Женщина в русских сказках. Красна девица, чудесная жена и Баба-Яга – архетипы женственности в русской народной традиции - Коллектив авторов Страница 4

эпопеи Садко является его путешествие в подводный чертог к Морскому царю. Желая удержать при себе искусного гусляра, повелитель вод приказал ему выбрать в жены одну из своих дочерей. Перед Садко проходят сотни красавиц, но мудрый купец-музыкант следует совету, полученному от Николы Можайского (или святого Миколы): пропустить всех и выбрать последнюю, Чернавушку. Этот выбор – ключевой. В фольклорной традиции «последний» часто означает «самый главный», сокровенный, обладающий истинной силой. Чернава – не просто младшая дочь; ее имя, возможно, указывает на связь с темными, таинственными водами родников и рек. Выбрав ее, Садко интуитивно находит правильный, сакральный ключ к своему спасению. Важный момент: если бы брак был осуществлен, Садко, скорее всего, пришлось бы остаться в чертогах Морского царя навсегда.

Свадьба Садко и Чернавы – яркий пример древнейшего мифологического сюжета о браке смертного героя с божеством природы (нимфой, русалкой, духом воды). Такой союз в архаичном сознании был возможен и даже почетен: он устанавливал связь между миром людей и могущественными силами, обеспечивая покровительство и благоденствие. Однако былина, дошедшая до нас в христианизированной среде, уже несет в себе иную логику.

Сразу после брачного пира Садко засыпает и просыпается уже на берегу реки Волхов, а его волшебная супруга исчезает. Такая развязка не случайность. Чернава, будучи повелительницей речных вод, сама возвращает мужа в мир людей. Их брак оказывается кратким символическим актом, после которого пути героя и духа природы расходятся. Здесь чувствуется христианское мировоззрение, для которого союз с «бесовской» (в понимании новой религии) стихией не может быть вечным. Брак с Чернавой – это не начало семейной жизни, а испытание и получение милости. Ее последний дар – не совместное бытие, а возвращение героя домой, к человеческому миру, который теперь находится под защитой высших, уже христианских сил, явленных через святого Николу.

Таким образом, в былине о Садко и Чернаве мы видим причудливое сплетение двух эпох: древний миф о сакральном браке-объединении трансформируется в христианскую притчу о чудесном спасении, где контакт с иным миром необходим, но не может длиться вечно. Чернава остается одним из самых загадочных и поэтичных женских образов русского эпоса – помощницей, которая, исполнив свою роль, растворяется в стихии, ее породившей.

Основными чертами чудесной жены, конечно же, являются ее умение творить волшебство и острый ум. В отличие от ведьмы или злой колдуньи (о которых речь пойдет позже), она использует свои силы только во благо, хотя если в результате от ее ворожбы пострадает злодей, зазорным это не считается. Однако источник ее силы остается необъясненным. В редких случаях нам дают понять, что чародейству она обучалась у кого-то другого – старшего и могущественного, иногда у Яги или Кощея, к которым попала в результате обмана или сделки, заключенной с ее родителями. Иногда чудесная жена сама находится под воздействием чар или владеет волшебными предметами, главное – то, как она ими распоряжается.

Свои возможности чудесная жена употребляет на то, чтобы спасти героя или добиться для него каких-либо благ. Как и послушная дочь, она владеет мастерством, необходимым в быту, но если обыкновенная девушка может прясть, ткать, вышивать и готовить лишь в меру сил обыкновенной женщины, эта чудо-дева легко превзойдет любого пекаря или мастера. Вспомним царевну-лягушку и то, как она справилась с испытаниями, придуманными отцом своего супруга для молодых невесток.

Отправил царь своих сыновей искать себе невест. Сказал: пусть по очереди выстрелят из лука, а куда стрела упадет – там и брать жену. И упала стрела старшего сына на боярский двор, среднего – на купеческий, а младшего, Ивана, – на болото.

Так пришлось Ивану-царевичу брать в жены лягушку-квакушку. Но недолго он о том горевал, потому как на другой день после того, как сыграли свадьбы, велел царь молодым женам за ночь испечь каравай хлеба, потом – выткать к утру ковер.

В обоих испытаниях, несмотря на помощь служанок, нянек и мамок, боярская и купеческая дочери не справились с задачей. Посмотрел царь-отец на плоды их рук и решил, что никуда они не годятся. А вот каравай царевны-лягушки показался ему достойным великого праздника, как и ее ковер: царь распорядился, чтобы расстилали его по особым случаям в его собственной горнице.

Царевна-лягушка – не единственная, обладающая способностью менять свой облик. Правда, носить лягушачью шкуру она была вынуждена из-за проклятья Кощея, но образ белой лебеди принимала по собственному желанию. Подобно ведьме или нечистой силе чудесная жена может превратиться в животное или птицу, но всегда делает это в моменты опасности, ради спасения себя, своей чести или спеша на выручку герою.

Замечательной чертой чудесной жены является ее жалостливое, почти материнское отношение к герою. Она его и из беды выручит, и накормит, и напоит, и обогреет. Порой кажется, что без помощи своей возлюбленной ему не сделать и шагу, а вот она как будто именно за беды героя испытывает к нему симпатию и привязанность. Не отсюда ли пошло известное выражение, что русская женщина любит того, кого жалеет?

Остроту ума чудесная жена демонстрирует, загадывая загадки или решая их за героя: кажется, нет такой задачи, которая ей не по силам. Она способна потягаться в хитрости и изворотливости с самим Кощеем, знает, как провести коварного Морского царя, выпутаться из беды и заполучить сокровище. Удивительно, что ни в одном сказочном сюжете она не хочет ничего для себя. Ее силы и таланты идут в ход, когда это требуется главному герою, и, несмотря на то что чудесную жену по праву можно считать архетипом сильной и самостоятельной женщины, в фольклоре роль ее всегда второстепенная, подчиненная.

Загадка – малая фольклорная форма, первоначальной задачей которой было передавать в закодированном виде знания о разных объектах и явлениях. Не случайно повторяющимся мотивом легенд и сказок является загадывание героями загадок. Сакральным смыслом этого занятия было выяснить, каким могуществом обладает стоящий перед вами персонаж: чем больше ответов на загадки ему доступно, тем яснее для него тайны мироздания и больше его сила. Недаром сказки и сюжеты о Василисе Премудрой, Марье Моревне и других пользуются огромной популярностью. В последнее время этот образ часто разбирается и переосмысляется исследователями женских архетипов. Наиболее известной и часто упоминаемой является работа Клариссы Пинколы Эстес «Бегущая с волками. Женский архетип в мифах и сказаниях», где Василисе уделено пристальное внимание. Желание больше узнать о чудесной жене побуждает авторов создавать произведения, где она становится главной героиней сюжета, независимой от мужского персонажа.

Но в фольклорной традиции чудесная жена остается таковой – верной и преданной