Анатолий Фоменко - Империя – I Страница 51

Оказывается для комет этого типа, описываемого математической моделью, разработанной в статье [52], характерна хаотичность динамики. Один из наиболее чувствительных параметров орбиты кометы является время прохождения через перигелий, то есть время возвращения (период) кометы. В частности, период кометы Галлея – случайная величина с экспоненциально нарастающим разбросом.

Но «идеальная Китайская Синусоида» в поведении периода кометы Галлея не могла появиться в результате случайного эксперимента.

Нам скажут: хотя и редко, но чудеса все-таки случаются.

Конечно, ответим мы.

Например, обезьяна, случайно тыкая в клавиши пишущей машинки, может напечатать, – причем без грамматических ошибок, – осмысленный текст. Например, роман. Но вероятность этого события ничтожно мала, хотя и не равна нулю. И вероятность появления «китайской синусоиды» в случайной серии экспериментов тоже ненулевая. Но она настолько исчезающе мала, что ею можно смело пренебречь точно так же, как и вероятностью того, что какая-нибудь обезьянка лихо напечатает без пропусков и ошибок четыре тома романа «Война и Мир».

5. 2. 7. Подозрительно высокая частота маловероятных событий в скалигеровской истории

Здесь уместно сделать одно общее замечание о маловероятных событиях в истории. Как Н. А. Морозову, так и нам приходилось неоднократно слышать следующее возражение. Как один из примеров, процитируем наиболее квалифицированного оппонента – математика Б. А. Розенфельда, опубликовавшего статью «Математика в трудах Н. А. Морозова» [53], с.129…138. Комментируя обнаруженные Н. А. Морозовым странные и многочисленные совпадения в традиционной истории: совпадения потоков длительностей правлений в династиях разных эпох, совпадения астрономических событий и т.д., Б. А. Розенфельд писал:

«Морозов подсчитывал вероятность тех или иных совпадений, и, найдя что эта вероятность чрезвычайно мала, делал вывод о невозможности этих совпадений. Такого рода рассуждения совершенно неправомерны (? – авт.), так как теория вероятностей является наукой о массовых, а не о единичных явлениях, и фактически могут происходить события, вероятность которых сколь угодно близка к нулю» [53], с.137. Б. А. Розенфельд прав в своем последнем высказывании. События с очень малой вероятностью действительно происходят. Но если вы хотите, чтобы некое редкое событие произошло, нужно предъявить большое количество испытаний. А именно, – порядка величины, обратной значению вероятности. Поэтому важна не только вероятность события, но и количество испытаний, в которых оно происходит.

Для этого и существует наука – математическая статистика, которая все это учитывает. И рассуждения Морозова с точки зрения математической статистики вполне правомерны.

Для неспециалистов в теории вероятности, говоря на качественном уровне, отметим, что часто выдвигаемое нам возражение типа предыдущего, – «да, это событие маловероятно, но все-таки произошло в силу случайных причин», – не может выдвигаться слишком часто. Его можно высказать один раз, два раза, ну – три раза. По конкретному поводу. Но когда оно начинает выдвигаться очень часто и относится не к одному-двум, а к целому классу, серии поразительных совпадений в традиционной истории, то оно полностью теряет свой смысл. И в случае с кометой Галлея мы скорее всего услышим от некоторой части наших читателей то же возражение: «китайская синусоида появилась случайно». Мол, событие хоть и маловероятно, но вероятность его появления все-таки не равна нулю, а потому оно могло произойти».

Но это высказывание будет всего лишь очередным в длинной цепи подобных возражений. Не слишком ли часто в скалигеровской истории происходят события, вероятность которых практически равна нулю? Каждое такое возражение, взятое по отдельности, имеет смысл. Но когда они выстраиваются в длинный ряд, то эта последовательность возражений обессмысливается.

И еще раз подчеркнем следующее важное обстоятельство. Почему все эти «массовые серийные совпадения» в истории начинаются лишь ранее XIII века н.э.? Почему их нет в последние 600 лет? Что случилось с историей? Почему она вдруг только в последние 600 лет стала подчиняться законам теории вероятностей? А ранее этого времени якобы упорно игнорировала законы математической статистики?

