Безудержная любовь - Мелани Харлоу Страница 62

Он застонал и перевернулся на живот. — Я даю тебе пять минут. А потом это уже я буду груб с тобой.

— Тс-с-с. Просто расслабься. — схватив с тумбочки бутылочку с массажным маслом, я обхватила его бедра и оседлала его задницу.

Он застонал. — Это жестоко.

— Тише. Положи руки за голову. — я втерла немного масла в ладони и начала массировать легкими движениями вверх и вниз по обе стороны его позвоночника, между лопатками и на задней поверхности шеи.

— На самом деле это довольно приятно, — сказал он. — Гораздо лучше, чем массаж из мести.

— Это всего лишь разминка, — сообщила я ему. — Я собираюсь стать грубее.

Усиливая давление, я проработала все мышцы его спины, плеч и шеи, а затем перешла к рукам. Несколько раз он стонал и ругал меня, особенно когда я использовала локти, но я чувствовала, как узлы ослабевают. Я опустилась ниже и стала массировать его ноги и ступни, восхищаясь крепкими бедрами и икрами. Я позволила своим рукам скользнуть вверх по внутренней стороне его бедер и приблизиться к его яйцам, но я была осторожна, избегая прикосновения к ним. Мне не хотелось, чтобы он возбудился и взял верх — у меня был план.

Я приберегла его попку напоследок и отлично провела время, разминая упругую плоть руками, наслаждаясь чередой проклятий, которые он бормотал. — Хорошо, теперь ты можешь перевернуться, — сказала ему я.

Он перевернулся на спину. — Ты собираешься снова оседлать меня?

— Через минуту. — я начала с его ног, двигаясь от лодыжки к бедру. Его член был твердым и подпрыгивал, когда мои руки приблизились к нему. В конечном счёте я встала на колени, поставив ноги по обе стороны от его бедер, и сжала их ладонями, теплыми и скользкими от масла.

— Блядь, да, — сказал он, потянувшись к моим грудям.

Я оттолкнула его руки. — Никаких прикосновений, сэр.

— Ты не упоминала об этом правиле раньше.

— Просто, пожалуйста, ложись на спину. Тебе понравится. — я приподнялась, оседлав его торс, чтобы помассировать грудные, дельтовидные мышцы и бицепсы. — Разве это не приятно?

— Да, — сказал он, нахмурившись. — Да, но я умираю от желания прикоснуться к тебе.

— Я знаю. Тебе нравится прикасаться ко мне. И твой рот. Посмотри, какие следы ты оставил.

Он еще раз полюбовался синяками, оставшимся на моей коже. — Мне они чертовски нравятся.

— Теперь моя очередь. — я подползла к прикроватной тумбочке, поставила массажное масло и схватила свою красную помаду. Затем оседлала его бедра, зажав его член между нами.

Он наблюдал, как я наношу помаду, медленно окрашивая губы в свой любимый красный оттенок.

— Трахни меня, — прорычал он, сжимая мои бедра.

— Всему своё время, — сказала я. — Мы должны обсудить согласие.

— Что-то вроде разрешения?

— Да. У меня есть твое разрешение оставлять следы на твоей коже?

— У тебя есть разрешение делать все, что ты, блядь, захочешь.

— Отлично. — я начала с его шеи и продвигаясь вниз, оставляя отпечатки поцелуев на горле, ключицах, плече, татуированном бицепсе, соске, который я лизала и посасывала, возбуждаясь от того, как он затвердел на моем языке. Кончиками пальцев я подразнила другой, и его дыхание становилось все тяжелее и тяжелее.

Двигаясь вниз по его ногам, я оставляла следы поцелуев на его рельефном прессе, тазовых костях, по обе стороны от V-образной линии, которые прослеживала языком. Затем я воспользовалась моментом, чтобы вновь нанести помаду, подкрасила и потерла свои губы друг об друга. Его тело и так способно возбудить меня, но от этих следов поцелуев на его коже у меня закипала кровь.

Я опустила голову и прижалась губами к обеим сторонам его члена, приблизившись достаточно близко, чтобы мучить его. Потом ниже, на его бедра. Затем чуть выше того места, где покоился кончик, блестящий и гладкий.

— Вероника. — Мольба. Упрек. Просьба.

Я улыбнулась и дала ему то, что он хотел, взяв его эрекцию в руку и поднеся ее к своему рту. Затем я скользнула губами вниз по его твердой длине, вбирая его так глубоко, как только могла. Когда я не смогла вместить в свой рот ни дюйма его члена, я сжала губы так сильно, как только могла, а затем медленно подняла голову, попутно сжимая его ствол, желая оставить после себя красные кольца Don't F*ck With Me. Он кряхтел и ругался, его руки вцепились в полотенца на кровати.

Когда я добралась до верха, я поцеловала кончик и посмотрела на то, что у меня получилось. — Шедевр, — сказала я. — Произведение искусства.

— Мне нужно тебя трахнуть. Прямо сейчас.

Но я наклонила голову и еще раз глубоко вобрала его в себя, покачивая головой в устойчивом ритме, проводя накрашенными губами вверх и вниз по его члену. Он запульсировал у меня во рту, и я почувствовала его вкус на языке.

— Вот и все. — резко выпрямившись, он подхватил меня под мышки и потащил вверх по своему телу. — Я хочу, чтобы ты оседлала его. Сейчас же.

— Вот тебе и возможность быть главной. — но я потянулась к ящик прикроватной тумбочки за презервативом.

— Я позволю тебе быть сверху. Это компромисс.

Он смотрел, как я натягиваю презерватив, все его тело излучало нетерпение. Когда я расположила его между своих ног, он сжал мои бедра, постанывая, а я начала насаживаться на него дюйм за дюймом. Когда он вошел в меня, мне пришлось на мгновение замереть, положив руки ему на грудь и закрыв глаза, давая своему телу время привыкнуть к столь глубокому и полному проникновению.

Затем я начала двигаться — медленными, томными покачиваниями в такт ленивому ритму. Он прильнул ртом к одной груди, и каждый толчок находил отклик глубоко внутри меня. Обхватив его голову ладонями, я закрутила бедрами чуть быстрее, чувствуя, как он твердеет внутри меня, а моя потребность в разрядке растет по спирали. Но даже когда все мои мышцы напряглись, тело ощущалось свободным, легким и раскрепощенным. Я была жаром, я была золотом, я была жидкостью, я была страстью. Я была движением, я была трением, я была ритмом, я была желанием.

И я была объектом его желания. Я была желанной. Меня жаждали. Под его руками моя кожа пылала. Под его руками мое тело молило о большем. Я скакала на нем с бесстыдной несдержанностью, дергала за волосы, царапала спину, сжимала плечи. Я брала то, что хотела и в чем нуждалась, наслаждаясь тем, как мое ядро сжимается вокруг него, как он входит в меня, как наши тела движутся в совершенной гармонии.

— Кончи для меня, — прорычал он, едва отрывая рот от