Тихая любовь - Ава Мичич Страница 13

Анна подняла на него взгляд, полный благодарности и облегчения. Он всё ещё держал её, не в силах отпустить. В тот момент в этой старой комнате, в тишине и полумраке, он осознал, что хочет быть рядом с ней не только в моменты слабости, но и всегда.

— Спасибо, — тихо прошептала она, и его сердце сжалось от нежности к ней.

Он чуть сильнее сжал её, чувствуя, как напряжение постепенно покидает её тело. Её спокойствие приносило ему внутреннее удовлетворение, а то, что их руки так естественно переплелись, казалось, говорило само за себя.

— Прости, — прошептала она, её голос прерывался между тяжёлыми вздохами. — Прости.

Анна продолжала прижиматься к Артёму, который был для неё единственным устойчивым и надёжным элементом в этом смятении. На краю её сознания скользило смущение, и она знала, что после этого ей будет сложно встретиться с ним лицом к лицу. Она чувствовала себя глупо. Но его нежность и забота были неожиданны. Его рука, медленно скользившая по её спине, возвращала ей чувство уюта, которое она давно не испытывала.

— Лучше? — спросил он спустя некоторое время.

Она кивнула, опираясь головой на его плечо.

— Я всегда их боялась.

Артём издал смешок, в его груди послышались забавные звуки.

— Большинство людей боятся.

Анна приподняла голову и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Ты тоже?

— Нет. — Он нежно провёл пальцем по её челюсти. Его лицо оставалось серьёзным, но глаза выражали тепло. — Я с детства понял, что иметь слабости — непозволительная роскошь. И когда ты встречаешь их достаточно часто, к ним можно привыкнуть.

— Я бы не смогла, — воскликнула Анна, её пульс вновь ускорился при воспоминании о кухне. — Этот был гигантским. И как он выскочил из шкафа и начал бежать со всех восьми ног ко мне…

— Он мёртв, — перебил её Артём, снова вернувшись к успокаивающему поглаживанию её спины. — Расслабься, иначе ты снова начнёшь задыхаться.

— Спасибо, — произнесла она.

Спустя мгновение Анна осознала, что по-прежнему находится к нему так близко, словно ракушка к свае. Её сердце продолжало колотиться в бешеном ритме. В такой близости было невозможно не заметить, что его тело реагирует на их контакт — оно было твёрдым и привлекательным. Она не могла сдвинуться с места, лишь прикоснулась к нему, испытывая паралич удовольствия.

Артём отстранил её от себя и отвернулся, издав беззвучный вздох.

После того как Анна освободилась из его объятий, Артём вновь погрузился в работу. Пока Анна осторожно исследовала остальную часть дома, он продолжал снимать размеры для плана. Он старался сосредоточиться на чём-то, кроме неё.

Ему хотелось увести её в уединённое помещение, раздеть и провести с ней время всеми возможными способами. Но её хрупкое достоинство почему-то удерживало его. Ему нравилось её сопротивление в спорах о столешницах, маленькие улыбки, пробивавшиеся сквозь её застенчивость. Он чувствовал слишком сильную привязанность, и знал, что это ничего хорошего не принесёт. Поэтому он решил сделать услугу обоим и держаться от неё подальше.

Глава 11. Непроизвольная близость

Небо над городом было затянуто серыми облаками, предвещая дождь. На чердаке, где Артём начал свой долгожданный ремонт, раздавался звук дрели и глухие удары молотка. Он вбивал гвозди, фокусируясь на каждой детали, стараясь сделать всё как можно лучше. Это было его убежище — место, где он мог забыть о своих проблемах, об одном утомительном дне, о чувствах, которые мучили его изнутри. Однако даже этот мир труда не мог полностью заглушить гудение беспокойства в его сознании.

С момента, как он убил паука и помог Анне с её панической атакой, между ними возникла невидимая стена. Ощущение близости, которое возникло в тот момент, быстро уступило место тишине. Артём часто запирался в своей комнате, чтобы избежать общения. Его бутылка с алкоголем стояла в углу, напоминая о том, как легко было забыться, скрыться от реальности. Он знал, что это не решение, но в одиночестве с бутылкой чувствовал себя более уверенно. Он наливал себе очередной глоток, пытаясь заглушить внутренний голос, который твердил ему, что он не справляется.

Но сегодня с самого утра работал над крышей, не обращая внимания на усталость. На первом этапе ремонта он решил начать с верхней части дома, несмотря на несогласие Ани. Но, по сути, это была лишь попытка скрыть внутренние неурядицы за физическим трудом. Тем временем Анна, которая заметила его замкнутость, пыталась не навязываться. Она успела разобрать ещё несколько шкафов на кухне и даже приготовить пирог с рыбой. Время шло, а он всё не спешил спуститься. Анна устала от ожидания и решила подняться на чердак.

Когда она вошла в помещение, её поразила картина, которая открылась перед ней: Артём стоял, наклонившись над чем-то, его руки были запачканы, а одежда покрыта пылью. В тот момент он выглядел одновременно сосредоточенным и уставшим, но в его взгляде была пустота, что заставило её сердце сжаться.

— Привет, — произнесла она тихо, стараясь не испугать его.

Он обернулся, его лицо выражало удивление, но быстро вернулось к безразличию.

— Привет, — ответил он, снова отворачиваясь к своей работе.

Анна почувствовала, как между ними повисло молчание, словно липкая паутина. Она понимала, что ему не хватает общения, но не знала, как начать разговор. Каждый раз, когда она пыталась подойти к нему ближе, он отстранялся, как будто страх и замкнутость накрывали его тёмной вуалью.

— Как дела с ремонтом? — спросила она, не зная, о чём ещё говорить.

Артём поднял голову, его глаза на мгновение встретились с её, но тут же снова укрылись за завесой грязи и хлама.

— Нормально, — произнёс он тихим голосом.

Анна почувствовала, как внутри неё нарастает неуверенность. Она пришла с намерением помочь, но его изоляция отпугивала.

— Я могу помочь, если тебе это нужно, — наконец выдавила она из себя, стараясь сделать голос более уверенным.

Артём снова посмотрел на неё, и на мгновение в его глазах отразился страх.

— Нет, всё в порядке, — отрезал он, но Анна заметила, как его голос дрогнул.

— Я просто хочу быть рядом, — произнесла она, пытаясь донести свою искренность.

Он оторвал взгляд от своих дел, и в этот момент между ними возникло напряжение. Он молчал, словно обдумывая её слова.

— Ты не должна беспокоиться, — произнёс