Частица твоего сердца - Эмма Скотт Страница 42

Он не остановился у стойки регистрации, а направился прямо ко мне. Я даже не успела ничего сказать. Он заключил меня в безопасность объятий, а я закрыла глаза и прижалась к нему, позволяя себя поддержать. Я не помнила, когда в последний раз делила с кем-то бремя. Ронан же принял все молча, и на несколько драгоценных мгновений я застыла в его укрытии; от него пахло свежестью и чистотой после душа. Теплом. Я слышала, как в его груди ровно билось сердце.

Когда я отстранилась, на меня вновь нахлынули страх и беспокойство. И все же я немного пришла в себя, готовая встретить все, что ждало впереди. Как будто Ронан передал мне часть своей силы.

– Что случилось? – спросил он, когда мы устроились в зале ожидания.

– Мы смотрели фильм, – проговорила я. – Казалось, что все в порядке. Но когда она встала, чтобы пойти на кухню, то немного споткнулась. Я вскочила и попыталась ее поддержать, но она продолжала падать, медленно выскальзывая из моих рук. – Я ощутила подступившие слезы. – Она сильно ослабела или… потеряла сознание. Я не знаю. Веки ее подергивались, и она что-то бормотала. Я вызвала «Скорую» и теперь просто жду. Боже, это ожидание… – Я запустила руки в волосы, а потом уперлась локтями в колени. – Если с ней что-то случится…

Я закрыла глаза, не желая думать о будущем без Биби.

«Не сейчас. Пожалуйста. Я еще не готова…»

Ронан ничего не сказал, но, когда я подняла глаза, на его лице читалось беспокойство, а губы сжались в тонкую линию.

– Я знаю, почему позвонила тебе первому, – произнесла я. – Потому что ты тоже о ней беспокоишься. К тому же я немного расклеилась и знала, что ты поможешь мне собраться.

– Шайло…

– Это нетипично для меня. Обычно я не принимаю ничью помощь. Спасибо, что ты здесь.

Ронан попытался что-то сказать, но из двойных дверей появился высокий врач с темными волосами и добрым лицом.

– Баррера?

Я вскочила на ноги… как и Ронан.

Доктор в белом халате и синей униформе отделения неотложной помощи подошел к нам.

– Я доктор Фентон. Как я понял, Биби – ваша бабушка?

– Прабабушка. Как она?

– С ней все хорошо. Сейчас она отдыхает.

У меня вырвался огромный вздох облегчения, и я привалилась к боку Ронана. Он крепко, ободряюще обнял меня.

– Что вообще произошло?

– У нее случился приступ гипотонии. Проще говоря, упало давление, – пояснил доктор Фентон. – Мы провели кое-какие исследования и не выявили никаких проблем с надпочечниками или сердечными клапанами. Я бы рекомендовал изменить питание и принимать флудрокортизон для повышения объема крови. В целом она в добром здравии, и прогнозы оптимистичны. Вероятнее всего, ей не понадобится дальнейшее лечение. Но я бы советовал ей понаблюдаться несколько недель у врача, а потом регулярно проходить осмотр. Просто на всякий случай.

Я кивнула, впитывая все сказанное, крепко цепляясь за слова об оптимистичном прогнозе и добром здравии.

– Все, что нужно. Я сделаю все, что понадобится.

Доктор улыбнулся.

– Биби высоко отзывается о вас, Шайло. Она сказала, вы прекрасно о ней заботитесь.

«Не так уж и прекрасно».

К глазам вновь подступили слезы, но усилием воли мне удалось их сдержать.

– Я могу ее увидеть?

– Сейчас она в стабильном состоянии. И она спит. Лучше позвольте ей отдохнуть и возвращайтесь утром.

– Но она одна…

– И спит, – мягко повторил доктор Фентон. – Именно это ей сейчас нужно.

Я неохотно кивнула.

– Хорошо. Спасибо. Я вернусь рано утром.

– Как ты доберешься домой? – спросил Ронан.

– Я на машине. Последовала за «Скорой». Мне не позволили поехать вместе с Биби. Боже, это была худшая поездка в моей жизни. Не знать…

Я вздрогнула, и он обнял меня еще крепче, а затем отпустил.

Мы подошли к парковке для посетителей. Дрожащими пальцами я вытащила из сумочки ключи и тут же уронила на бетон. Я наклонилась, чтобы их поднять, и Ронан последовал за мной. Своей большой ладонью он накрыл мою.

– Я поведу.

Я выдавила из себя ухмылку.

– Думаешь, ты с ней справишься?

Он не стал поддразнивать меня или шутить.

– Я поведу, – просто повторил он.

Все в нем казалось надежным и устойчивым. Он подвел меня к пассажирскому месту и открыл мне дверцу, потом обошел машину и сел за руль. Я опустилась на сиденье. От его спокойной уверенности в себе мне стало легче. В парне за рулем есть нечто неотъемлемо мужское, и, даже будучи полностью вымотанной и выжатой как лимон, я смогла это оценить. Ронан умело вывел громоздкую машину со стоянки. Он управлял «Бьюиком» так, словно ездил на нем уже сотню раз.

Доехав до моего дома, он завел машину в гараж. И прежде чем я успела вылезти наружу, Ронан уже оказался рядом со мной. Я вдруг подумала, не стоит ли выбросить все феминистские замашки в окно и позволить ему, словно пещерному человеку, отнести меня внутрь.

Ронан проводил меня в дом и неуверенно замер посреди кухни.

– Ты хочешь отдохнуть на диване или…

– В своей комнате. Я вот-вот свалюсь в обморок. Страх чертовски выматывает.

Он кивнул. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, я вдруг остро осознала, что мы здесь одни. Я вновь вспомнила наш поцелуй, который так отличался от всех, что были у меня прежде. Его я ощутила где-то глубоко внутри.

Но Ронан внезапно разорвал его и ушел, оставив меня одну в машине.

– Тебе не обязательно оставаться, – проговорила я. – Со мной все хорошо.

– Ты уверена?

– Уверена, – солгала я.

– Ладно, – медленно проговорил он. – Спокойной ночи.

Он уже собрался уходить, а я вдруг ощутила, как вновь нахлынул страх. Передо мной распростерлась одинокая ночь.

– Подожди.

Он обернулся.

– Я… я… – Не получалось выдавить ни звука. Я понятия не имела, как сказать ему, что он мне нужен. Прежде мне не доводилось говорить таких слов.

Ронан кивнул, словно услышал меня, и выражение его лица смягчилось.

– Хочешь немного воды?

– Теперь, когда ты упомянул об этом…

– Иди ложись, а я принесу, – проговорил он, и я поняла, что он сделал. Избавил нас от неловкости идти в мою спальню вместе.

В своей комнате я включила радужные лампы; после режущих глаз флуоресцентных светильников в больнице их мягкий свет успокаивал. Я тяжело опустилась на кровать и скинула ботинки. Силы исчезали с каждой минутой. Я перевернулась на бок и свернулась калачиком, положив голову на подушку.

Вошел Ронан, держа в руке стакан с водой. От природы наделенный грубой, притягательной сексуальностью, в свете разноцветных ламп он выглядел просто прекрасно.

Ронан поставил