Его ботанка - К.О.В.Ш. Страница 17

– Кстати, можешь дать номер твоей подруги, Лены?

Юля напряглась, как ищейка, которая взяла след. Неужели дурацкий план Орлова сработал настолько быстро? И значит ли это, что Лена скоро прервет их фиктивный роман и место рядом с Орловым станет вакантным?

– А тебе зачем? – прищурилась Юля, вытаскивая мобильник.

– Хочу добавить ее в чат: я планирую устроить после клуба небольшое афтепати у себя дома, родители свалят на дачу – грех упускать возможность потусить. Если зову Мирона, то и его девчонку надо, а то с днем рождения как-то некрасиво вышло. Но я ж не знал, что они вместе, так что… Тебя, кстати, тоже приглашаю.

Юля хмыкнула и скинула Сереже номер Лены. Она, конечно, будет в восторге. Хотя Юля тоже была рада, что Сережа ее пригласил: она опасалась, что из-за того, что не пришла к нему на день рождения, он может больше ее не звать. Было бы очень обидно, если идиотский зуб разрушил бы ее студенческую жизнь.

И все-таки было как-то странно услышать «девчонка Мирона». Даже немного неприятно. Юля вдруг задумалась, что, даже если у них с Мироном все станцуется, она будет выглядеть девушкой, которая подбирает за другими. Такое себе.

Наверное, это карма дает ей ответочку за то, что насмехалась над одноклассницей, которая стала встречаться с ее бывшим. Но там-то была совсем другая история: у Юли с Лехой все было всерьез. И бросил он ее тоже по-настоящему. До сих пор вспоминать было тошно, как через две недели он заявился как ни в чем не бывало в обнимку с Катей. А они ведь с ней три года сидели вместе за одной партой! Конечно, Юля навесила на нее ярлык «помоечная кошка». Прозвище прицепилось и, к превеликому Юлиному удовольствию, закрепилось за Катей на весь остаток одиннадцатого класса.

– Так ты придешь?

Голос Сережи вырвал ее из неприятных воспоминаний. Юля вдруг заметила, что он придвинулся чуть ближе к ней и прям заглядывает в глаза. Смазливый до чертиков, совсем не ее типаж. И чего только Лена так пищит по нему?

А еще, кажется, все-таки заигрывает. Смотрит на нее как кот на сметану. А как же Яна, с которой он, если верить слухам, переспал на той тусовке? Или Савин из тех парней, кому нужно все и сразу?

– Даже не знаю… – Юля прищурилась, выдыхая дым. – Зависит от твоего поведения.

Она вдруг поймала себя на том, что немножечко флиртует с парнем, который нравится Лене. Нехорошо. Но ведь она это не всерьез. Так, по приколу, от нечего делать.

– Хм… обещаю вести себя нехорошо, – пообещал Сережа.

Юля едва глаза не закатила. Ну куда этому белокурому купидончику строить из себя плохого парня? Ужас, надо будет предупредить Лену, чтобы была с ним осторожнее. Хотя она такая зануда, что с ней это все явно не прокатит. И слава богу.

– Посмотрим, – фыркнула Юля, а потом поднялась с лавочки, разрывая слишком уж затянувшийся зрительный контакт. К тому же к ним уже спешила Яна, торопливо переставляя свои длиннющие, как у модели, ноги на высоченных каблуках. – Я на пару, не люблю опаздывать, – соврала она.

– Не притворяйся хорошей девочкой, – усмехнулся Сережа. – Тебе это не идет.

– Учту на будущее. – Юля все-таки закатила глаза, пользуясь тем, что Савин не видит ее лица, и пошла в универ, кивнув по пути Яне, которая всем своим видом показывала, что Сережа – ее добыча и Юле тут ничего не светит. Жаль, она не пришла буквально на пару минут раньше и пропустила шоу «Савин пытается дерзко флиртовать».

Юля вошла в здание, приложила пропуск, прошла через турникет и не успела дойти до лестницы, как раздался оглушительный топот. Она оглянулась и увидела, что к ней несется запыхавшаяся Лена с сумкой наперевес.

– Мы опаздываем! – с нотками паники прохрипела она сквозь сбившееся дыхание.

– Лена, притормози, а то у тебя на лестнице сердце откажет – нам на четвертый этаж подниматься.

Не страшно, если опоздаем на пару минут, ты же знаешь, Мария Анатольевна сама никогда вовремя не приходит.

Лена кивнула, соглашаясь со справедливым замечанием, и позволила себе спокойно отдышаться. Юля тем временем убрала с ее вспотевшего лба волосы, которые выбились из хвоста, и протянула салфетку.

– На, а то блестишь, как масленый блинчик, – фыркнула она. – Кстати, а Сережа попросил у меня твой номер, чтобы позвать на афтепати у него дома после клуба.

– Что? Правда? – Лена схватилась за сердце левой рукой, правой промакивая лицо. – А ты пойдешь?

– Само собой. Я уже забрала свое платье, и оно очень хочет, чтобы я его выгуляла, – хихикнула Юля. – Милая, сделай так, чтобы Орлов тоже пошел. Мне бы очень хотелось пообщаться с ним после клуба, когда ты жестоко разобьешь ему сердце.

– Я попробую, – с сомнением протянула Лена. – Почему-то мне кажется, что он пошлет меня нафиг.

– Ну ты все-таки попытайся. – Юля сделала большие жалобные глаза. – По-жа-луй-ста-а-а-а…

– Сделаю, что смогу, – заверила ее Лена.

Глава 7. Право голоса

– Опаздываешь, – насмешливо покачал головой Мирон, когда Лена села рядом с ним. – Ты чего такая взъерошенная? Бежала, что ли? – предположил он, глядя на растрепанные волосы девушки.

– Да, чтобы не пропустить лекцию.

– Само собой, – не скрывая веселья, кивнул Мирон.

Лена кинула на него испепеляющий взгляд и принялась выгружать из сумки тетрадку, блокнот, текстовыделители, стикеры, которыми она выделяла важные заметки, ручки и прочую дребедень. Мирон считал это одновременно милым и забавным – Лена напоминала ему первоклашку-отличницу, у которой все ручки-карандашики были выложены в пенале строго в ряд, а все тетрадки были в идеальном состоянии. Сам он таскал одну весьма побитую жизнью тетрадь со сменными блоками, куда записывал все лекции подряд.

Как бы Оля ни ездила ему по мозгам, он все еще «не взялся за ум». Наверное, дело было в том, что подсознательно он надеялся, что все это временно. И в то же время понимал, что вот это все – его новая реальность, с которой предстоит смириться и ужиться. Ему нужно начать серьезнее относиться к учебе в этой шарашке, но сама эта мысль вставала костью поперек горла.

– Видел, Сережа сделал новый чат? – прошептала Лена, закончив раскладываться.

– Ага, больше чатов богу чатов, – фыркнул Мирон. – Ты счастлива? Ботанку зовут не просто на пати, а на афтепати.

Лена была так рада тому, что ее приняли в тусовку,