Изменой не считается - Юля Гром Страница 23

— Не ерунда. Идем в ванную. Перевяжу.

Достаю все необходимое, раскладываю на стиральной машинке. Лешка садится на бортик ванны и внимательно наблюдает за моими действиями.

— Приходилось? Чувствуется в руках уверенность.

— После нескольких покушений на меня я прошла курсы первой помощи. На всякий случай.

— Какая у меня отчаянная девчонка! Почему именно криминал? Не мода, не светские новости или кулинария, — голос становится ниже. Руки скользят по моим голым бедрам, поднимаются выше, задевают трусики.

— Ты меня отвлекаешь, — сжимаю ноги, чувствуя пульсацию внизу живота. Вот так всегда, стоит ему лишь дотронуться, как я вспыхиваю фейерверком. — Ты можешь представить меня и кулинарию или моду? — оба хихикаем. — Готово.

Положительно оценив свою работу, собираю бинты и антисептики.

— А еще есть передачи для взрослых, — задрав мою футболку, целует живот. Мышцы сокращаются, подрагивают, когда влажный язык кружит вокруг пупка, щекочет, проникает в ямку.

Я запрокидываю голову и закрываю глаза от удовольствия.

— Леша, — шепчу, едва размыкая губы, и зарываюсь пальцами в его густые волосы. — Алешааа…

— Иди ко мне, куколка, — грубо сжав ягодицы и не сводя с меня наглых глаз, он облизывает губы. Нежно проводит пальцами по мокрым трусикам.

— Мы опоздаем на работу, — вздрагиваю и сама снимаю футболку.

— Хрен бы с ней. Моя девочка не останется без утреннего оргазма, — когда последняя преграда, спускаясь по моим ногам, падает на пол, Лешка принимается меня активно ласкать пальцами. — Какая влажная…

Он обхватывает губами торчащий сосок, с наслаждением посасывая, продолжает пальцами растирать влагу по клитору. Заставляя прогнуться в спине, жадно меня рассматривает. Я стараюсь не рассыпаться на атомы, когда мужские пальцы скользят внутрь и назад, задевая распаленную плоть.

Запускаю руку в его черные боксеры и, обхватив каменный горячий член, получаю в ответ приглушенный стон.

— Нет, Васаби. Сейчас приз получаешь только ты, — мы дышим тяжело, прерывисто, забываем напрочь о стеснении.

Мне чертовски мало, я хочу его целиком. Цепляясь за стальные плечи, ищу равновесие. Мои стоны прорезают тишину, когда влажные губы снова облизывают сосок. А следом ладонь сжимает грудь.

— Ты вся течешь. Тебе нравится?

Голос мне не поддается, и я просто киваю.

Ставлю ногу на бортик ванны, открываюсь перед ним полностью. Сама насаживаюсь на его пальцы. Алексей рассматривает меня жадно, с нескрываемой похотью.

— Какая же ты сейчас красивая, — его тон такой голодный! Движения становятся жестче, тягучей. Закусываю губы до крови.

Впиваюсь в его волосы и кричу в полный голос, когда судороги пробегают по всему телу.

— Кончай, Васаби!

Словно жду его приказа, чтобы острее погрузиться в мир чувственного наслаждения. Чтобы довериться этому мужчине и навсегда пропасть.

Мы сплетаемся языками, тут же прерываемся и жадно хватаем воздух. Вскрикиваю, прижимаясь грудью к Ермакову. Меня уносит нереально сильный оргазм. Каждая мышца пульсирует и не хочет расслабляться.

Он нежно целует, опаляя горячим дыханием губы, и я безвольно оседаю в сильных мужских руках.

Глава 30

Весь день на работе я летаю в розовых облаках. Хочется позвонить, услышать его голос и смех. Коллеги удивляются моему игривому настроению и спрашивают, что случилось.

«Ты скоро заканчиваешь?» — приходит смс от Лешки.

«Через десять минут я свободна».

«Тогда спускайся не на лифте, а по лестнице».

«Что ты задумал?»

