Удержать Уинтер - Айви Торн Страница 23

— Чёрт, чувак! — Кричит Филип, отпрыгивая в сторону.

Танк бледен как полотно. Я буду удивлён, если кто-то из них решится на это после инициации Тощего. Забавно. Никто не хочет идти первым, но, когда доходит до дела, это лучший вариант. Обычно люди уходят только после этого.

— Ни за что на свете, чувак, — говорит Танк, непреклонно качая головой.

— Тогда проваливай, — приказываю я, и мой взгляд становится убийственным. — И будешь держать рот на замке, если знаешь, что для тебя лучше.

Медведь выходит из сарая вслед за Танком, и оба они выглядят как собаки, поджав хвосты. Все взгляды снова устремляются на Тощего, который, кажется, в шоке от того, что ему это удалось. Даллас заканчивает бинтовать пальцы, и я крепко беру его за плечо и веду к двери.

— Давайте поприветствуем нашего нового брата, Тощего, — говорю я, и каждый из членов клуба хлопает его по плечу или спине, когда он проходит сквозь толпу.

— Вы, ребята, уберите тут всё, — приказывает Даллас, указывая на нескольких членов клуба, когда мы выходим за дверь.

— Чёрт, как же больно, — говорит Тощий, глядя на окровавленную марлю, обмотанную вокруг каждого пальца.

Я усмехаюсь и обнимаю его за плечи, отчасти в знак поддержки, отчасти для того, чтобы он не упал. Под веснушками у него проступает бледность, и я не хочу, чтобы он упал прямо на свои кровоточащие руки.

— Хорошая новость для тебя: твои пальцы заживут очень быстро. И у тебя, скорее всего, снова появятся отпечатки пальцев.

Тощий слабо усмехается, и я испытываю гордость. Наш клуб, может, и растёт медленно, но нам нужны такие хорошие люди, как он. Время не имеет значения, главное, чтобы братья были хорошими. И пока что у меня хорошее предчувствие насчёт наших людей.

10

УИНТЕР

— Судя по всему, у вашей малышки всё в порядке, — говорит доктор Деннинг своим ровным, успокаивающим голосом. — Она хорошо растёт.

Это наша вторая встреча с новым врачом из Уитфилда, которого нам порекомендовал доктор Росс, и я понимаю, что она мне очень нравится. Она умная, уравновешенная и на удивление спокойная. Я всегда ценила спокойствие доктора Росса, но доктор Деннинг излучает уверенность, которая меня совершенно не смущает.

— Как твоя изжога? — Спрашивает она, пристально глядя на меня своими зелёными глазами. Её светлые волосы убраны с лица в простой французский пучок, что придаёт её белому лабораторному халату профессиональный вид.

Во время нашего первого визита я упомянула, что тошнота по утрам прекратилась, но по вечерам меня мучает изжога.

— Я думаю, она проходит. По крайней мере, у меня она бывает не каждый вечер.

Доктор Деннинг кивает.

— Это хорошо.

— Имбирный чай точно помогает, — добавляю я.

Она понимающе улыбается.

— Это хитрый трюк. Я рада, что он работает.

Я благодарно улыбаюсь.

— Спасибо за совет.

— Для этого я здесь и нахожусь, — успокаивает она меня.

Габриэль тихо стоит рядом со мной, его рука легко лежит на моём плече, как всегда, молчаливый страж, который ещё не пропустил ни одной встречи, на случай, если он мне понадобится.

— У вас есть какие-нибудь советы, как помочь моим ногам? — Спрашиваю я. В последнее время они опухают и просто убивают меня.

Выражение лица доктора Деннинг становится весёлым, когда она переводит взгляд на Гейба.

— Хороший массаж каждый вечер может творить чудеса со стопами, — намекает она. — Но ты приближаешься к тому моменту, когда твои ноги начнут испытывать дискомфорт, особенно если ты подолгу стоишь на ногах. Возможно, тебе стоит в бутике больше сидеть. Старайся по возможности давать ногам отдохнуть. И подумай о компрессионных носках на ночь.

Габриэль сочувственно массирует моё плечо.

— Есть ли у тебя ещё какие-то проблемы? — Спрашивает врач, делая пометки в моей карте.

Я поднимаю взгляд и встречаюсь с ярко-голубыми глазами Габриэля.

— Не думаю... — Вопросительно отвечаю я.

— Вы хотите, чтобы мы вернулись через две недели? — Спрашивает Гейб.

— Да, я думаю, что так будет лучше с этого момента и до срока родов, лучше следить за положением ребёнка и его ростом.

Доктор Деннинг поднимается со стула, когда я соскальзываю со смотрового стола, и мы следуем за ней к двери.

— Лиза позаботится об этом за вас на стойке регистрации, — напоминает она нам.

— Ещё раз спасибо, доктор Деннинг, — говорю я.

Направляясь к стойке регистрации, мы с Габриэлем останавливаемся, чтобы назначить следующую встречу, назначив её на конец дня, когда нам обоим будет легче прийти. На парковке мы подходим к Руби, и я сажусь на пассажирское сиденье, а Габриэль достаёт ключи от машины.

Мы начали ездить на встречи на машине, потому что Габриэль беспокоился, что мне будет неудобно на мотоцикле. Тем не менее он предпочитает вести машину, когда мы оба в ней. Думаю, по какой-то причине он считает своим долгом подвозить меня, и это мило.

Без лишних слов Габриэль увозит нас с парковки офиса в центр Уитфилда, в сторону «Желатерии». После визитов к врачу у нас стало традицией есть мороженое. Эту привычку мы завели в Блэкмуре и перенесли в нашу новую жизнь.

Габриэль подъезжает к обочине у «Желатерии», названной так неслучайно, хотя в этом милом итальянском магазинчике сладостей можно найти не только итальянское мороженое. Здесь есть всё: от джелато до тирамису, канноли, итальянского сдобного печенья и канарелли.

Изабель встречает нас с широкой улыбкой на лице, из-под её шляпы выбиваются вьющиеся седые волосы.

— Добрый день, голубки, — весело приветствует она нас.

По правде говоря, хотя мороженое и является нашей традицией после приёма у врача, я обнаружила, что во время беременности моя тяга к сладкому становится просто невыносимой, и ничто не утоляет её лучше, чем милый маленький магазинчик Изабель.

— Что сегодня будете заказывать?

— Мы только что от врача, так что, конечно, мороженое, — говорю я, заглядывая в витрину, чтобы выбрать вкус. Всё выглядит так аппетитно.

— Как всё прошло? — Спрашивает она.

Вот что мне нравится в этом маленьком городке. Все, с кем я здесь сталкиваюсь, искренне интересуются повседневной жизнью местных жителей. Работая в «Милой пчёлке», я многое узнала о том, что значит быть частью такого сплочённого сообщества. В Блэкмуре всегда было разделение на классы. Он был достаточно большим, чтобы вместить местный колледж, несколько старших школ и все старые семьи. Население было не особенно многочисленным, но оно было более изолированным и замкнутым в рамках той группы,