Алгоритм любви - Клаудиа Кэрролл Страница 40

Он прошагал мимо нее прямиком к бару, практически не заметив, потом вдруг замедлился и так же медленно повернулся к ней на каблуке как в мультике.

– Прошу прощения, – обратился он к ней вежливо, интеллигентно и таким четким голосом, словно бы собирался рассказывать девятичасовые новости, – возможно, вы сочтете это дерзостью, но я случайно имею честь говорить не с Ким Бэйли?

– Да, это я, – ответила Ким, приостанавливая качели и сползая с них за рюкзаком. – А вы, должно быть, Гарольд Уэст?

– Рад познакомиться, – сказал он, слегка кивнув головой и сделав шаг назад, чтобы официозно пожать ей руку.

– А кратко Гарри?

– Я все же предпочитаю Гарольд.

– Ой, – смутилась Ким, – поняла.

Он открыл перед ней дверь и она прошла вперед в бар, начиная бояться и чувствуя себя так, будто ей предстояло проходить самое странное собеседование на работу.

Дальше – хуже. Обычно, при малейшей возможности Ким начинала болтать без умолку. Редко когда она прерывалась: даже ее мать раньше говорила, что для Ким утро всегда начиналось с болтовни, болтовни, болтовни… Да на этом свидании даже она с трудом находила слова.

– Так… какую музыку ты любишь? – спросила она, отчаянно пытаясь найти тему для разговора. Их посадили за красивый, освещенный солнцем столик у окна, и самое ужасное было то, что их окружали люди примерно того же возраста, что и Ким, и, по-видимому, прекрасно проводили время. Она уже заметила несколько отвязных ребят у барной стойки и, если б не Гарольд, уже пулей метнулась бы туда. Она бы без труда влилась в компанию, опрокинула пинту сидра и наконец начала бы кайфовать от вечера, для разнообразия.

Тем временем между ней и ее спутником воцарилось длительное мучительное молчание. «Смех, вот чего так недоставало за их столиком», – с грустью думала Ким.

– Ты имеешь в виду поп-музыку? – уточнил Гарольд. – Я, скорее, сторонник классической музыки. Моя мама – оперная певица, сопрано. Это очень интересно, на самом деле. Сейчас она репетирует постановку «Мадам Баттерфляй» в Королевском театре в Ковент-Гардене. Много лет назад она исполняла главную роль, но на этот раз она играет мать Баттерфляй, – разъяснил он любезно, как будто бы это о чем-то Ким говорило. Ким же все это время тоскливо смотрела в сторону барной стойки.

– Звучит замечательно, – вяло отреагировала она. – Наверно, ты очень гордишься своей мамой.

– Тот же самый вопрос тебе, – перевел стрелки Гарольд с полуулыбкой.

– Fontaines DC, BTS, но только по приколу, Тэйлор Свифт, когда я одна дома, Дрейк и Эминем, старый добрый олдскул, – пожала плечами она. Потом она посмотрела на Гарольда, который все моргал в своих очках Гарри Поттера, выглядя потерянным и сконфуженным, словно бы она говорила на другом языке.

– Боюсь, я не очень знаком с творчеством всех этих групп, которые ты перечислила, – признался он, – но несомненно они все очень достойные, по-своему.

К их столику подошел официант, чтобы убрать тарелки с остатками их основных блюд, которые они худо-бедно поели, и предложил им десертное меню, от которого они вежливо отказались. «Чем скорее мы закончим, тем скорее я смогу сбежать», – думала Ким, пытаясь подавить зевок. Гарольд извинился и вышел – наверное, тоже убежал в уборную, предположила Ким. Ей было все равно.

Она проследила взглядом за Гарольдом до самой барной стойки, отметив, какой он высокий и худой. Его походка была той особенной походкой обладателя длинных ног. Ким не могла сказать, что с ним что-то было не так, поэтому, размышляя вперед о том, что она напишет в отчете для Айрис, она испытывала затруднения. Айрис, разумеется, захочет узнать все в мельчайших подробностях. Гарольд казался хорошим человеком, воспитанным, увлеченным и дружелюбным. Но между ними вообще не проскочило искры, и это не только из-за нее, но и из-за него. Парень просто молодой старик: ему еще нет и сорока, а ведет себя так, словно бы в отцы ей годится. Наверняка он еще и спит в пижаме. И спит после обеда, когда появляется возможность. Постоянно теряет ключи от машины, читает the Guardian и смотрит шоу старинных автомобилей.

– Прости, что заставил себя ждать, – извинился Гарольд, вернувшись за стол быстрее, чем она предполагала.

– Гарольд, – начала Ким как заправский офицер полиции, дающий подозреваемому понять, что его песенка спета: она сидела прямо напротив него, вытянув руки вперед и как бы давая понять, кто владеет ситуацией. – Могу я задать тебе один вопрос?

– Разумеется, – улыбнулся он.

– Отлично, поехали. На твой взгляд, как проходит наше свидание?

По-фи-гу. Ким никогда не умела сдерживать то, что думала, да и разве сегодня она не должна была предоставить подробный отчет о том, как все прошло?

Он моргнул сквозь очки.

– Оу, – кивнул он, слегка растерявшись от ее прямолинейности. – Я понял. Что ж. Ну…

Пока он подбирал нужные слова, Ким его опередила.

– Потому что мой ответ был бы «не очень», – сказала она, глядя ему в глаза.

– Оу… Да. Наверно. Понимаю, – снова кивнул он.

– Можно я спрошу у тебя кое-что еще?

– Да, конечно, разумеется, – ответил Гарольд, доставая хлопковый носовой платок и промакивая маленькие капельки пота, выступившие у него на лбу.

– Что в моем профиле заставило тебя захотеть встретиться со мной? – спросила она напрямую. – Я захотела встретиться с тобой, потому что ты написал, что твой личный ад – это когда нечем заняться, мне это очень отозвалось. А что в моем профиле заставило тебя подумать, что из всех женщин, которые есть на сайте, я была той самой, с кем ты бы не прочь встретиться?

Гарольд скрестил пальцы рук вместе и чуть наклонился вперед, чтобы смотреть прямо ей в лицо.

– Собственно говоря, я хорошо помню, – начал он с кривой ухмылкой, – что это был твой ответ на вопрос «как вы хотите умереть?»

– Серьезно? – удивилась Ким, судорожно пытаясь вспомнить, что же она написала. Но, увы, все попытки были тщетны. Перед тем, как заполнять опросник, она точно помнила, что выпила. Так что написать она могла все что угодно.

– Ты написала, что хотела бы умереть в любящих руках твоего парня и чтобы последними словами, которые ты услышишь на этой земле, были бы «она не может умереть, она слишком молода и красива!».

– Я это написала? – удивленно переспросила она.

– Меня это рассмешило, – признался Гарольд, – А я очень редко смеюсь. Так что, думаю, причина в этом.

– Думаешь, ты хотел бы встретиться со мной еще раз? – спросила она у него, абсолютная уверенная в том, как сама бы ответила на этот вопрос.

– Я думаю, что для того, чтобы свидание считалось успешным, – ответил он после долгих раздумий, – для