Но, конечно же, мой вопрос остается без ответа. Беру сумку, телефон, прощаюсь со всеми и выбегаю в коридор. Подойдя к двери с надписью «запасной выход», оглядываюсь по сторонам и решительно дергаю за ручку.

Прислонившись к перилам и убрав руки в карманы, стоит Лешка. В спортивных штанах и черной футболке. На лбу очки, на лице фирменная ослепительная улыбка. Стоит лишь взглянуть на него, сразу же заражаешься хорошим настроением.

— Привет, Васаби, — взяв мое лицо в ладони, нагло целует. Нет, скорее пожирает, как хищник — добычу. Кусает за нижнюю губу, грубо оттягивает ее. Ощущаю, что проваливаюсь куда-то глубоко.

Обнимаю его за шею, чтобы не упасть, прогибаюсь, подстраиваюсь под его тело. Голова кружится оттого, что такой мужчина с ума по мне сходит.

— Соскучилась?

Молча кивнув, облизываю свои губы, на которых еще остался его вкус.

— Тогда идем, — взяв за руку, тянет вверх по лестнице.

— Куда ты меня тащишь? Это же последний этаж, — от трепетного предвкушения по телу прокатывается волна мурашек.

— Минуту терпения, — глаза горят, как у нашкодившего ребенка.

Лешка толкает тяжелую дверь, и мы оказываемся на крыше.

— Откуда у тебя ключи? Очуметь, какой вид, — подойдя к краю, открываю рот от изумления.

— Осторожно, — мужские руки бережно удерживают меня. — Ночью еще красивее будет.

Раскрываю руки в стороны, закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Я свободна, — голос звучит уверенно.

— Тише, упадешь, — меня прижимают к крепкой стальной груди, обнимают, целуют в макушку.

— Ты ведь поймаешь. Я знаю, — оборачиваюсь, глядя на Алексея с трепетом и нежностью.

— Это еще не все, — закрыв мне глаза руками, он ведет меня дальше, к другому краю. — Прошу к столу.

Не поверив своим глазам, перевожу удивленный взгляд на аккуратно расстеленный плед, на котором лежит много вкусностей и шикарный букет тюльпанов.

— Скрипачей не стал звать. Подумал, что это не наш вариант.

Я растерянно смотрю то на моего спутника, то на импровизированный стол.

— Не понравилось? Что не так? — спрашивает, нахмурив брови.

— Наоборот, — просто мне никогда такого не делали, готова разреветься от умиления.

— Давай посмотрим, что там есть вкусного.

Мы садимся на плед. Лешка раскладывает передо мной шоколадные пирожные разных видов, клубнику, наливает сок.

— Это невероятно вкусно, — отправляю очередную ложку с божественным лакомством в рот. — Хочешь попробовать?

Кормлю его пирожными, он меня клубникой. Слизывает с моих губ шоколад, а я с его — фруктовый сок. Невероятно чувственно и страстно.

Мы лежим, держась за руки, сытые и довольные. Рассматриваем проплывающие мимо облака. Я теряю связь с реальностью, словно паря в невесомости. Так отчаянно хорошо мне еще не было. На волне всеобщей любви мне хочется довериться Алексею и разделить с ним свой неподъемный груз.

Перевожу взгляд на него, всматриваюсь в каждую мелочь. Аккуратная стрижка, легкая небритость, маленький побелевший шрам на шее. Подрагивающие ресницы распахиваются, мы врезаемся друг в друга взглядами. Снова целуемся. Ласки становятся все откровеннее. Когда Лешка тянется к застежке на бюстгальтере, торможу его.

— Я хотела с тобой поговорить, — быстро выпаливаю, чтобы не передумать.

— Не лучшее время, Васаби. Я на взводе, — поплывший взгляд тому яркое подтверждение.

— Это правда очень важно для меня.

Потянувшись и взъерошив волосы, он садится.

— Внимательно тебя слушаю, динамщица, — зажмурившись от яркого солнца, мужчина оборачивается в мою сторону.