Ирина Степановская - Джентльменов нет – и привет Джону Фаулзу! Страница 25

– Хм, мне это не приходило в голову, – признался он. – Чаще я наблюдал, как женщины требуют от мужей то того, то этого…

Он вопросительно посмотрел, куда ему девать свою грязную тарелку.

– В корзину! – показала рукой Нина, даже не подумав взять ее и выбросить сама. – Ну, будете кофе?

– Угу!

– Тогда пойдите в конец коридора, налейте в чайник воды, а я пока достану чашки! – Она специально вела себя так, чтобы Юрий не думал, что она им интересуется. «Меньше народу – больше кислороду!» – все время крутилось у Нины в голове.

Юра послушно встал и пошел в коридор.

– Чайник забыли! – напомнила она. Он так же послушно вернулся, взял электрический чайник и остановился, растерянно глядя на него.

– Нужна вода для кофе! – напомнила Нина.

– Да-да! – Юра быстро поставил на край стола чайник так, что тот чуть было не упал на пол, и снова сел к компьютеру. Клавиши быстро застучали. Нина вздохнула, взяла чайник и сама пошла за водой.

– Если попробовать сделать вот так и вот так, то изменится вся ситуация! – сказал Юра, когда она вернулась, и показал ей таблицы.

«Он очень умен, – подумала она, посмотрев через его плечо. – Мне это решение в голову не пришло. Опасный конкурент».

– Так будем кофе? – Он радостно засмеялся, обрадовавшись, что она оценила его остроумное решение.

– Конечно! – Нина быстро подошла к окну и вылила из чайника воду в цветы. – Давно не поливала! – сказала она в ответ на его недоуменный взгляд. На самом деле она прекрасно помнила, что поливала растения накануне, и протянула ему пустой чайник. – Четвертая дверь по коридору налево!

Теперь он решительно отправился в темноту. Нина уже с интересом ждала, чем закончится этот эксперимент. Тут открылась дверь с другой стороны, и в комнату из своего кабинета вошел Артур Сергеевич. Он был в куртке и в клетчатой кепке в стиле Шерлока Холмса, которую привез из туристической поездки в Англию.

– Ты еще здесь? Как дела? Вчерашняя журналистка материал не приносила? – спросил он и с удивлением уставился на Юрино пальто, лежащее на стуле. – Тут с тобой кто-то еще?

– Вчерашняя журналистка позвонила и сказала, что у нее заболел ребенок, поэтому материал она принесет позже. А со мной сейчас твой протеже, – объяснила она. – Очень способный, кстати, товарищ.

– Где он сейчас?

– Отправился за водой для кофе. Кстати, если он не появится через три минуты, придется мне идти выяснять, что с ним случилось. Там темно. Выключатель с непривычки отыскать трудно.

– Он что, не справится с этой проблемой?

Нина помолчала, потому что не могла найти сразу нужное слово.

– Некоторые бы сказали, что он чудак, – наконец нашла она правильное решение, – я же могу только констатировать, что он сильно отличается от других мужчин.

– Ты что имеешь в виду? – испуганно спросил Артур Сергеевич.

– Не то, что ты подумал, – махнула она рукой. – Если бы мы жили в Англии, я бы сказала, что он джентльмен со странностями, как все джентльмены, но мы живем не там, и поэтому я могу только отметить, что он не такой, как все.

В этот момент открылась дверь, ведущая в коридор, и перед Ниной и Артуром Сергеевичем предстал мокрый с ног до головы Юрий. В руках он все-таки держал наполненный чайник.

– Что случилось? – спросили Нина и Артур хором.

– Я всего лишь открыл холодную воду. Потом сразу сорвало кран.

– Ой! Я и забыла предупредить, что с краном надо обращаться осторожно! – Нина почувствовала вину. Сама-то она давно привыкла к коварной сантехнике.

Артур быстро выскочил в коридор.

– Вызывай дежурного по корпусу! – бросил он Нине.

Она извиняющимся жестом прижала руку к груди и стала набирать номер внутреннего телефона.

– Не надо никуда звонить! Там уже все нормально! Только уборщица пусть вытрет пол. Я сумел поставить кран на место. Ключ, к счастью, лежал под раковиной.

– Вы с этим справились? – с уважением спросила Нина. Она вспомнила, как ругались мужчины всего этажа на непослушный кран и очень немногим удавалось его завинтить.

– На трубе стерлась резьба. Требовалось найти правильное положение… Но кран обязательно надо менять. – Юра вытер руки носовым платком. – Я завернул общий вентиль, чтобы ночью не было потопа.

– Прекрасно. Вы точно незаменимый для нас человек. – Нина включила электрический чайник. – Вот кофе у меня только растворимый.

– Дареному коню в зубы не смотрят, – ответил Юра и с удовольствием выпил две чашки. Нина выпила одну, а оставшееся время просто сидела и смотрела на Юру. Он, по ее мнению, этого даже не замечал.

– Посуду оставим до починки водопровода. – Она накрыла грязные чашки салфеткой. – Поехали, я вас довезу до метро.

Юра отряхнул мокрые брюки, совершенно спокойно надел высохшее некрасивыми складками пальто, взял свой портфель и вышел в коридор. Она задержалась, чтобы проверить розетки и выключить свет. И в ту минуту, когда Нина напоследок оглянулась и уже взялась за ручку двери, ей показалось, что эта знакомая до мелочей комната в таинственном свете уличных фонарей стала другой – сказочно радостной, как перед Новым годом.

8

Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется…

Респектабельность простерла свой свинцовый плащ над всей страной… и в гонках побеждает тот, кто преданнее других поклоняется этой всемогущей богине – и только ей одной.

– Ну что, продвигаются матримониальные планы? – спросила у Вики Пульсатилла, когда вечером следующего дня старшая дочь вернулась домой.

– Подвигаются, – небрежно ответила та и, не задерживаясь в опасной близости от матери, проследовала в свою комнату. Младшая сестра Катя сидела за столом и, подперев щеку рукой, учила уроки. Когда Вика вошла, она сделала значительные глаза:

– Мама здесь два дня рвала и метала!

Вика неопределенно пожала плечами:

– Ну и что?

Когда Пульсатилла возникла на пороге, Вика переодевалась в домашний халатик.

– В гостях, может быть, кормят лучше, а дома уж что бог послал. Пожалуйте к столу!

Катя с удовольствием отодвинула в сторону учебники, а Вика коротко сказала:

– Не хочу! – И стала разбирать свою постель.

Татьяна спровадила младшую дочку мыть руки и подошла к старшей.

– У тебя все в порядке? – Она слегка коснулась девичьего плеча.

– Ой, мама, не надо! Не приставай с разговорами! Все у меня в порядке, я просто устала! – Тело у Вики было напряженным и твердым как камень.

– Во сколько тебя завтра будить? Ты собираешься в институт? – еще более осторожно спросила Пульсатилла.