Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев Страница 79

нужно изменить те отношения, которые сложились в «царстве необходимости». Это не происходит автоматически. Но и в производстве, в царстве необходимости нужно создавать какую-то базисную демократию. В. Межуев: «Может ли быть свободной уборщица?» А. Бузгалин: «Может. Она может делать свободный выбор труда на основе кооперации. В рамках царства необходимости человек может быть свободен, и социализму есть здесь место в той мере, в какой люди вступают в отношения социального творчества».

Здесь мы как раз и подходим к социализму как преобразованию существующей жизни и качественному ее изменению. Этот путь оказывается и дорогой в мир (у В. Межуева – пространство) культуры, креатосферу; дорогой, доступной для всех. Не элита, а массы получают возможности для включения не в массовую культуру, а в со-творчество, в культуру с большой буквы только тогда, когда они включаются в социальное творчество, когда они начинают понимать, что им эти знания, этот диалог нужны для дела, для того, чтобы они могли менять свой реальный мир и реализовывать свои материальные интересы. Иначе они никогда к культуре не поднимутся»[275].

Русский социализм Геннадия Зюганова

Из политической биографии Г. А. Зюганова

Политическая биография Геннадия Зюганова не слишком богата примечательными событиями. Он родился в 1944 году в одном из сел Орловской области в семье потомственных учителей. После окончания школы Г. Зюганов недолго и сам работал учителем, потом служил в армии, еще через несколько лет окончил физико-математический факультет Орловского педагогического института. Проработав всего один год преподавателем этого института, Г. Зюганов оставил кафедру физики и математики и увлекся общественной работой, которая и стала его профессией. Партийная карьера Зюганова была идеально прямой; первый секретарь райкома, горкома, потом обкома ВЛКСМ, второй секретарь Орловского обкома КПСС и, наконец, заведующий отделом агитации и пропаганды Орловского обкома КПСС. На этом посту Г. Зюганов пробыл 10 лет – с 1974-го по 1983 год. Совсем рядом, но на более высоком посту трудился в эти же годы в Орловском обкоме партии и Егор Строев. В 1980 году Зюганов окончил Академию общественных наук при ЦК КПСС и защитил кандидатскую диссертацию по философии (социологии) на тему: «Основные направления планового развития социалистического городского образа жизни (на примере больших городов)». В 1983 году Геннадий Зюганов начал работать в аппарате ЦК КПСС на скромной должности инструктора Идеологического отдела. Он был старательным работником и вскоре стал заведовать одним из секторов в Отделе пропаганды ЦК. Рутинные командировки, справки, докладные записки, контроль за печатью – все это была обычная аппаратная работа. Позднее Зюганов писал, что Михаил Горбачев испытывал к нему «дикую аллергию». Но Горбачев в середине 80-х годов, вероятнее всего, не замечал Зюганова. Его заметил, однако, А. Н. Яковлев, секретарь ЦК КПСС и заведующий Идеологическим отделом ЦК. В 1989 году Зюганов был выдвинут на очень высокий по аппаратным масштабам пост заместителя заведующего Идеологическим отделом ЦК КПСС. Под его наблюдением были такие трудные регионы, как Средняя Азия, Прибалтика, Закавказье. Перестройку Горбачева Зюганов, как и подавляющее большинство работников аппарата ЦК, воспринимал безо всякого воодушевления. Эти люди лучше других видели полное отсутствие у генсека ясной программы, хорошей команды, продуманной методологии, поддержки в кадрах партии.

В идеологическом и международном отделах ЦК КПСС работали, как правило, очень подготовленные, хорошо информированные люди, но лишенные больших фантазий и амбиций. Легкую фронду они могли позволить лишь в разговорах с друзьями. На работе от этих людей требовалась полная и безоговорочная лояльность, а дисциплина в аппарате партии была, пожалуй, более жесткой, чем в армии.

Движение за создание в Российской Федерации самостоятельной и параллельной КПСС Коммунистическом партии РСФСР было поддержано и в большинстве российских обкомов. С самого начала это движение было консервативно-националистической оппозицией политическому курсу Михаила Горбачева, и это обстоятельство существенно помогло выдвижению Бориса Ельцина, так как крыло сторонников КПСС на Съезде народных депутатов РСФСР оказалось расколотым. Создание КП РСФСР поддержали и многие работники ЦК КПСС. Новая параллельная Компартия России позволяла создать в Москве немало новых «рабочих» мест и открывала для части работников аппарата ЦК возможности для самостоятельной политической деятельности.

Среди активистов новой партии оказался и Геннадий Зюганов. В КПСС он не был членом ЦК, но в Компартии Российском Федерации его избрали не только членом Центрального комитета, но и членом Политбюро по проблемам идеологии. Лидером новой партии стал Иван Полозков, который еще недавно был первым секретарем Краснодарского обкома КПСС, а на XXVIII съезде КПСС стал и членом Политбюро ЦК КПСС. Михаил Горбачев фактически игнорировал ЦК КП РСФСР. Тем более игнорировал этот ЦК Борис Ельцин, который только что был избран Председателем Верховного Совета РСФСР и начал формировать в Российской Федерации новое «демократическое» правительство. Летом 1990 года Борис Ельцин вышел из КПСС и покинул XXVIII съезд партии. Ушли из рядов КПСС и все члены нового российского правительства, как и все из окружения Ельцина. В стране начала возникать ситуация двоевластия, в которой для КП РСФСР просто не было места. Жесткое оппонирование Горбачеву мешало ЦК КП РСФСР также жестко оппонировать и Ельцину. Многие из активистов КП РСФСР поддержали почти все сепаратистские начинания Ельцина, включая и Декларацию о суверенитете РСФСР в составе СССР, с которой фактически начался распад Союза ССР.

Еще осенью 1990 года Иван Полозков почти еженедельно собирал совещания своих сторонников. Как член ЦК КПСС я часто присутствовал на этих совещаниях; меня приводило сюда не только любопытство историка, но и беспокойство начинающего политика. Разрушительные процессы в стране и в партии начали стремительно нарастать именно осенью и зимой 1990/91 года. Разного рода иллюзии насчет «нового мышления» у российских партийных лидеров давно улетучились, но эти люди не знали, что им делать, и находились в растерянности. Они были в оппозиции к Горбачеву и его ближайшему окружению, но они не желали поддерживать и Ельцина и его сподвижников-демократов», неожиданно оказавшихся у власти в Российском Федерации. Что делать? Как вести себя в этой двойной оппозиции? Весной 1991 года Г. Зюганов выступал более активно, чем И. Полозков. Так, в мае Зюганов опубликовал к газете «Советская Россия» большую статью «Архитектор у развалин», в которой был подвергнут резкой критике недавний шеф Зюганова Александр Яковлев. Яковлев в это время уже не был ни секретарем, ни членом Политбюро ЦК КПСС. Но все читатели газеты понимали, что главной мишенью зюгановской критики был М. Горбачев, который, по мнению автора статьи, проводил политику «классического буржуазного либерализма». Руководство Компартии России ничего не знало о подготовке к созданию ГКЧП. 19 августа 1991 года я встретил Г. Зюганова в большом горном парке в Кисловодске. Как оказалось, мы отдыхали здесь в соседних санаториях. События в Москве оказались и для Зюганова и для меня полной неожиданностью.

После разгрома помещений и запрещения деятельности КПСС и КП РСФСР Г. А. Зюганов