, и тумбочки, и электричество.

— В общем, жить можно, — сделала вывод Клавдия.

— Можно, но не нужно, — грустно произнесла я и почувствовала, что на мои глаза набежали слезы.

— Не грусти, подруга, прорвемся, — дружелюбно похлопала меня по плечу Клава. — Завтра увидимся. Я сюда приду своего перца ловить.

— До встречи! Я как только тебя из окна увижу, так сразу вниз спущусь.

— Приходи, вдвоем веселее. Если Хасан объявится, то мы его с двух сторон схватим за яйца — и в Сибирь. Верно я говорю?

— Верно.

— С мужиками только так и надо: за ухо и в Сибирь, в ссылку. Это ему не по пальмам лазить!

Распрощавшись с Клавой, я вернулась домой и, открыв входную дверь, ощутила, как я вся покрываюсь холодным потом. Посреди комнаты стоял Валид и смотрел на меня суровым взглядом.

ГЛАВА 23

— Ты где была?

— С Ахмедом по делам ездила, — поколебавшись, ответила я. — Можешь спросить у него.

— Почему ты не вернулась домой сразу, а разговаривала с пляжной женщиной?

— Я встретила знакомую.

— У тебя здесь не может быть знакомых. Ты не имеешь права ни с кем общаться, кроме Ахмеда. А ты стоишь рядом с пляжной женщиной, и на тебя смотрят проходящие мимо мужчины. Они думают, что тоже такая же развратная, как она. А ты моя жена.

— Я с тобой развожусь.

— Ты хорошо подумала?

— Над чем?

— Над тем, что мне сейчас сказала.

— Я уже давно обо всем подумала. Как у вас тут разводы оформляются? Свидетельство о регистрации брака у тебя — отдай его мне, и пошли разводиться.

— Ахмед сказал, что ты ждешь ребенка от меня.

— Ему померещилось. Нет никакого ребенка.

— Так ты беременна или нет?

— Я пошутила.

— Этим не шутят!

— От кого рожать‑то, от тебя?

— А почему бы и нет?

— Да у тебя гены вора и альфонса. Ты придумал душещипательную историю про тюрьму, развел меня на двадцать тысяч долларов. Ты украл мои серьги, деньги и пластиковую карту. Я звонила в службу поддержки, хотела ее заблокировать, но ты снял все, на счету нет даже и цента. Что тебе еще от меня надо? У меня больше нет денег! Если ты рассчитываешь на мою московскую квартиру, то знай: тебе ничего не перепадет. Я обещаю. Я видела тебя в аэропорту, ты встречал там блондинку. А потом вы сели в машину. Я ехала за вами. И видела, в каком отеле вы остановились. Я могла рассказать этой женщине о тебе все, чтобы она знала, кто ты на самом деле, но я не стала этого делать. Я поняла твою настоящую сущность и хотела бы задать тебе один вопрос. Зачем ты так со мной поступил? Зачем ты на мне женился?

Валид молчал, но при этом не сводил с меня своего злобного взгляда.

— Кстати, почему ты так рано вернулся? Ты же рассчитывал приехать завтра? Что за срочность? Как же ты оставил в одиночестве такую роскошную блондинку? Ведь ее же может кто‑нибудь увести, тогда останешься без любви и без денег. Так что, Валид, давай разойдемся по‑мирному, а то ведь я могу пойти в туристическую полицию и рассказать о твоем воровстве и мошенничестве. Поэтому, мой дорогой муженек, если ты не хочешь неприятностей, то давай быстро разведемся, забери у Ахмеда мой паспорт и отправь меня на родину. Посчитаем наш брак маленьким недоразумением, которое мне стоило денег и нервов.

— Заткнись, женщина! — прошипел Валид и сделал несколько шагов в моем направлении.

— А ты побудь хотя бы раз нормальным мужиком и отправь меня на родину.

— Ты моя жена, моя собственность, и будешь делать все, что я тебе говорю!

— Я пойду в туристическую полицию и в российское консульство, — заявила я решительным голосом.

— Если ты хочешь, чтобы я испугался, зря стараешься, — злобно усмехнулся Валид. — Это моя страна, мои законы и мои порядки. Ты тут никто. У тебя даже вера другая. Ты не захотела принять ислам, выучить Коран, надеть хиджаб и терпеливо ждать мужа с работы, во сколько бы он ни пришел, и не лезть в мужские дела. Ты решила снова стать пляжной женщиной. Я не дам тебе улететь из этой страны, потому что я твой муж и ты должна жить здесь. Зря ты надеешься, что Ахмед отдаст тебе твой паспорт. Я оставлю в аэропорту твои координаты, и тебя не выпустят из страны.

— Что ты заладил: жена да жена?! Ты же меня не купил.

— Я взял тебя в жены, и ты должна мне подчиняться.

— Да что ты от меня хочешь? — отчаянно крикнула я.

— Ты моя жена, и ты обязана меня слушаться. Мне надоела твоя непокорность!

— Но я не хочу с тобой жить! Не хочу!

— Наша совместная жизнь — это кара за твою непокорность. И не стоит пугать меня полицией. В моей стране должна бояться полиции ты, а не я. Ты пляжная девка! Ахмед сказал, что ты пила виски.

— С тобой тут не только пить начнешь!

— Ты не должна употреблять алкоголь.

— Ты сам меня довел до этого.

Достав из кармана свой мобильный телефон, я принялась нажимать на все кнопки подряд и бормотать себе под нос:

— Какой там у нас номер телефона туристической полиции? Я еще в Каир позвоню в российское посольство и в МИД. Ты не переживай, я обращюсь во все инстанции. Меня в беде не оставят, а на родину по‑любому отправят. Это мы, русские люди, только с виду такие злые, неулыбчивые и недружные, а если горе приключится, то каждый из нас друг другу свое плечо подставит. Так что мы такие сплоченные, дай бог каждому. А еще я матери сейчас позвоню, она весь МИД на уши поставит. Друзья меня тоже в беде не оставят.