Слишком близко - Ребекка Яррос Страница 17

— О, для этого ещё будет время, — сказала Мария с усмешкой. — Просто мы не могли вставить ни слова за ужином, потому что Уэст на каждом вопросе пытался спасти тебя.

— Вы все называете его Уэст? — Я посмотрела на Уэстона, замечая, как он использует уровень, чтобы убедиться, что картина висит ровно.

— Сколько мы его знаем, — ответила Джанин. — Кажется, целую вечность. Он и Тео служили вместе в Кэмпбелле, потом снова в Драме. Они прошли два совместных задания, последнее из которых…

— Было со мной, — закончила Мария с улыбкой. — Левая нога — жёлтый!

Дети застонали, а Скотт едва сдерживал ругательство.

— Он кажется слишком серьёзным для прозвища, — призналась я тихо.

— Вот поэтому мы и называем его так, — ответила Джанин. — А теперь, когда мы наконец-то остались с тобой наедине…

— Спрашивайте что хотите. — Я устроилась поудобнее, сделав глоток.

— Он совсем невыносим в быту? — спросила Мария, снова крутя стрелку.

Я едва не выплюнула сладкий чай. — Это то, что вы о нём думаете?

Они обменялись взглядами.

— Он может быть слегка… точным, — сказала Джанин, снова посмотрев в сторону мужчин, которые уже занялись другой картиной. — Не пойми неправильно, я люблю этого человека как брата. Он преданный, трудолюбивый и до чёртиков защищает тех, кто ему дорог.

— И он ещё тот зануда, — пробормотала Мария, объявляя новую позицию.

— У меня никаких жалоб, — сказала я честно. — Но у меня есть личная миссия — попытаться заставить его улыбаться побольше. Я должна ему хотя бы это после того, что он взял меня на работу столько лет назад.

— Удачи, — Мария улыбнулась и снова крутанула стрелку.

— Значит, ты фотограф на курорте? — спросила Джанин.

Как будто у него был суперслух, Уэстон повернулся в нашу сторону, держа одну сторону картины, пока Тео делал отметки на стене. — Только не говори мне, что ты допрашиваешь Кэлли, Джанин.

— Ничего подобного я тебе не скажу! — крикнула она с наглой улыбкой.

— Всё хорошо, — заверила я его, отмахнувшись, когда он будто собирался подойти.

— У нас времени ровно до того момента, как он повесит эту картину, если я знаю Уэста, — быстро сказала Джанин.

— Тогда спрашивайте быстрее. — Я сделала ещё глоток. Игроки переставляли руки, Скотт теперь выглядел так, будто ему действительно больно. — Понимаю. Я бы тоже захотела расспросить кого-то, кто живёт с моим другом.

— Это радует. — Плечи Джанин расслабились. — Любимый цвет.

— Синий. — Это было легко.

— Любимая песня.

— “Tiny Dancer” Элтона Джона.

— Ты сейчас в отношениях? — спросила она, ускоряя темп, судя по звукам, что картина почти висела.

— Нет. Я полностью посвящена моему ребёнку. Мужчины обычно в это уравнение не входят.

— Папа Саттон?

— Мёртв.

Джанин резко вдохнула.

— Чёрт, Джанин, — пробормотала Мария.

— Ну откуда мне было знать? — Джанин поморщилась. — Мне так жаль, что спросила.

— Не извиняйтесь. — Я взглянула на Уэстона, когда они повесили картину, и улыбнулась ему успокаивающе. — Я думала, он вам сказал.

Моё сердце приятно сжалось от того, что он не рассказал, что сохранил моё личное — личным.

— Ладно, эм… любимый фильм? — продолжила она.

— «Звёздные войны. Эпизод VI».

— Хороший выбор, — кивнула Мария.

Уэстон уже проверял уровень.

— Почему Пенни-Ридж? — спросила Джанин.

