Тина Вальен - Начало всех начал Страница 25

– Какие компьютеры, где ты их возьмёшь?

– Там, где их давно хотели продать на нашем рынке. Спасибо Потапычу за идею. Он же помог оформить кредит и договор с иностранной фирмой.

– Я эти компьютеры видела только в иностранных фильмах.

– Скоро они заполонят и нашу страну. Надо успеть стать первым. Это только начало, возможности неисчерпаемы. Моя фирма будет первой ласточкой в начинающей новую жизнь стране и нашим с тобой хлебом. Ты хоть понимаешь, что творится вокруг? Идёт новая эпоха, мы будем свидетелями многих потрясений, я предчувствую это, и мне надо быть готовым к ним. А твоя задача освещать всё светом и теплом и не забывать о моей больной мамочке. Справишься, моя девочка?

– Я… справлюсь… но как ты всё это вытянешь?! Институт, работа…

– Команда специалистов и программистов уже набрана, друзья-компаньоны хорошо поработали. А моей задачей останется общее руководство, договора, поставки, всего и не перечислить. Ты одобряешь мою программу?

– Одобряю… Бони… только где же моё место в твоём походе на Тулон?

– На козырьке моего треуха, ненаглядная Жозефина.

– А ты выкроишь время на свадьбу в деревне? Я мечтала, что мы поедем туда вместе.

– Упущу проект – упущу шанс безбедно прожить до весны. Ты поезжай одна, а чуть позже поедем вместе. Я обязан сказать им спасибо за своё счастье, за тебя. К твоему возвращению проект закончу, будет банкет. На него приглашены потенциальные заказчики. Появятся, возможно, новые контракты, более солидные. Сообщи о возвращении заранее, я встречу. Куплю сногсшибательное платье, и ты будешь королевой бала.

Я бы с удовольствием никуда не поехала, к чему ещё одна свадьба? И думать не моги: смертельная обида для родителей и всей родни. И помочь маме в подготовки к свадьбе я обязана. Жаль, что свадьба в деревне переносится на начало учебного года. Меня отпустят на неделю, а для Серёжи всё это станет дополнительной нагрузкой. Как учиться в разных вузах и всё успеть?

Но вот наступал вечер, и мы всё успевали. Я ещё краснела от его прикосновений, его опыт пугал меня и делал ещё беспомощнее. Из неконтролируемой бездны подсознания выползал естественный вопрос:

– Серёжа, сколько у тебя было женщин?

– Без комментариев, ты не должна задавать глупые вопросы!

Я надулась и отвернулась к стене.

– Хорошо, я скажу, сколько женщин я любил… – он надолго замолчал, продолжая гладить мою руку. Я затаила дыхание.

– Женщины… Они поздно вошли в мою жизнь, по современным понятиям. Летом отец забирал меня к себе, он преподавал в начале службы в училище ВДВ. В летних лагерях наравне с курсантами я прыгал с парашютом, учился рукопашному бою, качал мышцы – это было для меня главным и захватывало полностью. Я очень любил отца. Когда его отправили на войну, я продолжал серьёзно заниматься спортом, ходил в подпольную секцию каратэ. Сразу после школы должна была осуществиться моя мечта – училище ВДВ. Она не сбылась, потому что мама заболела… Каникулы я провёл рядом с ней у Потапыча. Костик увлёк меня музыкой, и я с трудом, но научился играть на гитаре. Девочек вокруг нас всегда было много. По вечерам развлекали их до первых петухов. Мы полностью находились во власти творчества, и этого, оказывается, бывает достаточно. Потом пришёл час Х – я влюбился. Первое сильное чувство к женщине опрокинуло меня, потрясло бездной страсти, но я оказался для неё просто мальчишкой. Появилась более заманчивая перспектива, и мной пожертвовали, как проходной пешкой. Так кончилась моя первая любовь. Так я узнал, что такое предательство, так стал мужчиной. Это хороший урок.

Не могу себе простить одного: боль свою решил заглушить на войне, чужой и далеко не священной, добив этим самого родного человека – мать. Мечта плечом к плечу рядом с отцом идти на подвиг во славу отечества, мальчишеская тяга к героике победила. Когда жизнь может прерваться в любой момент, и любишь, как в последний раз. Это даже нельзя назвать любовью… Прошёл я и через это – ничего не найдя и не потеряв. Просто своеобразный элемент психотерапии, – он надолго замолчал.

А я не знала, как задать ещё один мучавший меня вопрос, о Рите. Все-таки я решилась и тихо прошептала, боясь нарушить откровение:

– А в институте?

– В институте мне было совсем не до девушек. Я после госпиталя поступал в МГИМО, но не сдал экзамен по языкам. Пришлось идти в педагогический (многие так делали, чтобы не пропадало время), учить английский и французский и зарабатывать деньги. После гибели отца мать совсем сдала, и я должен был платить по счетам в прямом и переносном смысле. Рита стала лишь неприятным эпизодом моей жизни. Ты её, конечно, имеешь в виду?

– Вас часто видели вместе…

– Да, она ухитрялась демонстрировать это, находя всевозможные причины. Но у неё не было ни единого шанса, о чём я ей сказал при первом же налёте. Ограниченная, вернее, пустая, совершенно беспардонная красивая стерва. Если бы не моё, воспитанное родителями, уважение к женщинам, эта история не имела бы скандального продолжения. Я предупредил, но позволил быть рядом – надо бережно относиться к влюблённому в тебя человеку. Но когда меня вызвали к декану и сообщили о Ритиных подвигах на ниве проституции, я был шокирован и первым проголосовал за её исключение. А Рите хватило наглости, чтобы прийти и попросить у меня защиты!

– А если она тебя любила?

– Любила … и принимала по графику ребят из общежития? Честно говоря, мне было не до неё. Учиться и зарабатывать деньги не так просто. Меня больше беспокоило здоровье матери. Я не ханжа, но и Рита не педагог. Тема закрыта!

– Серёжа, а когда ты заметил меня?

– Когда я впервые увидел на заседании совета. Ты вся светилась изнутри, и я с трудом отводил глаза. А после скандала с Ритой я запретил себе даже смотреть в твою сторону, но вспыхнувшее внутри чувство не погасишь приказом. Есть такая песня, – он взял гитару и запел.

Я в тебя не влюблён,

На тебя никогда не смотрел…

Лучше я отойду, лучше я промолчу,

Лучше сердцу я воли не дам.

Серёжа пел, а я смотрела на него и не верила своему счастью.

…Лишь один только раз я глаза отвести не сумел.

Лишь один только взгляд, но сказал тебе он,

То, что сам от себя я таю:

Слишком мало сказать, что в тебя я влюблён: —

Я тебя больше жизни люблю!

Я бросилась ему на шею с вопросом:

– Как ты посмел так долго это скрывать!

– Но ты не дала мне ни единого намёка! Мелькала, как солнечный зайчик… Ты была везде, разливая смех и радость, чудо моё.

– Да я просто серая мышка по сравнению с теми девушками, которых ты отшил. И когда, интересно, ты не отвёл взгляда, мучитель?