Развод. Когда ты потерял меня - Пеллегрино

Лилия

Развод. Когда ты потерял меня

Глава 1

Лена

Я ждала Диму с работы. С каждой минутой моё состояние ухудшалось: я была уставшая, сонная и невероятно раздражённая. Телефон жужжал от уведомлений, но я не могла его взять. На руках капризничала Сонечка — прорезывание зубов. Другим детям в семь месяцев достаются нижние резцы, потом верхние, а нам выпал джекпот: лезли первые клыки, и лезли они мучительно, с температурой и бесконечными слезами.

Я снова была одна. Дима полностью погрузился в работу, став после рождения дочери почти призраком в собственном доме. Он постоянно занят, постоянно на совещаниях, а я погрязла в быту и ребёнке. За семь месяцев мы отдалились так, будто нас разделил океан.

«Легче будет» — вот что говорила мама, когда после выписки настояла переехать к нам. На деле она превратила мою жизнь в ежедневный экзамен на звание «Идеальной Жены и Матери». Стирка и глажка только руками. Мне — отдельная, диетическая еда. Мужу — непременно мясо. На мои жалобы на разрывы и боли в спине был один ответ: «Все рожали, не будь такой неженкой!» Весь день она капала на мозги, а вечером, когда я пыталась излить душу Диме, он устало отмахивался: «Не сейчас, Лен, устал сильно». Или: «Не говори глупости, она твоя мать, она желает тебе только самого наилучшего».

Я устала бороться за его внимание. Устала быть плохой дочерью, плохой матерью, плохой женой. Я просто обросла толстой скорлупой в своём шатком, расшатанном мире.

Наконец-то Сонечка задремала. Я присела, стараясь не шевелиться, и дрожащей рукой потянулась к телефону, чтобы не провалиться в сон самой.

Сердце пропустило удар.

Я увидела её. Мою младшую сестру, Вику. В её социальных сетях обновилась фотография. Первое, что бросилось в глаза — её сияющая, не знающая усталости улыбка и огромный букет. Она была в элегантном платье, на каком-то, судя по антуражу, дорогом светском мероприятии.

Но я смотрела не на неё. Я смотрела на человека, который стоял рядом. На Диму.

Он тоже улыбался. Так открыто, так расслабленно. Это была не та дежурная, уставшая улыбка, которую он дарил мне последние месяцы, а та, которую я не видела с нашей свадьбы. Они стояли близко, плечом к плечу, и смотрелись… как влюблённая пара. Он даже смотрел не в объектив, а куда-то в сторону Вики.

Глава 2

Лена

Я сидела в полном ступоре. Часы показывали далеко за полночь, но сон ушёл. Я боролась с эмоциями, пытаясь сохранить внешнее спокойствие, пока ждала Диму. Нужно было спокойно выяснить, где он был и что означает эта фотография.

В замке щёлкнул ключ.

Дима вошёл — слегка помятый, но в целом довольный и расслабленный. Увидев меня, он не поспешил обнять или поцеловать. Вместо этого он произнёс:

— Почему ты не спишь? Тебе нужно отдыхать и беречь себя, Лен. Совсем плохо выглядишь.

«Совсем плохо выглядишь». Какая «забота»! Семь месяцев его не волновало моё состояние, а теперь, после вечера с моей сестрой, он вдруг вспомнил о моей внешности.

— Где ты был, Дима? И почему так поздно? — Мой голос был низким, в нём не было ни намёка на истерику, только давящий холод.

Он подошёл, коснулся губами моей щеки — сухой, быстрый, механический жест, который не нёс ничего, кроме раздражения.

— Корпоратив на работе. Небольшое празднование закрытия проекта, — отмахнулся он. — Я очень устал. Давай поговорим утром?

— Нет. Мы поговорим сейчас, — я поднялась, чувствуя, как внутри меня разгорается ледяное пламя. — Я видела фотографию в соцсетях Вики.

Дима замер. Он не обернулся, но плечи напряглись.

— Я прямо спрашиваю: почему на твоём корпоративе была моя родная сестра?

Он медленно повернулся. На его лице не было ни вины, ни раскаяния. Только ледяное, раздражённое высокомерие.

— Потому что Вика была приглашена. Приглашены были мы вдвоём. А так как ты сейчас сидишь дома с ребёнком, вечно болеешь и выглядишь соответствующе, я пригласил её вместо тебя. Лен, ты же не хочешь, чтобы пропадал билет?

Я стояла как под ледяным душем. Он не просто пригласил её — он сделал это, потому что стеснялся меня.

— Ты… ты что, стесняешься меня? — Я едва могла говорить.

Он вздохнул, закатив глаза. Устало провёл рукой по лицу, будто я была не его жена, а надоедливая муха, которая мешает ему отдыхать.

— Почему сразу такие мысли? Я же вижу, что ты от меня отдалилась. Ты постоянно усталая, тебе ничего не нужно, никуда не хочешь. Я просто не хотел тебя беспокоить этой светской суетой.

— Ты не хотел меня беспокоить или не хотел, чтобы я испортила твою идеальную картинку? — Я горько усмехнулась.

Тут он взорвался.

— Прекрати эту тупую истерику, Лена! — Он рявкнул так, что я отшатнулась. — Ты сама виновата! Тебе помогают все: и мать, и Вика! А ты за столько времени не пришла в форму! Не хочешь заниматься собой! Что ты хочешь от меня? Чтобы я делал вид, что всё нормально, когда ты вечно ноешь и ходишь как зомби⁈

Каждое его слово было как удар хлыстом. Я чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но я не позволяла им пролиться. Я молча опустилась на край кровати, пытаясь собрать остатки своего достоинства.

— Значит, всё-таки стесняешься? — повторила я, глядя на него снизу вверх.

— Нет! Но ты сама взгляни на себя! — Его голос понизился, но стал ещё злее. — Ты запустила себя, Лен. У тебя, в отличие от других, есть орава нянек — твоя мать, твоя сестра! Но ты выглядишь, как после апокалипсиса.

Он подошёл к шкафу, начал снимать пиджак.

— Я сейчас приму душ и лягу спать. Утром обсудим твою необоснованную ревность.

Мне стало так невыносимо плохо. Сил спорить, кричать, доказывать свою правоту не осталось. Я была опустошена, раздавлена, унижена. Я встала и направилась к двери спальни, не проронив ни слова.

— Куда ты? — теперь в его голосе было раздражённое недоумение.

— В гостиную. — Я не повернулась. — Не хочу пугать тебя своим видом.

Я вышла из комнаты, оставляя его одного. Мой мозг работал чётко и холодно: он был в приподнятом настроении, потому что провёл вечер с ней, с Викой. Он приехал домой, чтобы унизить меня за то, что я не соответствую его стандартам. Но у меня в голове уже не было сомнений, не было «закидонов на ровном