Игра в притворство - Оливия Хейл Страница 3

Он смотрит на меня в тусклом свете машины.

— Очень мило, — говорит он, — Но это не тебе решать. Завтра ты никуда не пойдешь без них.

Глава 2

ВЕСТ

Нора Монклер — младшая сестра моего лучшего друга.

И, учитывая, что Раф для меня практически брат, это должно было бы делать ее похожей на мою сестру. Проблема в том, что слово «должна» никогда по-настоящему не работало так, как должно, когда дело касалось Норы.

Она — проблема для меня. Всегда ею была. С той самой минуты, когда я впервые встретил ее, годы назад, когда она вошла в шале Монклеров с улыбкой на лице и своим скетчбуком под мышкой. Ее волосы — темно-каштановые и глянцевые, глаза — умные, губы — улыбающиеся. На пять лет младше Рафа и меня, обласканная и прекрасная.

Всего на несколько дюймов ниже меня и с лицом для билбордов и рекламы.

Теперь она очень непосредственная проблема. Какой-то богом забытый идиот решил, что одержим ею нездоровым образом, и Рафа проинформировал меня о сталкере, которого его службе безопасности не удалось найти. О том, как ситуация эскалировала от комментариев в соцсетях до прямых писем и первого письма, пришедшего в ее квартиру.

Она переехала в Нью-Йорк, чтобы воспользоваться возможностью в дизайне, и пока у Рафаэля есть отличная команда безопасности, обученная для его европейской недвижимости, я знаю этот город.

Все будет хорошо. Совершенно нормально.

Это будет означать лишь взаимодействие с ней неделями напролет. Мониторинг ее местоположения и безопасности и готовность по вызову для команды безопасности. На моей смене с ней ничего не должно случиться.

Точно так же, как я бы сделал, если бы это была моя собственная сестра.

Даже если раздражение, которое я почувствовал прошлой ночью, отталкивая мужчину, который наклонялся, когда она хотела отклониться, балансировало на грани чего-то еще. Чего-то, что я не могу себе позволить, не могу потакать, не могу слишком усердно обдумывать.

Я видел ее в последний раз на вечеринке, которую Рафаэль устроил несколько месяцев назад. Она выглядела мило в голубом платье, с безупречными манерами и улыбкой, которая выглядела естественной, но я часто подозревал, что это что угодно, только не естественность.

У нее всегда были безупречные манеры со всеми, кроме меня. Как и прошлой ночью, в своем шелковом черном платье и с темной подводкой, споря со мной на каждом шагу.

Я провожу рукой по волосам и игнорирую взгляды, которые бросают на меня некоторые из моих сотрудников. Обычно я не бываю в Calloway Holdings в даунтауне Манхэттена, но сегодня я здесь, и они это замечают.

По какой-то причине я раздражаю ее. Уже много лет.

Но я лично пообещал Рафаэлю, что могу гарантировать ее безопасность.

Потому что Раф — семья. Был ею с тех пор, как мы жили вместе в Академии Бельмонт, будучи неадаптированными подростками со слишком большим количеством свободного времени и без родительского надзора.

Кто-то из руководящего состава останавливает меня. Я сказал ей, что хочу быть проинформирован, когда поступят последние финансовые отчеты. Есть ли у меня время сейчас?

Я говорю «да», даже если времени у меня в обрез.

В этом старом здании с тридцатых годов находится штаб-квартира Calloway Holdings, после того как мой прадед сколотил состояние в сталелитейном бизнесе. Ходят слухи, что он купил это старое каменное здание во время депрессии за гроши. Безжалостный.

Опять же, таким он и был. Сорвиголова. За последние пять лет вышло две биографии о нем; я не читал ни одной. Портрет его в моей собственной столовой излечил меня от всякого любопытства. Я и так часто вижу его взгляд. Я знаю, чему мне нужно соответствовать.

И после того, как он подставил меня, между мной и моим предком нет никакой любви. Именно он учредил траст на поместье Фэйрхейвен на Лонг-Айленде, место, которое я называю домом. Я могу унаследовать бизнес, но дом?

Только если я женюсь к тому времени, когда мне исполнится тридцать. Что случится в конце лета.

Время истекает, и теперь Нора тоже моя проблема. Моя раздражающая, слишком красивая и явно небезопасная проблема.

Я слушаю, что говорит мой финансовый директор, но слышу только половину слов.

Поблагодарив Элисон за финансовый брифинг, я направляюсь к лифтам. Взгляд на часы показывает, что я опаздываю на следующую встречу, а я ненавижу опаздывать.

Пришло сообщение от Рафа.

Раф: Как прошел первый день?

Я колеблюсь всего секунду, прежде чем написать ответ.

Вест: Нормально. Все под контролем.

Ему не нужно знать, что самая первая ночь с ней под моей защитой обернулась провалом. Глаза Норы вспыхнули неповиновением на тротуаре, и это вызвало мое собственное раздражение. Но потом в ее голосе дрожала дрожь, когда она настаивала, что может сама о себе позаботиться.

У меня всегда было такое чувство по отношению к ней, что есть одна сторона, которую она показывает другим, и другую, которую она держит на коротком поводке.

Рафаэль пишет снова.

Раф: Спасибо. Я у тебя в долгу.

От этого у меня скрипят зубы. Он действительно, действительно не должен. Не тогда, когда он позволил моей собственной сестре пользоваться его парижской квартирой прошлым летом. Не тогда, когда он помогал мне сохранять рассудок в школе-интернате. Не тогда, когда он просто просит об ответной услуге. А что такое услуга между братьями?

Мы ведь семья. Во всем, кроме крови.

Что означает, что Нора должна быть как моя младшая сестра.

Встреча тянется мучительно долго. Цифры и прогнозы по различным холдингам, все упакованные вместе с четкими рекомендациями на предстоящие кварталы. Мы расходимся ближе к вечеру, и я вижу два пропущенных звонка от моего главы службы безопасности.

Черт. Я мгновенно настороже. Ее глаза снова вспыхивают передо мной, и я слышу эту дрожь в голосе. Если кто-то напугал ее…

Я извиняюсь и перезваниваю ему.

— Докладывайте.

— Цель в порядке. Но она пропала на некоторое время, — говорит Артур. Его тон короткий, без лишних слов. — Она ходила на пробежку в Центральный парк. Мы поддерживали визуальный контакт, но она от нас улизнула. Нам потребовалось пятнадцать минут, чтобы снова ее найти. Мои ребята сейчас следят за ней по пути обратно в ее квартиру.

— Что значит, улизнула?

— Она бежала быстро, сэр. Я послал двух своих более опытных ребят