На правах шифра… И.В. Сталин – автор и редактор Закрытых писем ЦК РКП(б) в 1923–1924 гг. - Иосиф Виссарионович Сталин Страница 7

которого всё равно не получишь сейчас кредитов, – обычный приём буржуазных политиков, живущих интересами минуты и не способных подняться на высоту принципиальной политики. Наконец, сыграло здесь известную роль широкое проникновение агентов Внешторга вглубь Турции и торговая конкуренция их с турецкими купцами. Дело в том, что даже в незначительных городах Турции отделения Внешторга, пользующиеся правом экстерриториальности и неприкосновенности, развили широкую конкуренцию с молодой торговой буржуазией Турции и её местным купечеством. Необходимо отметить, что создавшиеся ненормальные отношения по этому вопросу между Турцией и агентами НКВТ нельзя отнести исключительно за счёт Турции. Недостаточная бдительность НКИД и НКВТ, несогласованность их действий с требованиями нашей внешней политики, несомненно, сыграли немалую роль в порче отношений с Турцией. Наши власти в советских гаванях отказывались разрешить разгрузку товаров, привозимых из Турции без визы агентуры Внешторга, а в некоторых случаях не давали даже разрешения на вход в советские гавани, на что турки ответили недопущением наших судов в турецкие порты и неразрешением погрузки и выгрузки наших товаров. Прервала временно свои заседания российско-турецкая торговая конференция, вырабатывавшая торговый договор с Турцией, причём председатель российской делегации на этой конференции, представитель НКВТ, т. Ордынский, допустил ряд бестактностей, угрожая союзом с Англией против Турции.

ЦК имел по этому поводу суждение и постановил немедленно отозвать т. Ордынского, обязав НКИД и НКВТ исправить допущенные их агентами ошибки.

Однако, есть основание предположить, что кемалисты не удовлетворятся исправлением отдельных ошибок по части практики монополии внешней торговли, что они пойдут дальше и потребуют аннулирования самой монополии внешней торговли в отношении Турции, причём вполне возможно, что за спиной турок стоят в данном случае представители Антанты, старающейся пробить брешь в монополии хотя бы в одном районе с тем, чтобы потом распространить её по всему фронту. Понятно, что Советское правительство не может пойти на такую капитуляцию не только потому, что монополия составляет часть нашей конституции, которая не может быть отменена, но и потому, что аннулирование монополии в отношении одного государства неизбежно пришлось бы распространить на все другие государства, что означало бы уничтожение основ нашей внешней торговли. Исходя из этого, ЦК дал директиву – пойти на максимальные практические уступки турецкому правительству, заявив ему, однако, что никаких уступок в отношении существа монополии внешней торговли, составляющей часть нашей конституции, не может быть.

Есть основание думать, что наш новый полпред в Турции, тов. Суриц, сумеет внести ясность в отношения между Турцией и Советским правительством.

Ориентирующаяся на Советскую федерацию и морально поддерживаемая нами демократическая буржуазия Персии в своей борьбе против поддерживаемых Англией реакционеров-феодалов имеет своим политическим выразителем группировку, называемую Национальным блоком. В контакте с нашим представительством Национальный блок развил большую энергию, значительно усилился и оказался в состоянии создать собственными силами кабинет национал-демократа Мустофи. Этот кабинет должен был продержаться до выборов в новый Меджлис, которые начались в июле, чтобы не дать англофилам руководить выборами. Задача эта удалась только на половину, ибо кабинет Мустофи ушёл в разгар выборов. Его падение произошло как раз в тот момент, когда российско-персидская конференция по выработке торгового договора завершила свои работы. Очевидно, Англия последним усилием хотела помешать заключению торгового договора с Персией и в то же время вырвать у Национального блока власть в момент выборов. Кабинет Национального блоха пал, несмотря на вотум доверия большинства в Меджлисе, в виду нежелания шаха оставить его у власти. Массовые демонстрации на улицах Тегерана в пользу кабинета Национального блока были разогнаны персидскими казаками. Путём таких насильственных действий, поддержанных агентами Керзона, Национальный блок был отстранён от власти. Но англофильская реакция в виду массовых антианглийских демонстраций не решилась открыто встать у власти. Новым премьером стал полунационалист, осторожный и умеренный Мушир-Довлэ. Мы находимся накануне подписания торгового договора, выработанного при кабинете Национального блока и вызывающего злобу со стороны англичан. Надо полагать, что развитие нашей торговли в Персии и вообще наша экономическая работа в этой стране, значительно усилившаяся последнее время, создаст для советского влияния в Персии недостающую ему теперь экономическую базу.

Агрессивная политика Керзона, выразившаяся в участии английского посланника в деле свержения в Персии кабинета Национального блока, ещё ярче проявляется в Афганистане и у северо-западных границ Индии. Керзон решил, видимо, довести до конца полное покорение всей индийской территории, вплоть до самой границы Афганистана. Геройски защищающие свою независимость патанские племена у северо-западной границы Индии подвергаются систематическим нападениям англо-индийских войск. Английские аэропланы подвергают разрушению всю населенную ими страну, но население скрывается в горах и продолжает отстаивать свою независимость. Керзон систематически ведёт свою работу, проводя военные дороги и устраивая блокгаузы в этих областях. Геройское сопротивление патанских племен, однако, все ещё расстраивает расчеты Керзона. Эта бешеная атака английского капитализма на последние оплоты независимого населения у границ Афганистана вызвала в последнем сильнейшее возбуждение. Представляемая афганским эмиром и занимающая главные должности в государстве прогрессивно-национальная группа так называемых младо-афганцев не может не видеть, какую грозную опасность несёт Афганистану расширение английского влияния. Это обстоятельство создало перелом в политике афганского правительства. Оно положило конец проводившейся эмиром некоторое время двойной политике балансирования между Англией и Россией. Афганское правительство решительно поворачивается спиной к Англии. Доказательством этого служит принятие эмиром наших условий: он согласился на образование смешанной пограничной комиссии, которая должна наблюдать за тем, чтобы басмачи не получали помощи из Афганистана; он согласился также на открытие нашего консульства в Меймене, пункте, наиболее важном в отношении преграждения доступа помощи басмачам; он согласился сменить одиозных для нас афганских пограничных начальников.

Всё дело теперь в том, чтобы наш полпред в Афганистане, т. Раскольников, воспользовался благоприятным положением в Афганистане для закрепления дружественных отношений с Афганистаном.

Ещё в прошлом письме указывалось, что в отношении Японии наша позиция сводится к тому, что мы добиваемся открытия официальных переговоров, уклоняясь от всяких частных переговоров, могущих заменить официальную конференцию. Агрессивная политика Англии и, особенно, давление англо-американского блока заставили Японию изменить свою политику в отношении Советской России. Длительное пребывание тов. Иоффе в Японии и его работа там сделали для японских деловых кругов очевидным возможность сближения и установления экономических связей с РСФСР. Вопросу о Сахалине Япония придаёт важнейшее значение. ЦК решил согласиться на продажу Сахалина при условии немедленной выплаты наличными всей продажной цены или 9/10 её, всего в размере в миллиард рублей золотом, причем на эти суммы не могут быть обращены никакие расчёты между Японией и Россией. Для определения экономической и стратегической ценности северной части Сахалина была образована специальная комиссия ЦК, установившая значительную экономическую ценность