Украденные прикосновения - Нева Алтай Страница 34

– Не. Испытывай. Меня, – шепчу я, кладу руку ей на затылок и приближаю ее лицо к своему. – Потому что, если я увижу, что кто-либо еще смотрит на тебя так, как только что смотрел Паскуале, я его прикончу.

– Ради бога, Сальваторе. Это совершенно…

Прижимаясь к ее рту, я проглатываю ее слова и запускаю левую руку под футболку. Милена ахает и застывает на секунду, но затем ее руки обвиваются вокруг моей шеи, притягивая меня к себе.

Я провожу губами по ее губам, прежде чем отодвинуться от нее на ничтожное расстояние, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Я прикончу его, Милена. Кто бы это ни был, – повторяю я и провожу руками по ее бокам к бедрам. Затем подхватываю ее и поднимаю, прижимая к задней стенке. – Поняла?

Милена кивает и обнимает меня ногами за талию, а затем стонет, когда мой твердый член прижимается к ее лону. Я не помню, чтобы когда-либо хотел женщину так страстно, чтобы она заполонила все мои мысли.

– Почему у тебя в гостиной кот точит когти о персидский ковер? – спрашивает моя мать откуда-то из-за моей спины.

– Мы заняты, Илария, – отвечаю я и продолжаю атаковать губы Милены.

– А я и вижу.

Милена извивается в моих руках, поэтому я неохотно опускаю ее и провожаю взглядом, когда она выходит из лифта и несется по коридору мимо Иларии в пентхаус. Черт бы побрал этого кота.

– Ты позволил ей принести сюда кота? – спрашивает Илария.

Я прохожу мимо нее и направляюсь прямо в гостиную.

– Это не кот. Это дьявольское отродье. И кстати, разве Козимо не должен был тебя встретить?

– Он в пути, – отвечает Илария.

Ада накрывает обеденный стол к завтраку, поэтому я сажусь на стул, с которого мне открывается свободный обзор на гостиную. Милена стоит перед книжной полкой, уперев руки в бока и пытаясь заставить Курта спуститься с нее. Во рту у него что-то похожее на кусок колбасы.

– Сколько ей лет? – спрашивает Илария и садится рядом со мной.

– Двадцать два.

– Молодая. Она хорошо справилась в лазарете. Она студентка-медик?

Кот спрыгивает с полки и шмыгает под диван. Милена приседает и изгибается, чтобы заглянуть под мебель.

– Медсестра. – Я тянусь за своим кофе и делаю глоток.

– Почему ты женился на ней, Сальваторе? Козимо сказал, что это из-за какого-то соглашения с чикагской Семьей, но мы оба знаем, что никто не может заставить тебя что-либо делать.

– Я не совсем уверен, Илария. – Я наклоняю голову, с вожделением глядя на упругую попку Милены, продолжающей заглядывать под диван. – Она полностью запудрила мне мозги. Я начал вести себя иррационально.

– Как это?

– Несколько дней назад она поехала навестить подругу. Одна. Я сорвался. Кричал на Нино всю дорогу от офиса до парковки.

– Это на тебя не похоже.

– Я знаю.

Милена наконец ловит кота и несет его на кухню.

– Ты ешь здесь! – она указывает на миску в углу.

Кот смотрит на нее, запрыгивает на столешницу и затем на холодильник, где продолжает жевать колбасу. Милена взмахивает руками, оставляя кота на холодильнике, и подходит, чтобы сесть рядом со мной.

– Итак, ты никогда не говорил мне, что твоя мама хирург. – Милена берет пирожное с блюда в центре стола. – Это было потрясающее зрелище, миссис Аджелло. Вы всегда латаете людей Торе?

Моя мать вскидывает брови, когда слышит это прозвище.

– У Сальваторе есть врач общей практики, который занимается обыденными делами. Они обращаются ко мне только при серьезных ранениях, – говорит она и бросает косой взгляд в мою сторону. – Я не против – до тех пор, пока извлекаю пули не из тела моего сына.

– Да, я слышала, что такое случается довольно часто. – Милена засовывает в рот остатки своего пирожного и встает из-за стола. – Я собираюсь завалиться спать. Я нужна тебе в офисе после обеда? – обращается она ко мне.

– Нет. Через час у меня встреча с Артуро, которая займет большую часть дня, – отвечаю я.

– Как насчет сна? Мы на ногах с двух ночи.

– Ты приглашаешь меня присоединиться к тебе, cara?

Ее глаза расширяются, прежде чем она морщит нос, глядя на меня.

– Ты знаешь ответ на этот вопрос. – Она поворачивается к Иларии: – Было приятно познакомиться с вами, миссис Аджелло. Надеюсь, что в следующий раз мы увидимся при менее драматичных обстоятельствах.

Как только Милена исчезает из виду, моя мать скрещивает руки на груди и пронзает меня взглядом.

– Cara?

– Да. А что?

– Никогда не слышала, чтобы ты давал кому-нибудь ласковое прозвище.

– Все бывает в первый раз.

Глаза Иларии сужаются.

– И вы двое не спите вместе?

– Не понимаю, каким образом это тебя касается.

– Значит, не спите.

– Нет. Пока нет.

– Ты не заводишь отношений, Сальваторе. Я очень сомневаюсь, что ты знаешь, как вести себя в отношениях. Насколько я знаю, ты использовал женщин только для секса, так что же такого особенного в этой девушке? Вы уже женаты. Зачем строить из себя просто соседей?

– Я уже лишил ее возможности делать важные выборы в своей жизни, – говорю я. – Когда мы в конце концов переспим, это будет потому, что она решила сделать этот шаг.

– То, что я увидела в лифте, не было чем-то, что делают в начале отношений. – Она качает головой. – Воздух вокруг вас двоих буквально гудит от сексуальной энергии. Я уже подумываю запереть вас двоих в комнате и уйти.

– Она все еще злится на меня.

– За то, что ты женился на ней?

– Я не думаю, что сам по себе брак так уж сильно ее беспокоит. Это из-за того, что вылилось из заключения брака. – Я наливаю себе еще кофе. – Я заставил ее уволиться из больницы, где она работала.

– Она не хотела уходить с работы?

– Нет. Возможно, если бы ситуация была иной, мы могли бы что-нибудь придумать, но сейчас, когда ирландцы убивают направо и налево, я не могу рисковать.

– Значит, ты позволил бы ей работать, если бы ирландцы не вмешивались?

– Возможно. Если бы она согласилась перевестись в гинекологию или педиатрию. Куда-нибудь, где нет взрослых пациентов мужского пола.

– Ты хочешь сказать, что ревнуешь?

– Я не ревную. – Я отпиваю кофе. – Просто у меня возникает непреодолимое желание убить любого мужчину, который хотя бы взглянет на мою жену.

Моя мать смотрит на меня несколько секунд, затем кладет руки на стол и наклоняется вперед.

– Я искренне надеюсь, что это мимолетная влюбленность, – говорит она. – Да поможет ей Бог, если ты действительно зациклился на ней.

– Звучит так, будто ты предвещаешь что-то недоброе.

– Потому что так оно