Жареные зеленые помидоры в кафе «Полустанок» - Флэгг Фэнни Страница 13

Миссис Тредгуд ужаснулась:

– Эвелин Коуч, не смейте даже помышлять о таких вещах! Это все равно что вонзить нож прямо в сердце Иисусу! Какие глупейшие разговоры, милочка моя. Вам надо просто взять себя в руки и открыть сердце Господу. Он поможет. А теперь позвольте, я кое-что спрошу… У вас болят груди?

Эвелин удивленно посмотрела на нее:

– Иногда.

– А поясница и ноги?

– Да. Но откуда вы узнали?

– Все понятно, дорогая. Вы тяжело переносите климакс, только и всего. Вам нужно принимать гормоны, каждый день гулять на свежем воздухе, и станет легче. Когда у меня это началось, я так и делала. Бог мой, как вспомню… Ела бифштекс и рыдала над бедной коровой. Обожала выводить из себя Клео, все время ревела и думала, что никто меня не любит. А когда Клео становилось совсем уж невмоготу, он говорил: «Нинни, пора тебя уколоть», – и всаживал мне витамин В12 прямо в задницу.

Каждое утро я ходила гулять вдоль железной дороги, туда и обратно, вот как мы сейчас ходим, и скоро протоптала себе тропинку сквозь это испытание, стала опять нормальной.

– Но мне-то вроде рановато еще… – сказала Эвелин. – Мне только сорок восемь.

– Ой, нет, милочка, у многих это даже раньше начинается. Одной женщине из Джорджии было всего тридцать шесть, так она в один прекрасный день села в машину, въехала на ступени здания суда и кинула прямо в руки полицейскому голову своей матери, которую только что отрезала в кухне ножом. Потом она крикнула: «Держите, это то, что вы ищете», – и съехала обратно по ступеням. Вот что может натворить ранний климакс, если вовремя не принять меры.

– Вы действительно считаете, что причина в этом? Думаете, я поэтому такая раздражительная?

– Несомненно. Ой, это хуже карусели… вверх-вниз, вниз-вверх… Кстати, о вашем весе. Вы же не хотите быть тощей, правда? Бог мой, да вы только посмотрите на здешних старух, почти все – кожа да кости. Вам бы сходить в баптистскую больницу, в раковый корпус. Там все мечтают хоть немного поправиться и сражаются за каждый фунт веса. Так что перестаньте думать об этом и радуйтесь жизни. Единственное, что вам необходимо, – это читать Библию, и обязательно – девяностый псалом, причем каждое утро, каждое! Обязательно поможет, как и мне.

Эвелин спросила миссис Тредгуд, бывает ли у нее депрессия.

Миссис Тредгуд честно ответила:

– Нет, милочка, давно не было, я слишком занята тем, что благодарю Господа за его благодеяния – даже не счесть, сколько их было. Не поймите меня превратно, у всех свои печали, каждый несет свой крест.

– А мне показалось, что вы такая счастливая, будто у вас и забот никогда не было.

Миссис Тредгуд засмеялась:

– Ах, милочка, я стольких на своем веку похоронила и каждую могилу оплакивала не меньше предыдущей. Было время, когда я удивлялась, за что Господь наградил меня таким печальным бременем, порой казалось, ни дня больше не выдержу. Но Он дает ровно столько, сколько тебе по силам вынести, не больше. И вот что еще я вам скажу: нельзя предаваться унынию, от этого и впрямь заболеть недолго.

Эвелин кивнула:

– Вы правы. Эд предлагал мне сходить к психотерапевту.

– Милочка, вам это абсолютно ни к чему. Когда захотите поговорить по душам, приезжайте ко мне, я вам прочищу мозги не хуже доктора, причем бесплатно и с огромным удовольствием.

– Спасибо, миссис Тредгуд. – Эвелин посмотрела на часы. – Ой, мне пора. Эд, наверное, злится уже.

Она достала из сумочки бумажную салфетку, испачканную шоколадом, и высморкалась.

– А знаете, мне как-то полегчало. Правда!

– Что ж, я рада. Буду молиться, чтобы у вас хватило сил. Вам следует почаще ходить в церковь и просить Господа облегчить вашу ношу, помочь пройти через это. Мне он столько раз помогал.

– Спасибо, – сказала Эвелин. – Ну, до следующей недели, да? – И пошла к выходу.

Миссис Тредгуд крикнула ей вслед:

– И если что – принимайте успокоительное номер десять!