— Я увидела объявление о вакансии фотографа, и у меня было ровно столько денег, чтобы добраться досюда. — Я рассмеялась, когда Саттон едва не упала, но удержалась.

— Тебе нравится твоя работа?

— Очень. Я люблю фотографию. — Я нахмурилась. — Но я действительно хочу когда-нибудь начать работать на себя. Может быть, когда Саттон окончит школу. Тогда я смогу сосредоточиться на художественной фотографии, а не только на семейных отпусках. Стану следующей Мэри Эллен Марк или Эллиотом Эрвиттом.

Может быть, даже займусь стажировкой в World Geographic. Ну да, как только Саттон закончит школу.

— Есть время на один вопрос, — прошептала Мария.

Мы все посмотрели в сторону столовой, где Уэстон быстро направлялся к нам.

— Наш Уэстон кажется тебе привлекательным?

Я выронила стакан, едва поймав его, чай плеснулся по стенкам, но не пролился.

— Думаю, это ответ, — рассмеялась Мария. — Правая нога — жёлтый!

Селин поскользнулась — её семилетние руки не выдерживали вес, когда она тянулась к жёлтому кругу. Тео подхватил её за талию, чтобы она смогла достать.

— Это жульничество! — возмутился Макс, стоя ногой на том же круге, что и Саттон. — Дядя Скотт, скажи ему, что это жульничество!

— Не могу, приятель, Селин в моей команде, — простонал Скотт, его нога скользнула.

Селин захихикала, и Тео удержал её.

— Это абсолютно жульничество, — согласился Тео. — Но думаю, это уже не важно, потому что…

Скотт рухнул на пол.

— Ты вылетел, дорогой! — Мария послала ему воздушный поцелуй.

— Слава богу. Я бы не выдержал ещё один ход, — простонал он, откатываясь в сторону, пока дети смеялись.

— Мы победили! — Саттон вскочила на ноги и дала Максу пять.

— Ждём всех желающих сыграть! — объявил Макс, подняв руки. — Мам?

— О нет. Даже не проси, — покачала головой Джанин.

— Мам? — Саттон посмотрела на меня с надеющейся улыбкой.

Я взглянула на свои джинсы и блузу. — Не уверена, что я одета для этого, дорогая.

— Пожалуйста? — Её глаза засияли, и я вздохнула. Сколько лет у меня ещё осталось, пока она перестанет хотеть играть со мной в такие игры?

— Ладно, — сказала я, вставая и скидывая обувь и носки.

— Дядя Уэст? — поднял брови Макс.

— Эмм… — Уэстон уставился на игровой мат с ужасом.

Я фыркнула, и за это получила от Уэста прищуренный взгляд.

— А как же я? — спросил Тео. — Я тоже здесь.

— Ты жульничаешь, — покачал головой Макс. — И тётя Мария уже сказала «нет».

Я подняла бровь на Уэстона.

— Пожалуйста? — Саттон повернулась к нему, сплетя пальцы в мольбе. — Мы не слишком сильно вас уделаем.

— Уделаете нас? — брови Уэстона взметнулись вверх, и он закатал рукава своей хенли. — О, ну всё, вы напросились.

Через пару секунд он уже был без обуви и носков, и вот мы стояли рядом, лицом к Максу и Саттон по разные стороны мата.

— Это будет интересно, — сказала Джанин с дивана — теперь Селин устроилась у неё на руках.

— Я ставлю на Макса, — заметил Скотт, облокотившись на стену рядом с Тео.

— Я никогда не ставлю против Уэстона, — ответил Тео.

— Ты уверен в этом? — спросила я.

— Абсолютно. — Он размял плечи, пока Мария крутила стрелку.

— Правая нога — красный!

Мы все одновременно двинулись. Я заняла круг прямо перед тем, что выбрал Уэстон, и моё бедро слегка коснулось его. Мой пульс подпрыгнул. Плохая идея. Очень плохая идея.

К счастью, Уэстон, кажется, ничего не заметил, и спустя три хода мы уже представляли