Приват для Ректора, или Возраст имеет значение - Рика Лав Страница 35

Вадим повернулся ко мне, осматривая и проверяя, что я в порядке.

— Ты как?

— Я... я нормально, — но голос все равно подрагивал. — Спасибо. Если бы не вы...

Он подошёл, обнимая за плечи и притягивая к своей груди. Я уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая запах его одеколона, смешанный с морозным воздухом. Расслабилась, вот бы простоять так целую вечность…

— Больше такого не повторится, — прошептал он мне в волосы.

Мы стояли так несколько секунд. Потом Вадим отстранился, направляясь к машине, открыл мне дверь, подождал, пока я сяду, и закрыл. Обошёл машину и сел за руль.

Завёл двигатель, включая сразу же обогрев. Тепло из печки приятно повеяло в лицо.

— Я отвезу тебя домой, — сказал он, переключая передачу.

— Нет, — спешно покачала головой, только сейчас соображая, что собиралась сделать. — Не нужно! Я доеду на метро. Вам же на работу.

Вадим посмотрел на меня так, словно я сказала что-то невероятно глупое.

— Лера, не неси чушь. Я отвезу тебя домой. Или ты думаешь, что я позволю тебе ехать одной в метро после того, что сейчас произошло?

— Но...

— Никаких "но", — и тут он положил руку мне на колено. Я забыла как дышать, так отчетливо мужская ладонь ощущалась на мне. Мамочки… — Ты едешь со мной.

Я замолчала, понимая, что спорить бесполезно.

Вадим убрал руку, положив её обратно на руль, тогда я смогла выдохнуть, буквально.

— Хотя есть вариант, — немного помолчав, Вадим повернулся ко мне. — Если ты согласна, мы можем сейчас заехать в университет. Мне нужно забрать кое-какие документы, это займёт минут тридцать. А потом вместе съездим к моему знакомому в прокуратуру, он обещал собрать информацию по твоему делу. А уже после я отвезу тебя домой. Как тебе такой план?

Я задумалась. С одной стороны, хотелось просто уехать домой, забраться под одеяло и забыть обо всём, что произошло сегодня утром, не быть обузой. С другой стороны, сидеть дома одной и ждать вечера, когда Вадим вернётся...

Нет. Лучше быть рядом с ним. Желание оставаться рядом было почти непреодолимым.

— Хорошо, — кивнула. — Я согласна.

Вадим Дамирович улыбнулся, в уголках его глаз прорезались морщинки.

— Отлично. Тогда поехали.

Он завёл машину, но не тронулся с места. Вместо этого повернулся ко мне, облокотившись одной рукой о руль.

— Лера, — бархатно произнёс Вадим. В голосе его появились нотки, от которых все сжалось внизу живота. — Сделай ещё раз то, что сделала вчера.

Я моргнула, не понимая, о чем он.

— Что... что именно?

— То, что ты сделала на кухне, прежде чем убежать.

Поцелуй в щёку… Он говорит… говорит о поцелуе в щёку. Что… Зачем?

Я отвела взгляд, заливаясь румянцем и уставившись в окно.

— Я... я не знаю, зачем...

— Потому что, — он мягко перебил, — мне было приятно. И я хотел бы, чтобы ты повторила, если это не противоречит твоим собственным желаниям.

Сердце колотилось, как у сумасшедшей. Боже… Поцеловать его в щеку тогда было порывом, после которого я ещё минут двадцать лежала на кровати, зажав рот, чтобы не пищать. Но… Я все же медленно повернулась к нему. Вадим смотрел на меня, ожидая слов или действий.

Расстегнула ремень безопасности, получилось не сразу, раза с третьего. Наклонилась через центральную консоль, пытаясь дотянуться до его лица. Но расстояние оказалось слишком большим, а сама я слишком невысокой.

Вадим не пододвигался. Не помогал. Просто сидел, облокотившись о руль и глядя на меня с лёгкой усмешкой.

Что я делаю… Но под взглядом его глаз я словно обретала странную смелость.

Пришлось подняться выше, упираясь коленом в своё сиденье. Рука сама собой, помедлив, легла мужчине на бедро, ища опору. Под ладонью оказались твёрдые мышцы, горячие даже через ткань брюк.

Наклонилась ещё ближе. Наши лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров. Я чувствовала его дыхание на своих губах, видела каждую морщинку в уголках глаз.

Собралась с духом. Приблизилась к его щеке, прикрывая глаза.

И в последний момент… Вадим повернул голову.

Мои губы накрыли его губы.

Я замерла, не дыша. Открыла глаза. Вадим смотрел на меня в упор, не моргая, не закрывая своих глаз. Губы приоткрыты под моими, твердые и чуть влажные.

Нужно было отстраниться сейчас же. Извиниться, сослаться на случайность, отсесть обратно на своё место.

Но я не двигалась. Просто смотрела на него, чувствуя, как под моей ладонью на его бедре напряглись мышцы.

Тогда Вадим приподнял руку, обхватывая моё лицо. Большой палец лёг на скулу, остальные зарылись в волосы на затылке. И притянул меня ближе, углубляя поцелуй.

Его губы двинулись, захватывая мою нижнюю и посасывая. Язык выскользнул, прочертив влажную дорожку по краю губ, прося впустить его.

Я судорожно вздохнула и открыла рот, позволяя Вадиму войти. Наши языки встретились, его настойчиво переплетая с моим. Вкус кофе и мяты, свежесть зубной пасты, мужское опьяняющее послевкусие рухнуло на меня.

Как-то так получилось, что от избытка чувств, я сжала ладошку на его бедре, пальцы вцепились в ткань брюк. Вадим гортанно застонал мне в рот, я дернулась, и от этого звука по моему телу прокатилась волна жара.

Боже… Он застонал… Он…

Поцелуй теперь стал глубже. Вадим держал моё лицо уже обеими руками, направляя и показывая, как нужно. Я беспрекословно подчинялась, следовала за ним, позволяя вести.

Одна его рука скользнула ниже, по шее к плечу. Потом к талии, обхватывая, притягивая ближе. Я подалась вперёд, почти ложась на него и на консоль между сиденьями.

Вадим оторвался от моих губ, тяжело дыша, и прижался лбом к моему лбу, закрывая глаза.

— Ләгънәт(¹), Лера, — выдохнул он сквозь зубы. — Я не знаю, как держать себя в руках рядом с тобой…

Я не могла ему ответить. Просто сидела, уткнувшись лбом в его лоб и пытаясь отдышаться. Сквозь грохот крови в ушах я едва слышала что-либо.

Вадим провёл рукой по моей спине вниз. Потом опомнился и обхватил за талию, аккуратно отсадил обратно на пассажирское сиденье.

— Пристегнись, девочка. Поехали, пока я не передумал и не отвёз тебя прямо сейчас к себе домой.

Я послушно пристегнула ремень безопасности. Руки всё ещё тряслись, губы покалывало от поцелуя.

Вадим завёл машину и выехал на дорогу. Одна рука лежала на руле, вторая переключала передачи. Я украдкой поглядывала на него, на профиль, на сжатую челюсть.

И думала о том, что же произойдёт вечером, когда мы останемся одни. Когда он расскажет мне значение тех слов, что прошептал утром в ванной.

Когда он, возможно… продолжит то, что начал… вчера.

Боже,