Отход - Инди Видум Страница 21

— Учи.

— Лучше ты. У тебя больше возможностей использовать руны.

— Эту я знаю уже. Так что учи.

— Ее продать можно, — не торопилась она использовать. — И вложить потом во что-то нужное.

— Я и вкладываю в тебя. Или ты считаешь себя ненужной? Давай договоримся, что мы не будем на тебе экономить. Да, моя прокачка приоритетней. Но то, что не нужно мне, но может быть использовано тобой, используешь ты, а не продаем. Кристаллы вообще не продаем никакие.

— Даже пустые?

— Пустых кристаллов нет. Есть недоосмотренные. Это наш фамильный секрет, если что.

Она неуверенно улыбнулась.

— В каком смысле недоосмотренные?

— У меня есть навык, с ростом которого я вижу новые заклинания в ранее казавшихся пустыми кристаллах. Так что пустые кристаллы мы не продаем и не отдаем для роста твоего навыка, а ждем, пока мой навык покажет, содержат ли они что-то полезное.

— Но как их тогда использовать? Если не видно, что там?

— Там не целый навык, а часть. Кристаллы нужно сливать, чтобы получить один с навыком. И это тоже наш фамильный секрет. Так что развитие твоего навыка может немного замедлиться, поскольку в ненужных окажутся, скорее всего, только те, что со сродствами. А может и не замедлиться, потому что с тварей в боях с моим участием выпадает больше кристаллов. Ну и с предвидением, если найдутся, конечно, тоже пойдут все тебе. При условии такой дорогой прокачки навыка бессмысленно его качать обоим.

— Они очень редко бывают. В нашей зоне не падают.

— А где падают?

— Чаще всего у Верховцевых. Ну как чаще. Есть зафиксированные случаи выпадения. Целых два за все время существования зоны. В других княжествах максимум по одному известному случаю. У Верховцевых еще заклинания Воздуха, говорят, хорошо падают.

— Прекрасно, — обрадовался я. — Как раз туда собирался. Там рецепты алхимических красителей встречаются. А целительство там не падает?

— Нет, к сожалению. И оно падает только летом.

— Жаль. Но все равно до лета перебираемся туда, будем твой навык повышать. А руну используй прямо сейчас.

Я подвинул ее по столу к Наталье и принялся выбирать все большие кристаллы. Их оказалось 11 штук. Сродство к Скверне и к Воде начали заполнять дорожку к следующему уровню предвидения у Наташи, кристаллом с Пространственным хранилищем я поднял навык до пятого уровня. Еще нашлась четвертушка «Малого оберега Велеса», остальное пока не определилось.

После этого пришло время кристаллов мелких. Там нашлось что слить, но поскольку Валерона не было, я такие отодвинул в сторону, разделил между мной и супругой найденные по имеющимся у меня и ее навыкам. Искру я поднял на уровень до шестьдесят второго, а три кристалла отдал Наталье, чтобы у нее хотя бы двадцать первого стала. Вообще, в планах было догнать ей этот уровень до пятидесятого и выдать второе сродство.

Огненную плеть, которой нашлось три кристалла, напротив, разделил в свою пользу: два кристалла мне, один — Наталье. И она у обоих стала четырнадцатого уровня.

Теневую Стрелу — все пять кристаллов отдал Наталье, доведя ее уровень до десятого. Зато остальное с Тенью использовал на себя: Теневой кинжал подрос до сорокового уровня, а теневой сгусток до пятнадцатого. Остальные нужно было сливать.

И опять нашлось много Воды. И если большинство кристаллов с навыками надо было сливать, то Водяной шар поднялся до тридцать седьмого уровня, а если бы я взял Очищающий поток, то он сразу стал бы седьмого уровня. Но я решил дождаться, пока прилипнет само.

Из интересного в мелких кристаллах нашлось еще две пятых алхимического рецепта Золотой смазки — наверняка очень полезной штуки для моих будущих автомобилей. Еще выпали треть схемы Живой печати и четверть схемы двигателя «Сила элементалей».

А вот механика совсем перестала падать. Я припомнил, что и механизмусов не встречал, пока пробивался через зону к Тверзани. В городе их так же не было. А ведь говорили, что они встречаются и зимой, просто реже. Но не срослось, что печально — Митя остается без улучшений, а ни одна схема станков не собирается до конца.

Довольный Валерон выпрыгнул из бесплотности, как всегда неожиданно:

— Вы даже чай не пьете? — удивился он и сразу обеспокоился: — Неужели весь хворост сожрали, пока меня не было? Вот вы как. Я к вам со всем доверием, а вы объедаете несчастного песика.

— Не брали мы твой хворост!

Валерон успокоился как по взмаху волшебной палочки.

— Он не мой, он общий. Но я бы не отказался сейчас восстановить силы и вообще. — Он облизнулся. — Все равно больше ничего сладкого нет. Купель-то хоть не сломали?

— Работала вот только недавно.

— Тогда отсыпь мне в мисочку хвороста, а я себе режим подберу.

— Так. А отчет?

— Отчет будет сразу, как только я окажусь в воде. Устал я.

Он принял скорбный вид и утер лапой со лба воображаемый пот. Со слиянием кристаллов я к нему приставать не стал: это можно сделать и утром, а информацию про Куликова хотелось бы выслушать сейчас. Пришлось натянуть комбинезон, потому что за пределами палатки было холодно. И пусть пришлось всего лишь вытащить из багажника кастрюльку с хворостом, но продуть может и за такое короткое время. По прошлой жизни помню.

Тем более что кастрюльку пришлось возвращать обратно. Валерон в нее глянул, убедился, что стратегический продукт мы не тронули, попросил отсыпать, а остальное унести. Вообще, его распирало от важности. Значит, точно что-то спер.

Пока я бегал, купель уже заполнилась водой, и Валерон, раскинув лапы в стороны, туда погрузился.

— Доску бы сюда, — заявил он, когда я подошел с его миской. — Чтобы мне было удобней брать. Нужен столик для ванны.

— Я тебе по штуке буду подавать, только ты начни наконец рассказывать.

Валерон захрустел первым печеньем, которое я чуть ли не силком вставил ему в рот, и сообщил:

— Есть хорошие новости и плохие. Из хорошего: Куликов и компания обходят город, отмечают, что разрушено, что целое, что можно восстановить, а что нельзя. Козырев продвигает идею взять с тебя, Петя, за оскорбление деньгами отчима. Он почему-то уверен, что отчим согласится заплатить пару миллионов, потому что лично приезжал узнавать, как ты в Дугарске устроился.

— Это вряд ли, — хмыкнул я. — Юрий Владимирович деньгами разбрасываться не привык. Он ответит, что