Лев Вершинин - Россия против Запада. 1000-летняя война Страница 41

Кишиневский погром стал своего рода «мостиком» между двумя волнами насилия. Столь же тупо-стихийный, в рамках борьбы за кусок, как и беспорядки 1881–1884 годов, с одной стороны, он, однако, с другой, был все-таки подготовлен и «заточен» на кровь. Чем, скорее, напоминает погромы 1905-го и 1906-го, кровавые, беспощадные и – при всем желании – неотделимые от политики. Однако на эту тему писать пока воздержусь. Не потому даже, что тема скользкая, с изобилием опасных оттенков и нюансов – это, в конце концов, полбеды. Просто я глубоко уверен в том, что эти самые «кровавые и без пощады», являясь составной частью «революции 1905 года» (по сути, первой репетицией грядущей Гражданской войны), уже не имели ничего общего со стихийной, по Дарвину, борьбой «новых горожан» за место под солнцем. Используя сленг моих приятелей, называющих себя политтехнологами, это были уже «звенья проекта», подготовленного как внутри, так и вне России и управляемого тоже не только изнутри, но и из этого самого «вне».

Впрочем, тут уже начинается конспирология – на предмет кто, как, откуда и (особенно) зачем, изучив «кишиневскую тему», режиссировал pogrom’bi, потрясшие общественное мнение двух континентов и фатально подрубившие репутацию Империи. Нет, я не спорю, все это, конечно, крайне интересно. В частности, для лучшего понимания причин многих трагедий XX столетия. Возможно, и не впрямую сопрягающихся с историей России, но неразрывно связанных с нею от времен давних и до дней сегодняшних…