Проданная ковбоям - Стефани Бразер Страница 6

— Они все молоды. Твоя мама была молода. Моя мама была молода.

Сейчас он вовлекает в это дело мам. Я не хочу думать ни об одной из наших мам в этом контексте. Иисус. И, учитывая, что у моей мамы ничего не получилось, она не является примером для подражания.

— Что ж, уже слишком поздно высказывать свое мнение.

— Она симпатичная. И она говорила правильные вещи. — Он вызывающе вздергивает подбородок.

— Ты думаешь своим животом и своим членом?

Джесси проводит загорелой рукой по своей бороде с проседью и поджимает губы, словно пытается проглотить то, что вертелось у него на языке.

— Нам нужен кто-то практичный.

— Ну, она выглядела практичной. Тот наряд...

Я качаю головой, глядя на бесформенную, поношенную одежду, в которой Тейлор предстала перед нами сегодня. Я надел свою лучшую рубашку, а Джесси и Клинт надели свои воскресные шляпы. Подобная ситуация требует определенных усилий.

— Нам нужно добраться туда, — ворчит Клинт. Он кивает в сторону Дикси, которая помогает Тейлор с небольшой сумкой с вещами. Не похоже, что она вносит большой вклад.

На аукционе есть наши реквизиты, поэтому оплата перед отъездом не требуется. Я думаю о цене, которую мы только что заплатили, и о том, что еще мы могли бы купить на эти деньги: призового жеребца, способного дать потомство нескольким поколениям трудолюбивых животных, или небольшое стадо домашнего скота.

Я не понимаю, почему здешние девушки считают, что это хороший вариант. Мужчинам нужны женщины, а женщинам нужны мужчины; так уж устроен мир в большинстве случаев. Но найти мужа в таком месте, как это, не кажется лучшим вариантом для любой женщины.

— Вот, держи, — говорит Дикси, протягивая Джесси маленькую сумку Тейлор. — Тейлор, познакомься с Джесси, Мавериком и Клинтом. Они отвезут тебя домой. — Она обнимает Тейлор, прижимая испуганную девочку к своей пышной груди. — У тебя есть несколько хороших парней.

Тейлор моргает, глядя на всех нас, как Бэмби, стоящий перед двумя стволами дробовика и неминуемой смертью. В нашем случае, трехствольный.

Вблизи она еще красивее, с крошечными бледными веснушками на щеках, как у моей любимой кобылы, и мягкими, тонкими светло-каштановыми волосами, из-под которых выглядывают уши, почти как у эльфа. Она держится напряженно и неловко, как будто не привыкла к пространству, которое занимает ее тело, и к тому, каково это — двигаться.

Желание как-то подбодрить ее очень сильное и необычное. Обычно мне нравятся дерзкие, уверенные в себе женщины, которые чувствуют себя как дома в своей собственной сексуальности. Это делает отношения на одну ночь намного проще и приятнее.

Тейлор излучает девственные флюиды.

Блядь.

Этому суждено плохо закончиться — и не просто плохо. Это задумано для того, чтобы взорваться и уничтожить всех нас силой.

Джесси протягивает руку, и Тейлор пожимает ее, но я успеваю заметить, как дрожат ее пальцы. Наши взгляды встречаются, и я словно вижу свое собственное отражение: светло-карие глаза с зелеными и золотыми вкраплениями, похожие на искры огня, вспыхивающие на лесной подстилке.

— Я Джесси, — хрипло произносит он. Тейлор кивает и смотрит на Клинта, который все еще прячется на заднем плане. Ее безмолвный вопрос заполняет пространство между нами: — Кто из вас будет моим мужем?

— Это Клинт, — Джесси машет рукой в сторону застывшей фигуры Клинта. — И Маверик.

Я снимаю шляпу и заставляю себя улыбнуться, несмотря на все свои сомнения. Улыбка — это то, что у меня получается лучше всего, но сегодня она кажется такой же естественной, как спаривание свиньи с быком.

— Привет. — Ее внимание переключается на спину Дикси, которая пробирается сквозь толпу, чтобы разобраться со следующей девушкой.

— На сегодня мы закончили, так что уходим, хорошо? — Джесси указывает на дверь сарая, где стоит наш грузовик. Скот, который мы купили сегодня, будет доставлен, так что Тейлор — единственная покупка, которую нам нужно перевезти.

Это звучит так неправильно, даже в моей голове.

— Хорошо. — Даже если бы она постаралась, в ее голосе не было бы меньше энтузиазма.

Мы идем к грузовику, Джесси впереди, Клинт за ним, а мы с Тейлор сзади. Я стараюсь держаться рядом с ней, пока она еле волочит ноги. Неловкое молчание требует продолжения.

— Тебе понравится на ранчо Твин Спрингс, — говорю я. — Оно, конечно, красивое.

Она кивает, глядя на меня, но затем отводит взгляд.

— Да. Пейзаж, дом, животные. Это самое лучшее. — Я говорю, как один из тех придурковатых риэлторов из дневных телепередач.

Тейлор не отвечает, поэтому я продолжаю.

— Ты быстро освоишься.

— За кого я выхожу замуж? — выпаливает она, когда мы выходим из здания. Она останавливается, наблюдая за удаляющимися фигурами Джесси и Клинта.

— За Клинта, — говорю я и, приподняв шляпу, провожу рукой по влажному от пота лбу. Мои волосы, наверное, в беспорядке.

Она удивленно смотрит на меня. Из всех нас он был наименее привлекательным.

Ее зубы впиваются в нижнюю губу с такой силой, что она белеет.

— Это то, чего ты хочешь, верно?

Она несколько раз моргает, ее глаза становятся стеклянными.

— Да, — шепчет она. — Конечно.

Почему я ей не верю?

Все это не моя проблема. Джесси придется собирать по кусочкам свой безрассудный план. Если она дрожит перед тем, как стать женой Клинта, то как, черт возьми, она будет относиться ко всему остальному, что ей предстоит?

— Поехали, — говорю я. — Чем быстрее мы вернемся, тем быстрее сможем показать тебе окрестности. Тебе понравится, я обещаю.

Это самое слабое обещание, которое я когда-либо давал.

Поездка домой занимает два часа, и это чертовски неудобно. Клинт сидит рядом с Тейлор на заднем сиденье, всю дорогу уклоняясь от разговора. В свою защиту можно сказать, что Тейлор засыпает через десять минут, неловко прислонившись головой к борту грузовика. Мы с Клинтом обмениваемся многозначительными взглядами. Бедняжка либо устала, либо притворяется спящей, чтобы не общаться с нами. В любом случае, это, наверное, к лучшему. Клинт — сильный и молчаливый мужчина. В тоне Джесси обычно слышны командные нотки, которые вселяют страх в ничего не подозревающих людей. К тому же он упрямый. Я болтаю без умолку и отпускаю шутки, чтобы заполнить пустоту. Между нами говоря, мы, вероятно, производим ужасное, загадочное или пугающее первое впечатление.

Рубашка, которую я ношу, жмет мне шею, и я расстегиваю две верхние пуговицы. Ветерок, врывающийся в открытые окна, теплый и