5. 3. О комете Карла V

Яркий пример того, как при помощи китайского кометного списка можно «подтвердить» что угодно, дает нам знаменитая комета Карла V. Она появилась в 1556 году, «была из крупных и такой же описана она у китайцев. А за 292 года до нее в 1264 году была такая же большая комета, перед смертью папы Урбана… Она же описана в „Летозаписи“ (Ше-Ке) и Пенгрэ по ней нашел, что ее орбита очень близка к орбите кометы Карла V… Он счел обе кометы за ту же самую комету, имеющую период возвращения к Солнцу около 292 лет. По этой теории ее приходилось искать еще и в 972, и в 680, и в 388, и в 96 году нашей эры» [37], с.157…158.

Надо ли говорить, что ученые успешно нашли в китайском списке все эти нужные даты. А в европейском – все, кроме одной, самой ранней. Еще раз напомним, что удивляться этому не следует. Списки комет настолько плотны, а описания настолько туманны, что «найти» можно на любой вкус.

Морозов справедливо писал:

Казалось бы здесь, так же, как и у кометы Галлея, все прекрасно: и китайские и европейские записи «подтверждают» периодичность возвращений кометы Карла V, а сама комета Карла V в свою очередь подтверждает правдивость этих записей вплоть до начала нашей эры… Но вскоре вышло и неожиданное разочарование. Когда попробовали по этому же 292-летнему периоду предсказать ее возвращение около 1858 года… то она не явилась не только к указанному сроку, но и до сих пор (не вернулась – авт.) и вместе с тем пошатнулись и все ее предполагаемые древние «удостоверения» китайскими записями. [37], с.159.

Мы видим еще один пример недостаточно обоснованных попыток подтверждения периодичности комет по плотным китайским и европейским спискам. Происходит это потому, что астрономы слишком доверяют этим спискам. Они же не знают, что списки эти могут быть очень позднего происхождения. А кроме того, сама густота кометных списков, – в которых перепутаны как подлинные появления комет, так и их дубликаты, размножившиеся в разных летописях, – позволяет «подтвердить» что угодно.

5. 4. Странные дубликаты-повторы ровно через 540 лет внутри китайского и европейского кометных списков

Морозов в [37], анализируя кометные списки, обнаружил как в китайском, так и в европейском списках странную закономерность. Все древние кометы вплоть до 59 года нашей эры повторяются через 540 лет. Более того, через такой же промежуток времени повторяются и крупные лакуны, перерывы в записях комет.

Конечно, случайности здесь нет, и потому могут быть только два объяснения. [37], с.167.

Первое – древние кометы списаны с более поздних.

Второе – в реальной астрономической жизни комет имеется странный период в 540 лет. Через 540 лет кометы «повторяются».

Затем Морозов прибавляет, что возможно и третье, – на наш взгляд самое правильное, – объяснение. Сдвиг в 540 лет «возможен и в том случае, если сами исторические события, в связь с которыми приводятся все европейские кометы, были хронологически сдвинуты на 540 или 1080 лет назад» [37], с.170.

Но сдвиги в 540 и в 1080 лет нам хорошо известны – они действительно присутствуют в древней истории и обнаруживаются самыми разными независимыми друг от друга методами – от астрономических до статистических. О них мы много говорили во всех наших предыдущих публикациях [1]…[5].

Глава 3.

Параллели между китайской и европейской историей

1. Общая характеристика китайской истории

1. 1. Почему китайская история такая сложная?

Начнем с двух замечаний общего характера.

Первое – китайские исторические источники, вопреки распространенному мнению, чрезвычайно хаотичны.

Второе – современное китайское произношение исторических имен, названий и т.д. Сильно отличается от прежнего. А когда мы обращаемся к прежним названиям, то сразу же начинаем улавливать в них знакомые нам имена и термины из европейской истории.

Райт:

Многие из этих азиатских христиан носили христианские имена, дошедшие до нас в китайской транскрипции, например,