Бернаут. Второй раунд - Виктория Юрьевна Побединская Страница 22

среди мужчин. Уверенная. Непреклонная. И такая красивая в новой форме, что у Марса перехватило дыхание. Он не помнил, чтобы такое случалось прежде. Не понимал почему. Возможно, потому что сегодня в ней его восхищало все. Ее желание показать, что девушки имеют голос. Ее воля. Ее талант. А ведь она всегда была гораздо смелее, чем он сам. Даже когда над ней смеялись, выставляя ее наивной дурочкой, она не обращала внимания. Много лет Марс списывал это на детскую наивность, а сейчас понял: нет. Это была сила.

Но что теперь?

Он перевел взгляд в сторону, где под номером 33 стоял старший Беланже. Их с Лилиан разделяло несколько человек.

У нее хорошая позиция, отметил Марс. Ладони вспотели, он вытер их о свой костюм.

– Готов, чемпион? – толкнул его кто-то.

Марс обернулся. Рядом с его мотоциклом, на который официально вернулся первый номер, стоял менеджер команды.

– Да, никаких проблем, – ответил Марс, желая поскорее отделаться. Он терпеть не мог этого чванливого придурка. Потому что понял давно: все, что его интересует, – это деньги и возможность похвастаться им самим перед другими.

– Погода портится. Пока до четыреста пятидесятых дойдут, скорее всего, дождь припустит.

– Мне же на руку, выберусь.

Чего-чего, а опыта езды в любых условиях у Марса было не отнять. Каждый раз, когда погода преподносила сюрпризы, он приходил первым, обходя всех, в том числе и Бланжа. Как бы тот ни был быстр, в форс-мажорных ситуациях ему навыков ощутимо не хватало. А сейчас даже некого было обходить.

Раздался сигнал, и стартовые ворота упали. Рассерженный, что отвлекся, Марс привстал на цыпочки, чтобы лучше видеть.

– Давай же. – Он сам не заметил, как начал улыбаться, глядя на красный мотоцикл, который уверенно рвался вперед, оставляя позади шлейф из брызг и десяток преследователей. – Молодец, девочка, – тихо повторял Марс, глядя, как после каждого поворота она лишь набирает скорость.

Круг шел за кругом. Лили держалась впереди.

– Быстрая девка, да? – снова подал голос менеджер.

– Да, – не без гордости улыбнулся Марс и тут же добавил: – Ты ведь ее возьмешь?

Но тот внезапно рассмеялся. Покачал головой, как будто удивляясь, неужели можно не понимать такие очевидные вещи, наклонился, чтобы его никто не услышал, и прошептал:

– А нафига?

Марс опешил.

– В смысле? – переспросил он. – Разве не ты обещал ей место в команде за победу? Она идет в первой тройке, посмотри.

– Возможно, это был хороший сезон и яркая замануха – девка в мужской команде. Но, Марс, сам подумай, зачем мне такой головняк?

– Ты же слово дал.

Но тот лишь достал свои дорогие сигареты и закурил.

– Я выкуплю ее на целый сезон, а что она даст мне в ответ? Пмс? Слезы? А то и вовсе замуж выскочит. Не хочу я возиться. Да и партнеры предпочитают для рекламы мужчин. Ты посмотри на трибуны, там же половина болельщиков – визжащие девчонки. Это бизнес. Не мне тебе рассказывать.

В этот момент Марс хотел высказать ему все, что думает, но что-то произошло на треке. Трибуны вскинулись, а это никогда не было хорошим знаком. Марс вскочил на лежащий на земле ящик, пытаясь рассмотреть трек, но ничего не увидел. Дождь припустил сильней. Мотоциклы поднимали в воздух клубы рыжей грязи, превращая ее в молекулы и распыляя вокруг в виде густых облаков. А потом его сердце едва не провалилось в пятки. Он увидел ее на самом краю трека, на земле. Рядом дымился мотоцикл. К ней уже подбежал стафф, размахивая желтым флагом. Марс не знал, что делать. Лили лежала и не поднималась. Он даже не видел, как именно она упала.

Вдруг зазвонил телефон. Он уставился на экран, не веря собственным глазам. Потому что входящий звонок был от Бланжа.

Не расшаркиваясь на приветствия, тот быстро произнес:

– Забери ее оттуда, Марс. Забери, пока не стало совсем поздно.

Марс едва не выронил телефон.

– Ты чокнулся: нельзя выходить на трек, – пробормотал он растерянно. – Там медики работают.

– Плевать, – совершенно серьезно произнес Бланж. – Она упала очень мягко, я смотрю трансляцию. Зуб даю, она в порядке. – И, почувствовав его замешательство, добавил: – Если ты доверяешь моему опыту, хотя бы раз в жизни забей на правила.

Марс доверял. По крайней мере, Бланж был единственным, кого он вообще готов был послушаться.

– Не дай им ее сожрать, – тихо произнес Реми. И Марс точно знал, что за этой фразой спрятано невысказанное продолжение: «…как они когда-то сожрали меня». – Потому что сейчас на этом стадионе есть только один человек, который может спасти ее репутацию. И ты знаешь, кто это.

Выбор.

Снова тяжелый выбор, что ему пришлось бы сделать.

– Проклятье! – Марс тихо выругался, перекинул ногу через свой мотоцикл и сорвался с места. Он знал, что в этот миг все видят, как его байк пересек границу, которую нельзя пересекать. Слышал, как снова взревела толпа, не понимая, что происходит. Это был такой мощный гул, что он заглушал даже стук капель. Марс понимал, что теперь все камеры направлены не на Лил, а на него. Знал, что породит целую лавину слухов, но впервые был к этому готов. Потому что ей правда требовалась помощь. И только он ее мог дать, закрыв не только своей спиной, но и авторитетом.

Лил все так же лежала на земле, свернувшись клубком. Вокруг нее уже собрались врачи, но, только когда один из них попытался ее поднять, Марс увидел, она не встает не потому, что ранена. Она плачет.

Медики тоже застыли, не понимая, что вообще происходит.

– Все нормально, я сам заберу ее, – выставив руки вперед, попытался объяснить им Марс. – Она в порядке. Нет, ничего не требуется.

– Но это противоречит правилам!

– К черту вас и ваши правила!

Комментаторы захлебывались словами, их голоса разносились над Анахаймом, как гром.

Когда Марс наконец смог убедить медперсонал, что их помощь не требуется, он скользнул вниз, съехав по грязи на колени перед девушкой.

– Лили, вставай. – Закрывая ее лицо от камер, Марс потянул ее на себя. «Не позволяй ей показывать им свою слабость» – что-то подобное на прощание произнес Бланж. – Всё, хватит. Давай, поднимаемся.

Мимо пронеслось несколько гонщиков.

– Я не могу, – простонала девушка, и на миг ему стало действительно страшно. На ее лице застыла боль, щеки были измазаны грязью. Может, зря он послушал Реми? Вдруг она и правда травмировалась?

– У тебя что-то болит? Где, скажи, где тебе больно?

Но девушка, подняв на него заплаканные глаза, коснулась рукой своего сердца.

Господи…

В этот момент Марсово собственное сердце споткнулось, словно ударившись обо что-то.

– Для