– Номер десять?

– Да! Именно десять.

Еженедельник миссис Уимс

«Бюллетень Полустанка»

8 июня 1935 г.

УСПЕШНОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ В ТЕАТРЕ

В пятницу вечером Драматический театр Полустанка давал спектакль в честь своей годовщины, и мне хочется сказать: «Отличная работа, друзья!» Пьеса называлась «Гамлет», английского драматурга мистера Уильяма Шекспира, уже знакомого жителям Полустанка по прошлогодней постановке.

Гамлета играл Эрл Эдкок-младший, а его возлюбленную – племянница доктора Хэдли, Мэри Бесс, которая специально ради этого приехала к нам из города. Кто не был на премьере, знайте, что под конец она кончает жизнь самоубийством. К сожалению, я ее едва слышала, и в любом случае она, по-моему, слишком молода для этой роли.

В роли отца Гамлета выступил преподобный Скроггинс, а мать сыграла Веста Эдкок, директор драмтеатра и, как вы знаете, настоящая мать Эрла Эдкока-младшего.

Музыку к спектаклю сочинила Эсси Ру Лаймуэй, и благодаря ей сцена дуэли на шпагах получилась еще более захватывающей.

Кстати, Веста говорит, что на следующий год они готовят представление в живых картинах под названием «История Полустанка», текст которой пишет она сама. Так что если у вас припасены какие-нибудь забавные истории, приносите ей.

Дот Уимс

Приют для престарелых «Розовая терраса»

Старое шоссе Монтгомери, Бирмингем, штат Алабама

26 января 1986 г.

Эвелин поздоровалась со свекровью и побыла с ней ровно столько, сколько требовало приличие, а потом поспешила в зал для посетителей, где ее ждала подруга.

– Ну что, милочка, как вы?

– Хорошо, миссис Тредгуд. А вы как?

– Ну, я-то нормально. Вы принимали те таблетки, что я посоветовала?

– Конечно.

– Помогло?

– По-моему, помогло, миссис Тредгуд.

– Что ж, рада слышать.

Эвелин полезла в сумку.

– Ну, что там у вас сегодня?

– Три коробки изюма в шоколаде. Куда же я их положила?

– Изюм в шоколаде? Должно быть, очень вкусно.

Миссис Тредгуд наблюдала, как Эвелин роется в сумке.

– Милочка, а вы не боитесь, что у вас там заведутся муравьи? Разве можно носить в сумке сладости?

– Я как-то не думала об этом, – ответила Эвелин, обнаружив наконец то, что искала, и пакетик мятного драже в придачу.

– Спасибо, милочка, я обожаю сладкое. Когда-то я любила карамельки «Тутси», но, знаете, они прилипают к зубам, а потом отлипают, но уже вместе с зубами. Кстати, с козинаками та же история.

Вошла чернокожая медсестра по имени Джинин. Она искала мистера Данауэя, чтобы дать ему успокоительное, но в комнате, как обычно по воскресеньям, сидели только две женщины. Когда медсестра вышла, миссис Тредгуд сказала:

– Хорошо, что цветных теперь повсюду принимают на работу Возьмем, к примеру, Онзеллу, жену Большого Джорджа. Кожа у нее была не такая уж темная, цвета ореха, а волосы рыжие, и еще веснушки. Знаете, она чуть матери сердце не разбила, когда вышла за Джорджа, потому что тот был жутко черным. Но она ничего не могла с собой поделать, говорила, что любит его, такого большого и черного, а Джордж действительно был самым огромным и самым черным человеком на свете. Потом Онзелла родила близнецов, и Джаспер был похож на нее, а Артис получился ужасно черным, у него даже десны были синие. Онзелла говорила: просто не верится, что из нее могло вылезти такое чернющее существо.

– Синие десны?

– Да, милочка, синее не бывает. А затем родился Билли, тот был весь в нее, светлый, с зелеными глазами. Конечно, по-настоящему его звали Чудный Советник, это имя из Библии, но мы его называли Билли.

– Чудный Советник? Что-то я не припомню такого имени. Вы уверены, что оно из Библии?

– Да! Онзелла нам показывала: «И нарекут его Чудный Советник»[12]. Она была очень религиозной. Всегда говорила, что, когда расстроится, стоит ей подумать о дорогом Иисусе, и настроение сразу поднимается, прямо как ее сдобное печенье. А потом появилась Озорная Птичка, вся черная, в отца, с очень смешными кудряшками, но десны не синие.