Если бы солнце никогда не садилось - Ана Хуанг Страница 33

Блейк покрыл поцелуями ее живот и зацепил пальцами пояс ее трусиков. Ее ноги дрожали в предвкушении, но была одна вещь, которую Фарре нужно было прояснить, прежде чем она окончательно потеряет рассудок.

— Блейк. — Его имя прозвучало как прерывистый шепот.

Он посмотрел на нее, его глаза блестели от похоти.

— Это просто секс. — Фарре нужно было, чтобы он это понял. Это была их единственная ночь. Ни больше ни меньше.

Другая эмоция мелькнула в этих сапфировых глазах, но когда она моргнула, она исчезла.

— Я знаю.

Затем Блейк стянул трусики с ее ног, опустил голову и заставил ее окончательно потерять рассудок.

Глава 20

Блейк не мог скрыть самодовольной ухмылки, пока Фарра выгибалась напротив его лица, а ее стоны становились такими громкими, что сотрясали новые окна в ванной.

Он скользнул языком между ее складок и насладился ее сладким, мускусным вкусом. Это был афродизиак, созданный специально для него, и он не мог им насытиться. Сладкое круговое движение, прикосновение зубов, быстрый взмах языка. Каждое действие вызывало звук, который заставлял пламя похоти мчаться по его венам прямо к члену.

Фарра вцепилась в столешницу одной рукой и сжала его волосы другой, потянув так сильно, что стало больно, но эта боль только усилила его желание. Ее прерывистые стоны становились все длиннее и интенсивнее. Мышцы ее бедер напряглись, и он понял, что она вот-вот взорвется. Блейк подумывал о том, чтобы продлить ее оргазм, отстраняясь и доводя ее до края, а затем снова отстраняясь, пока она не начнет умолять его позволить ей кончить, но он был так возбужден, что мог просто разлететься на куски, если не погрузится в нее в ближайшие две минуты.

Он снова втянул ее клитор в рот и сильно засосал, проводя языком по нежному бугорку и одновременно глубоко вонзая пальцы внутрь, пока они не достигли ее точки удовольствия. Фарра издала дикий, задыхающийся крик, который эхом разнесся по ванной и пропел в Блейке, как самая эротичная симфония в мире. Ее бедра снова и снова дергались у его лица, пока оргазм сотрясал ее тело. Она металась так сильно, что ему пришлось вынуть пальцы из ее истекающего влагой лона и прижать ее бедра обеими руками, чтобы она не соскользнула со столешницы. Между тем его голодный рот пожирал ее, слизывая соки и не желая упускать ни единой капли. К его удивлению, Фарра кончила снова, на этот раз еще сильнее.

Блейк подождал, пока утихнет ее последняя дрожь и она без сил привалится к стене, прежде чем подняться с пола так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Черт, она была великолепна. Ее волосы рассыпались по плечам растрепанным облаком полночного шелка. Ее раскрасневшиеся щеки и красные губы заставляли его пульсировать от желания, а ее глаза, с тяжелыми веками и затуманенные послекоитальным блаженством, смотрели на него из-под густых темных ресниц.

— Думаю, пришло время вернуть должок. — Хриплое обещание Фарры послало очередной разряд похоти прямо в его пах.

Блейк не сопротивлялся, когда она соскользнула со столешницы и быстро расправилась с его боксерами, но когда она опустилась на колени, он обхватил ее за руки и потянул обратно вверх.

Фарра нахмурилась.

— Не сегодня, — сказал он. — Мне нужно трахнуть тебя. Прямо сейчас.

Она ничего не ответила, но в этом и не было нужды. Все было написано у нее на лице. Сегодня — единственная ночь, которая у нас есть.

Вспышка гнева возникла из ниоткуда. Она завязалась узлом в животе Блейка, подпитываемая отчаянием. Ему хотелось схватить Фарру за плечи и встряхнуть ее. Заставить ее увидеть то, что было прямо перед ними. Но он не мог, поэтому просто сократил расстояние между ними, пока ее спина не уперлась в столешницу, а его твердое возбуждение не прижалось к ее мягкому центру.

— Скажи мне, как ты хочешь, — прорычал он. — Нежно и медленно или жестко и грубо?

В глазах Фарры мелькнуло возбуждение. Ее грудь вздымалась и опускалась короткими вдохами.

— Жестко и грубо, — прошептала она.

Дикая улыбка разрезала его лицо.

— Я надеялся, что ты это скажешь.

Она вскрикнула, когда он развернул ее и нагнул над раковиной. Он выудил кошелек из кармана джинсов и достал презерватив — он всегда был при нем, на всякий случай — и надел его, прежде чем вернуться к соблазнительному виду сияющего возбуждения Фарры.

— Раздвинь ноги шире, — скомандовал Блейк.

Она повиновалась без колебаний.

Блейк обхватил ее за бедра, вдавливая большие пальцы в ее мягкую плоть, и наклонился, пока его дыхание не коснулось ее уха.

— Это то, чего ты действительно хочешь?

— Да, — всхлипнула Фарра. Всхлип превратился в полноценный крик, когда Блейк ворвался в нее, погрузившись до самого основания.

— Боже, — прошипел он. — Ты такая тесная. — Теснее кулака, жарче преисподней и такая чертовски мокрая, что он чуть не сорвался с первого же движения, как неопытный мальчишка.

Блейк стиснул челюсти, пытаясь восстановить контроль, прежде чем начать двигаться.

Фарра заскулила и заерзала под ним.

— Нетерпеливая, — поддразнил он. Он протянул руку, чтобы погладить ее набухший клитор, испытывая огромное удовлетворение от дрожи, пробежавшей по ее телу.

— Трахни меня. — На этот раз приказала она, и Блейк подчинился так же, как она подчинялась ему. Он не смог бы ждать дольше, даже если бы захотел.

Он выходил, пока внутри нее не оставался лишь кончик его члена, а затем снова толкался вперед мощным, яростным движением, от которого она подавалась вперед.

Блейк безжалостно вколачивался в нее, позволяя ее стонам и гортанным крикам гнать его еще сильнее, глубже, быстрее.

Это не было занятием любовью. Фарра этого не хотела, и, честно говоря, он тоже. Он хотел зарыться в нее так глубоко, чтобы она никогда его не забыла; трахнуть ее так сильно, чтобы оставить на ней свой отпечаток; вознести ее так высоко, чтобы она поняла: они созданы для большего, чем одна ночь.

Блейк выбрал такой угол, чтобы его член терся о ее клитор