Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться - Алекс Скай Страница 9

— Зато с тяжестью всё стабильно, — ответила Варя.

Марк бросил на неё короткий взгляд.

Тот самый взгляд из пункта «не использовать выражения, подрывающие управленческий авторитет». Варя сделала вид, что не поняла. Иногда непонимание было не слабостью, а дипломатией.

В переговорной на сороковом этаже всё было готово к встрече: длинный стол, вода в стеклянных бутылках, аккуратные блокноты, экран с заставкой проекта «Северное сияние». Варя уже знала этот проект вдоль и поперёк. Жилой комплекс у набережной, несколько корпусов, внутренний двор без машин, детские площадки, прогулочные маршруты, коммерческие помещения на первых этажах. В презентациях всё это звучало солидно. В жизни могло бы звучать тепло. Если бы компании хватило смелости говорить не только о метрах, но и о людях.

Представители «Вектор Капитал» вошли ровно в десять тридцать.

Их было трое.

Сергей Павлович Крайнов, старший партнёр, мужчина лет пятидесяти с мягкой манерой и цепким взглядом. Рядом с ним — Инга Белова, инвестиционный аналитик, собранная, спокойная, с планшетом и лицом человека, который верит только цифрам, но иногда готов выслушать красивую историю, если она не мешает расчётам. Третьим был Владислав Ордынцев, директор по развитию, высокий, суховатый, с осторожной улыбкой и заметным скепсисом.

Марк сделал шаг навстречу.

— Доброе утро. Рад встрече.

Варя, стоявшая чуть позади и сбоку, едва не просияла как гордая наставница на выпускном.

Не идеально.

Но хорошо.

Он сказал это спокойно, без ледяного нажима. Не улыбнулся, но и не выглядел так, будто радость встречи была вынесена на тендер. Сергей Павлович пожал ему руку. Инга вежливо кивнула. Владислав оценил Марка с той осторожной деловой настороженностью, с какой люди смотрят на сильных партнёров, когда ещё не решили, союз это или поле боя.

— Марк Романович, — сказал Крайнов. — Спасибо, что нашли время.

— Это важный проект, — ответил Марк. — Рад обсудить его предметно.

Варя мысленно поставила ещё одну галочку. «Рад» прозвучало уже второй раз за день, и офисная вселенная пока не обрушилась.

Все расселись.

Марк начал презентацию.

Первые пять минут всё шло так, как он любил: чётко, выверенно, без лишнего воздуха. Он говорил о стадиях строительства, финансовой модели, юридической чистоте площадки, прогнозе спроса, динамике района и конкурентной среде. Слова ложились ровно, как плитка в дорогом холле. Каждый слайд был точен. Каждая цифра — на месте. Каждая пауза — рассчитана.

И всё же Варя видела: люди напротив слушают не так, как должны.

Сергей Павлович кивал, но взгляд его скользил к экрану без интереса. Инга делала заметки, но не задавала вопросов. Владислав сидел, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на проект так, будто перед ним не будущий жилой комплекс, а ещё один аккуратный объект в папке с названием «можно, но не хочется».

Марк этого тоже не мог не видеть.

Но продолжал.

— При текущей структуре финансирования, — говорил он, — мы выходим на устойчивые показатели доходности при сохранении консервативного сценария продаж. Основной акцент сделан на…

Варя почувствовала, как воздух в переговорной начинает густеть.

Не от скуки даже. От безличности.

Проект был хороший. У него действительно была сильная локация, внятная экономика, перспективы. Но сейчас он звучал как таблица, переодетая в жилой комплекс. А люди не вкладываются сердцем в таблицы. Разумом — да. С осторожностью — да. Но решение, особенно крупное, редко бывает только сухим расчётом. Даже самые деловые люди хотят почувствовать, что перед ними не просто схема, а будущая история успеха, которую им не стыдно поддержать.

Степан сидел напротив Вари и улыбался.

Не партнёрам.

Ей.

Будто ждал, когда она нарушит один из пунктов Марка. Будто заранее знал: Плюшкина не выдержит.

Варя сжала ручку.

Не вмешиваться.

Не перебивать.

Не спорить при партнёрах.

Не называть генерального директора ходячим регламентом.

Последний пункт особенно мешал думать.

— …и таким образом, — продолжал Марк, — мы получаем продукт, который закрывает потребность целевой аудитории в качественном жилье бизнес-класса с высоким уровнем инфраструктурной обеспеченности.

Владислав Ордынцев чуть заметно прикрыл глаза.

Варя внутренне застонала.

Гибель смысла.

Она взглянула на Марка. Тот стоял у экрана, спокойный, уверенный, безукоризненный. Но его пальцы чуть сильнее сжали кликер. Он видел. Конечно, видел. Просто считал, что надо давить точностью до победного конца.

Сергей Павлович поднял руку.

— Марк Романович, с цифрами всё понятно. Они у вас сильные. Вопрос в другом.

Марк остановился.

— Слушаю.

— Мы смотрим на «Северное сияние» уже второй месяц. Экономика привлекательна, площадка интересная. Но у меня есть ощущение, что проекту не хватает… лица, что ли.

Варя медленно подняла глаза.

Степан перестал улыбаться.

Марк повернул голову к Сергею Павловичу.

— Что именно вы имеете в виду?

Крайнов постучал пальцами по блокноту.

— Вы показываете нам объект как идеальную конструкцию. Но рынок сейчас устал от одинаковых обещаний. Все говорят о комфорте, безопасности, инфраструктуре. У всех рендеры с улыбающимися людьми и деревьями. Почему покупатель должен поверить именно вам? Не банку, не застройщику в соседнем квартале, не красивым картинкам, а вам?

В переговорной стало тише.

Это был не агрессивный вопрос. Даже не провокационный. Он был честный. И потому опасный.

Марк положил кликер на стол.

— Потому что мы отвечаем за сроки, качество и юридическую прозрачность. Репутация «Громов Девелопмент» построена на выполненных обязательствах.

— Это важно, — согласился Крайнов. — Но этого мало для эмоционального выбора.

Марк чуть выпрямился.

— Мы говорим об инвестиционном решении.

— Да. А инвестиционное решение тоже принимают люди, Марк Романович.

Варя почувствовала, как внутри у неё что-то звонко щёлкнуло.

Вот оно.

То самое место, где проект мог либо остаться в ледяной зоне «качественный продукт с инфраструктурной обеспеченностью», либо стать тем, что партнёры захотят защищать на своём совете.

Марк молчал.

Слишком долго.

Степан наклонился вперёд, явно собираясь перехватить инициативу.

— Сергей Павлович, мы прекрасно понимаем эмоциональную составляющую, — начал он гладко. — Именно поэтому маркетинговый блок готовит комплексную кампанию, включающую визуальные материалы, наружное присутствие, цифровые каналы…

Варя увидела, как Инга Белова перестала писать.

Плохо.

Очень плохо.

Ещё минута — и встреча окончательно уйдёт в безопасную болтовню, где все вежливо кивают и никто ничего не решает.

Варя подняла руку.

Марк повернул к ней голову.

Взгляд был мгновенным.

Предупреждающим.

Прямо как пункт второй, третий и четвёртый вместе взятые.

Но Сергей Павлович уже заметил её движение.

— Да? — спросил он. — Вы хотели добавить?

Степан улыбнулся шире.

Марк смотрел на Варю так, что любой разумный человек опустил бы руку и вернулся к заметкам.

Варя не была уверена, что сегодня проходит по категории разумных.

— Если позволите, — сказала она.

— Варвара Андреевна у нас отвечает за