Мстительная дьяволица - Кайли Кент Страница 11

— Тебе нужно прилечь, — говорит он, протягивая руки к Мабилии. Я не хочу отдавать ее ему. Пока не хочу. Я не готова отпустить ее. — Запрыгивай на кровать. Я положу ее рядом с тобой и принесу бутылочку. Она скоро проголодается.

Я киваю, позволяя ему забрать ее у меня. Как только я оказываюсь на кровати, он, как и обещал, кладет Мабилию рядом со мной. Наклонившись, Михаил целует меня в лоб.

— Сейчас вернусь, — говорит он.

Глава 9

Как бы я ни старался убедить Изабеллу, что с нами все в порядке, в глубине души я знаю, что борьба только началась. Впереди нас ждут препятствия, которые мы должны преодолеть вместе.

Не сомневаюсь, что в конце концов мы найдем выход из этого дерьма, и проживем долгую, счастливую жизнь. Но сейчас мне нужно защитить ее и нашу дочь от грядущей войны. Я должен отправить их в безопасное место. У меня есть дом в северной части Нью-Йорка, куда она могла бы поехать. Вот только Иван знал об этом месте, и сейчас я понятия не имею, чем обернется его предательство. Что я точно знаю, так это то, что мне нужно вернуться в город и навести там порядок, избавиться от всех этих гребаных отбросов, засоряющих мою организацию. Сэмюэль уже прислал мне список людей, с которыми нужно разобраться. А также список мужчин, которые остались верны мне. Второй список оказался значительно длиннее первого. Спасибо, блять.

— Какие у тебя планы? — спрашивает меня Нео, заходя на кухню.

Я закручиваю крышку на бутылочке, и встряхиваю ее, смешивая порошок с водой.

— Планы? — повторяю я, желая услышать от него больше конкретики.

— Мы оба знаем, что ты не можешь долго оставаться вдали от Нью-Йорка. Твоя организация не выживет. А Иззи пока не может вернуться. Так что, повторю еще раз, какие у тебя планы? — снова спрашивает он, на этот раз скрестив руки на груди.

Я знаю, что многие мужчины, не важно, влиятельные или нет, побаиваются его. Он — дон семьи Донателло, назначенный отцом Анжелики, что делает его боссом боссов в итальянской преступной организации.

Но пугает ли он меня? Ни капельки.

— Я не вернусь без нее, — говорю я ему. Мне без разницы, что придется для этого сделать, но Изабеллу и Мабилию я заберу с собой домой.

— Ее арестуют, как только вы переступите порог города, — говорит он.

— Я работаю над этим. Мы уничтожили крысу, и мои ребята работают над уничтожением остальных улик.

— А что насчет копов, которые занимались этим делом? — продолжает он допрашивать меня.

Я приподнимаю бровь. Серьезно? Он беспокоится о копах? Я нет. С ними будет проще всего покончить.

— Думаю, тебе следует спросить, почему твоя дочь считает, что должна взять на себя ответственность избавить город от кучки никчемных насильников, — бросаю я в ответ, проходя мимо него.

Мне не следовало этого говорить. Я знаю, что теперь он начнет задавать вопросы. Знаю, что мои слова будут крутиться в его гребаной голове, пока он не обратится за ответами к Изабелле. Которые она ему никогда не даст. Я понимаю, что ей нужно сохранить это в тайне. Но поскольку я сам являюсь родителем, мне бы не хотелось представлять, что подобное может случиться с моей дочерью, а я останусь в неведении и не смогу ей помочь.

Я возвращаюсь наверх. Анжелика сидит на краю кровати рядом с Изабеллой, поэтому я обхожу их и сажусь с противоположной стороны.

— Тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я ее.

— Нет. — Изабелла качает головой и улыбается мне.

Улыбка Изабеллы дарит мне душевный покой. Хотя я знаю, что из-за совершенных мною преступлений не заслужил его. Но когда Изабелла улыбается мне, я чувствую его.

— Ладно, если понадоблюсь, я буду рядом, Иззи, — говорит Анжелика, поднимаясь на ноги и пересекая комнату.

— Хорошо, спасибо, мам, — отвечает Изабелла.

Я жду, пока закроется дверь.

— Ты говорила серьезно? — спрашиваю я.

— Говорила серьезно о чем?

— О том, что выйдешь за меня замуж? — Меня охватывает сомнение. Я очень надеюсь, что она говорила серьезно, и это не был просто мимолетный страх. — Я имею в виду… подожди… ты больше не хочешь выходить за меня замуж? — Изабелла моргает, глядя на меня. — Я бы женился на тебе несколько месяцев назад, котенок. И ничто не заставит меня передумать.

— Я хочу выйти за тебя замуж, потому что люблю тебя, Михаил. Я знаю, что не говорила этого раньше, хотя должна была. Но я была напугана, — говорит она мне.

Я наклоняюсь и нежно прижимаюсь к ее губам, стараясь не повредить их еще сильнее.

— Господи, как же сильно я люблю тебя.

— Ты же знаешь, что мы очень разные, чтобы быть парой, верно? — говорит она.

— А разве это важно, если мы любим друг друга? — отвечаю я.

— Думаю, нет...

— Я знаю, что готов сражаться. Ради нас я пойду на край света, котенок. А ты готова сражаться вместе со мной? — спрашиваю я ее. В моей голове тут же всплывает разговор о ее желании сбежать.

— Я буду рядом с тобой, Михаил. Что бы ни случилось на нашем пути. — Она берет меня за руку, переплетая свои пальцы с моими. Мабилия начинает шевелиться между нами. Я передаю Изабелле бутылочку. Она берет ее, замирает и смотрит на смесь. — Мне это не нравится.

— Знаю. — Мне ненавистно, что ей приходится проходить через это. Я помню, как сильно ей нравилось кормить Мабилию. Она говорила мне, что это ни с чем не сравнимый опыт. Нерушимая связь. — Ваша связь никогда не разорвется. Ты должна это знать, — говорю я вслух.

— Надеюсь на это. — Изабелла принимает сидячее положение, а я тянусь к Мабилии, чтобы передать ее на руки матери.

— Ты даже не представляешь, как я благодарен за то, что ты вернулась, — говорю я.

— Я тоже.

— Ты можешь рассказывать мне все. Что бы ни пришло тебе в голову, я хочу, чтобы ты поговорила со мной об этом. Я не хочу, чтобы ты держала все в себе, потому что думаешь, что я не смогу с этим справиться, или боишься моей реакции.

— Я знаю. Но мне правда нечего сказать, Михаил. Они все время держали меня в той комнате. Поначалу я не была связана. Но потом, конечно, они осознали свою ошибку, когда я сломала одному из них руку, другому — нос, а третьему парню… кажется, я сломала ему несколько ребер. — Она улыбается мне.