Боги и архетипы древних славян. Колесо Сварога в современной трактовке - Юлия Дмитриевна Верклова Страница 26

Гораздо логичнее было бы увязать имя первого славянского антропоморфного божества с его функциями и честно признать единство корней «вел−» в словах «Велес» и «велеть», а также, по всей вероятности, и «великий». Или, как вариант, единство корней «воля» и «Волос». Это вполне отвечает функциям Велеса как верховного божества в «земном» пантеоне. Тогда конечная «с» — это, скорее всего, редуцированная «ц» суффикса «-ец», означающего род занятий (как, например, в словах «стрелец», «гонец», «боец»). То есть Велец или Велес (Волец, Волос) — тот, кто велит, приказывает, высказывает или навязывает свою волю. Господин. Возможно, именно он был главным богом славян до того, как военная верхушка стала правящей.

Эта бы версия объясняла, почему в пантеоне князя Владимира на горе в Киеве Велеса не было. Если исходить из того, что на горе возводили не реальный пантеон, а «совет народных депутатов» — главное божество от каждого племени, то князь оказался перед выбором: ставить ли идол главного бога своей дружины или все же главного бога новгородцев (вероятно) — Велеса.

Нельзя, впрочем, исключить, что корнем имени является не «вел», а «лес». «Ве» же — приставка, означающая направление «из». Тогда Велес можно трактовать как «лесной бог», что тоже вполне соответствует его функциям: управлять дикими зверями, птицами и растениями. С началом срока Велеса в году связывались «волчьи свадьбы» — опасное время, когда волки выходили из леса к человеческому жилью. Поскольку эвфемизм для обозначения волка — «лютый», то вполне закономерно, что месяц, который начинался с волчьих свадеб, в славянском календаре назывался «лютень».

Принято считать (чисто по созвучию имен и близости дат), что аналог скотьего бога в христианстве — Святой Власий. Я, однако, думаю, что для прикрытия хитрые крестьяне использовали сразу несколько святых имен. Это разнообразие позволяло выбрать для праздника ту дату, которая оказывалась ближе к истинному дню Велеса — ко второму новолунию после зимнего солнцеворота.

Чтобы и вы не запутались, сделаем так: я указываю дату по григорианскому или новоюлианскому календарю (они все-таки «настроены» на солнце), а в скобках — по РПЦ (по староюлианскому). Дата в скобках многим покажется более знакомой, потому что православные праздники обычно к ней и привязаны.

22 января (4 февраля) — Тимофей Полузимник, полухлебник. Значимая дата для крестьян. Напомню, что мужская ось «Велес — Перун» делит год на полугодия голода и сытости. Вот с Полузимника граница и начинается. В хорошем году к началу велесова срока в закромах должна остаться ровно половина запасов зерна. Но хорошие годы — редкость в нашей климатической зоне. Почти наверняка зерна осталось мало, поэтому надо начинать экономить.

1 (14) февраля — Трифон Мышегон. Он же Волчий день. Он же Лютень — эпитет «мышегон», похоже, следствие «полузимника»: амбары почти пусты — мыши начинают нервничать с голодухи и выбегать из укрытий. А волки выходили из лесу, потому что и там еда кончилась. Это вам не американский день сурка — тут все сурово и вопрос в буквальном смысле стоит о выживании.

Трифон считался покровителем охотников (опять отсылка к Велесу) и в русской иконографии обычно изображался с соколом на плече.

4 (17) февраля — Никола Студеный. И опять «волчьи свадьбы» в определении праздника. Как мы с вами уже знаем, все ниКольские праздники — это знаковые даты Кола. В данном случае — наступление нового срока.

11 (24) февраля — Влас, Скотий бог. Тут, понятно, Святой Влас — прикрытие для темного Велеса по созвучию имен.

Многие этнолингвисты и родноверы отождествляют славянского Велеса с балтийским Велсом — богом загробного мира. Отсюда, вероятно, утвердившийся у некоторых неоязыческих общин обычай называть кельтский праздник Самайн, день мертвых, «Велесовой ночью».

Дело в том, что со смертью (вернее, «тем светом») связана вся нижняя часть круга. Очевидно, что за главного там — Коляда, темное солнце. Морена и Велес — лишь проводники. И если Морена — непосредственно проводник людей, то Велес, скотий бог и дед певца Бояна, судя по дошедшим до нас обрывкам информации — проводник животных и мыслеформ (слов). Очень логично было бы в бытовом плане, если б его чествование приходилось на период отела домашнего скота. Если выгон скота начинался на Ладу (по православным обычаям — с Юрьева дня, 23 апреля), то отела как раз ждали с приходом Велесова срока — в начале февраля. Соответственно, и Велесова ночь должна отмечаться в эти даты — не смерти, а прихода новых зверенышей в этот мир.

Перун

Имя Перун традиционно возводят к балтийскому perkons — гром. И считают, соответственно, богом грозы. Позднее его функции расширяются, и в пантеоне князя Владимира он уже фигурирует как бог княжеской дружины, его именем клянутся воины. Его многие историки называют верховным божеством и главой пантеона.

Интересно, однако, что Перун (даром, что бог-воитель) ни разу не помянут в «Слове о полку Игореве».

Не исключено, что имя происходит от греческого «pyr» — огонь. То есть оно не особенно древнее и имеет не балтийские, не славянские, а византийские корни. И относится к эпохе Киевской Руси, активных связей с Византией. Это дает нам основания полагать, бог грозы и огня превратился в бога войны и вышел на лидирующие позиции лишь при князе Владимире или (что, пожалуй, более правдоподобно) при отце его Святославе. Святослав Игоревич, как известно, был удачливым завоевателем, чрезвычайно расширил границы государства и развлекался тем, что «Много воевал… Спал, постилая потник с седлом в головах, — такими же были и все остальные его воины. И посылал в иные земли посланников со словами: Иду на вы!» — так говорит «Повесть временных лет».

Поскольку Святослав со своей дружиной постоянно перемещался (бросив стационарное управление на маму свою, княгиню Ольгу), то у него не было ни возможности, ни необходимости чтить богов места, подстраиваться под ландшафт и климат территории. Таким образом один лишь Перун стал богом княжеской дружины и почитался как бог воинской удачи. И, соответственно, как личный покровитель княжеского рода он был объявлен при Владимире и верховным богом Руси.

Как бы то ни было, в стихийном смысле это огонь, в календарном — время гроз, в архетипическом — воин (возможно, также и охотник, потому что его приход связан с открытием сезона охоты). В православном календаре Перун замаскирован под Илью Пророка — дохристианского святого. В Новом Завете и житиях святых не нашлось никого столь же маскулинно-брутального.

Ильин день отмечается Русской православной церковью 2