Свободная школа. Опыт организации средней школы нового типа - Николай Владимирович Чехов

Николай Владимирович Чехов

Свободная школа. Опыт организации средней школы нового типа

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Общественная школа господствующего типа каждого народа и каждой эпохи отражает в себе общественно-педагогические идеи данного времени. В истории школы бывают моменты, когда искусственно задержанная в своем развитии школа отстает от общественного движения и перестает удовлетворять большинство. Это вызывает общее неудовольствие, борьбу за улучшение школы и ведет к коренным ее реформам. Наша школа находится как раз накануне такого коренного переустройства. Идеал повой школы и наиболее соответствующий требованиям времени ее тип уже намечаются в литературе и в жизни. Для постройки здания повой общественной школы заготовлены уже материалы, составлены планы и сметы. Работа по созданию ее закипит на другой день после издания нового закона, который должен сменить страшно устарелое положение о начальных народных училищах и не менее архаические уставы гимназий, прогимназий, реальных училищ и других средних учебных заведений.

Но когда тип новой школы, школы ближайшего будущего, станет господствующим, его идеальные черты потеряют свою заманчивость; вместо идеальной школы, какою рисуется теперь эта школа ближайшего будущего, она будет реально-будничною, и многие уже не будут удовлетворены ею и станут создавать себе новый идеал школы, вырабатывать новые начала воспитания и обучения. И этот идеал более отдаленного будущего уже начинает вырисовываться сейчас, там, впереди той новой школы, за которую русское общество и передовые педагоги борются в настоящее время. Это идеал свободной школы, свободной не только от внешних враждебных истинному просвещению влияний — общественных и административных, но свободной по своему внутреннему строю, исключающему все признаки принудительности обучения.

Всякая новая педагогическая идея зарождается обыкновенно вне непосредственной связи с практическою деятельностью в школе. Школьные учителя слишком сживаются с приемами своего преподавания, которые для них лучше новых уже потому, что они к ним привыкли и лучше с ними справляются. Но зародившаяся в уме философа или даже писателя-художника новая педагогическая идея получает свое полное выражение только после того, как найдутся педагоги, которые попытаются испробовать ее на деле в школе. Школы этих педагогов обыкновенно не походят на школы господствующего в их время типа; большинству современников они кажутся странными, смешными. Но история дела народного образования учит нас относиться к таким опытам с особенным вниманием. Что казалось смешным и неисполнимым вчера, будет признано завтра и здравым и исполнимым.

Подвинуть на такие опыты в школьном деле государство или хотя значительную часть общества не легко. Такие школы приходится осуществлять на свой страх и риск частным предпринимателям. Вот почему так необходимо предоставление полного простора частной инициативе в деле народного образования и внимательное отношение к ней со стороны педагогов и образованного общества.

Все это позволяет нам надеяться на внимание всех, дорожащих интересами народного просвещения в России, к опыту организации школы нового типа, основные принципы которой излагаются в настоящей брошюре и которую учредители ее называют свободною школою.

СВОБОДНАЯ ШКОЛА1

Следует строго различать истинную духовную свободу от свободы внешней политической и гражданской. Для громадного большинства людей последняя, правда, является необходимым условием и первою ступенью к освобождению духа, но политическая свобода сама еще духовной свободы в себе не содержит. Существуют на свете народы, пользующиеся очень свободными учреждениями, но живущие под страшным духовным гнетом общественных предрассудков, ложных идеи, своекорыстных стремлений и даже моды.

Освобождение духа современного человечества так же необходимо, как освобождение угнетенных от угнетателей, рабов — от их господ. Но и достигнутое путем разрушения сначала политического гнета, а затем и гнета духовного — предрассудков и ложных верований, духовное освобождение не может быть полным для большинства людей, рожденных и воспитанных в рабстве духовном. Миллионы их сойдут в могилу, унося с собою привычку к повиновению авторитетам, покорность перед их требованиями, страх перед общественным мнением. Только свободное воспитание человеческой души с самого детства может создать истинно-свободных людей.

Как свобода гражданская и политическая не предполагает вовсе прекращения всех отношений между людьми и всегда и везде определяется известными границами, за которыми дальнейшее развитие личной свободы становится уже нарушением свободы другого человека, так и истинная свобода воспитания не предполагает полного прекращения взаимных влияний между старшими и младшими поколениями, между воспитателем и воспитанником. Только из этого воспитания должно быть исключено все, что имеет характер физического или нравственного насилия.

Все люди, как взрослые, так и дети, живя вместе, постоянно оказывают то или другое влияние друг на друга. Дети часто гораздо более влияют на своих товарищей, чем взрослые — их родители или воспитатели. Мало того, часто влияние ребенка на его родных сильнее обратного их влияния.

В таких случаях о каком-нибудь насилии не может быть и речи. Вот такое влияние и должно быть выделено и положено в основу свободного воспитания. Таким воспитанием может называться только свободное взаимодействие воспитателя и воспитанников, при чем безусловно важно сохранить эту свободу как за той, так и за другой стороной. Рабство и угнетение вредно действует и действовало не только на угнетаемых, но и на угнетателей. Положение господ, начальников, связывает и искажает их собственную духовную жизнь. Необходимо освободить не только воспитанников от всех видов воспитательно-образовательных притеснений и насилий, но и воспитателя от слепой покорности предвзятой идее и от боязни слишком сильно проявить себя по отношению к детям, необходимо признать и за ним право свободного проявления своей личности по отношению к его питомцам.

Ошибаются те, которые говорят, что воспитатель не должен вмешиваться в жизнь ребенка. Ребенок не может жить один, без того, чтобы в его жизнь не вмешивались его близкие, родные, прислуга, товарищи, знакомые. Все они при этом сохраняют право высказывать свои мысли и чувства и стараются убедить ребенка в чем-нибудь, привлечь его к чему-нибудь. Почему же только воспитатели должны быть лишены этого естественного права?

А раз мы признаем за ними право влиять на ребенка, то мы должны признать и право планомерного на него воздействия, — право составлять себе план воспитательной деятельности.

И это признание приводит нас сейчас же к очень простой и ясной задаче — к организации свободной школы, но все-таки «школы», т.-е. учреждения, имеющего свои строго определенные формы, свои задачи и план своей деятельности.

Только при этих условиях возможна работа воспитателей в обычных формах, определяемых известным числом часов, за известную плату, возможно необходимое при нынешнем экономическом строе разделение труда по воспитанию детей