Современные проблемы уголовного права (к 85-летию А. В. Наумова) - Коллектив авторов Страница 3

Если говорить о конкретных выводах и идеях автора, то все их, безусловно, не охватить. «Нельзя объять необъятное», как сказано у классика. В связи с этим коснусь лишь вопросов уголовного правотворчества, ну а поскольку и их громадье, то только двух аспектов. Это, кстати, в порядке дополнения к мысли о том, что книга архипоучительна для законодателя.

1. Первый аспект – это критика в работе неоправданно интенсивного уголовного правотворчества. Очень интересны наблюдения Анатолия Валентиновича о том, что уголовный закон в нашей стране испокон веков был едва ли не излюбленным и универсальным инструментом политики. О том, что в советское время сформировалась традиция решения важнейших политических и социально-экономических задач с помощью поправок в УК РФ. Показана в книге и современная законодательная практика – все та же практика интенсивного уголовного правотворчества, метко поименованная процессом «кройки и шитья».

И здесь автор предостерегает – не надо преувеличивать роль уголовного закона. Следует помнить о регулятивных и охранительных возможностях других отраслей права. Нужно помнить о том, что по Конституции РФ ограничение прав человека допускается только для достижения конституционно значимых целей, т. е. должна быть экономия уголовной репрессии. В связи с этим обоснованно критикует моду на конструирование большого числа специальных составов. Столь же справедливы и претензии по поводу перманентного ужесточения многих санкций, ибо не исчерпаны карательные возможности существующих. Автор оговаривается, что, конечно, жизнь не стоит на месте и поправки в УК РФ нужны, но при этом криминологически обоснованные, точечные. Иными словами, должен соблюдаться баланс между динамизмом и стабильностью уголовного закона. Хорошо в книге описаны и последствия такого бурного уголовного правотворчества: криминализация общества, чехарда в практике из конкуренции поправок, в том числе во времени и т. д. И, как следствие, снижение эффективности борьбы с преступностью.

Эта мысль крайне актуальна сегодня. И очень хотелось бы, чтобы она рано или поздно была воспринята нашими парламентариями и иными разработчиками беспрерывных поправок, включая, прежде всего, Президентскую администрацию.

2. Второй аспект – понимание автором основания криминализации. В книге проводится мысль, что это общественно опасное поведение. И, думается, это верный подход. Однако здесь, как известно, возникает масса хорошо известных присутствующим вопросов: как понимать общественную опасность, в каких признаках преступления она выражена, как ее измерить и пр., и пр. И где ее искать – в деянии, или в личности, или в том и другом? И отрадно, что на страницах труда Анатолия Валентиновича даются ответы на многие из этих вопросов. Доказывается, в частности, что упор в криминализации надо делать на деяние, а не личность. Соответственно, совершенно обоснованно, на мой взгляд, клеймится реакционная теория опасного состояния личности, воплощенная в уголовном законодательстве в 1920-х годах. Действительно, перенос акцента в криминализации с деяния на личность – это крайность.

Правда, уже в наше время есть примеры подобного. Имеется в виду февральский проект ст. 2101 УК РФ, принятый в первом чтении – занятие высшего положения в преступной иерархии. Думается, что это будет очень небесспорное решение законодателя. И дело не в возможных проблемах толкования: что есть иерархия и пр. Рынок, т. е. практика всё отрегулирует. И, как и в Грузии, многих воров в законе привлекут за сам статус. Дело в том, оправдывает ли цель средства? Здесь как в вечном споре Жеглова и Шарапова о том, можно ли кошелек Кирпичу подсунуть. Сомневаюсь. Конечно, надо жестко бороться с проявлениями организованной преступности. Но нужно не забывать о прошлом, об истории, о том, что такие нормы – путь к произволу. Прав профессор Наумов, говоря, что наш народ заплатил слишком дорогую цену за внедрение в уголовный закон теории опасного состояния личности. В связи с этим и средства борьбы с преступностью, включая организованную, должны адекватными – совершенствование способов и средств доказывания действий авторитетов преступной среды и т. д.

Итак, ставку в криминализации нужно делать на деяние. И в этом с автором следует согласиться. Но вот нужно ли вообще исключать личность из криминализации? Не думаю и вот почему.

Что определяет общественную опасность деяния? Прежде всего это объект и причиненный или потенциальный вред. Но порой и форма вины как в ст. 115 УК РФ или даже мотив, как, например, в ст. 285 УК РФ. Иными словами, различные признаки состава как объективные, так и субъективные. И, думается, что в некоторых случаях, это могут быть и признаки субъекта, характеризующие его личность. Имеются в виду в первую очередь административная преюдиция как признак специального субъекта, указывающий на предшествующее привлечение его к ответственности по КоАП РФ.

Понятно, что чаще всего объективные свойства самого деяния с запасом обеспечивают общественную опасность и влекут криминализацию – таковы убийства, хищения, терроризм и пр. Но порой для отражения в УК РФ общественной опасности требуется введение в состав признака цели или мотива или – пусть и редко – признака той же преюдиции. Как, например, в ст. 2641 УК РФ, в которой совершенно оправданно, думается, криминализировано повторное управление транспортным средством в состоянии опьянения. Общественная опасность такого деяния очевидна и подтверждена данными криминологии.

Таким образом, полное исключение признаков личности из криминализации – это такая же крайность, как и ставка только на опасные свойства личности. А крайности в любом деле вредны. Законодателю в процессе криминализации нужно искать, на мой взгляд, «золотую середину».

Вот на такие и не только размышления наводит прочтение обсуждаемой книги, за что огромное спасибо ее автору.

И завершая. Не секрет, что Анатолий Валентинович является известным пушкинистом. И, когда изучаешь его творчество, волей-неволей возникает ассоциация со стихотворением великого поэта «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» Перефразирую несколько строк, имея в виду Юбиляра:

И долго будет тем любезен он народу,

Что чувства добрые он словом пробуждал,

Что в наш жестокий век восславил он Свободу

И милость к падшим призывал.

Убежден, что к книгам профессора Наумова не зарастет народная тропа, и пожелаю Вам, Анатолий Валентинович, к следующему Юбилею издать третий том своей истории. Благодарю за внимание!

* * *

И.А. Тарханов,

научный руководитель юридического факультета Казанского (Приволжского) федерального университета, доктор юридических наук, профессор

Вы не представляете, какое волнение сегодня меня обуревает по многим причинам. Самая главная причина – то, что я приглашен, спасибо, Игорь Михайлович, на юбилей Анатолия Валентиновича Наумова, я боюсь сказать это слово, моего друга, хотя он подчеркивает это обстоятельство, а я горжусь, я очень