Вторжение (4-лорд/2) - Андрей Никонов Страница 29

Не знаю, что меня дёрнуло отправиться вслед за ней, какое-то иногда проявлявшееся чувство, которое можно было бы назвать интуицией. До штурмовиков я добрался быстро, никого не встретив — в масштабах астероида это было ожидаемо, мы тут годами могли бродить, не видя друг друга, к тому же у меня каждый из экипажа станции почти постоянно отображался на карте станции, а каждый наружный объект станции, который мы активировали — на карте звёздной системы. Эрвик немного поспешил в своих выводах, станция точно так же была моей, как и этих двух федералов, и хотя я в этом списке допуска к ресурсам стоял чуть ниже них, дайте только время и связь с базой — буду гораздо выше.

У Йоланы была фора в тридцать часов, за это время она могла улететь чуть ли не до орбиты населённой планеты. Расстояние это я преодолел за час, сигнал постепенно усиливался, время отклика от аппарата синт-пилота становилось меньше, а от базы, соответственно — больше. Автопилот сам рассчитал положение цели и режим полёта, правда, постоянно пытался предложить сделать скорость повыше, о чужаках база если и знала, то выводов не делала, хотя ресурсы у модуля, ей управлявшего, были.

К висящей в пространстве пирамидке с шариком в центре я практически подкрался, выпустил энергетические захваты, и выбрался из кабины. Когда-то давно любой выход в космос казался откровением, ты, твой бот, камень неподалёку, пустота на многие миллионы километров вокруг, тусклое пятнышко Солнца, так непохожее на то, которое видно с Земли, и невесомость, и чувство бодрящего риска, кажется, одно неверное движение, обрыв троса, отказ баллона с сжатым кислородом, и тебя понесёт вдаль от крохотного кораблика.

А потом — привык, уже давно не испытывал почти никаких эмоций, так, крохотный холодящий узелок страха где-то рядом с сердцем.

Между моим кораблём и кораблём Йоланы было меньше километра, прицепил себя к силовому захвату, и тот потащил скаф вместе со мной к цели. Когда до второго штурмовика уже рукой было подать, появились тревожные сообщения.

«Оборудование повреждено, разгерметизация не рекомендуется.

Активация двигателя невозможна. Данные утеряны.»

Это я и сам понял, запустив щуп в аварийный блок. Никаких непонятных данных за последние двадцать шесть часов, если не считать того, что она не мчалась куда-то, а затормозила, изменив вектор перемещения и подключив реверсные двигатели, и всё это время провисела тут. Больше времени я затратил на то, чтобы попытаться понять, что произошло, чем собственно на спасательную операцию, если девушка была мертва, то вытащу я её, или нет, значения не имело. А если жива, то час до станции как-нибудь потерпит — синты, они живучие.

Силовой захват на большой скорости сжимался, так что мы летели обратно почти на жёсткой сцепке.

— Не похоже, что она повреждена, — Тойо наблюдал, как дроны перегружают Йолану на гравиплатформу, — датчик показывает, что все процессы в норме, только в височной доли замедлены, био-адаптеры отзываются без сбоев, я бы даже сказал — лучше отзываются, чем раньше, в капсуле в режиме диагноста будет ясно, что с ней, но пока никаких нарушений не вижу. Что со штурмовиком?

— Пытаются восстановить данные, — Эрвик тоже был здесь. — Похоже, сбой, не мог он переместиться мгновенно за сотню миллионов километров, даже если его кто-то похитил, а потом выпустил на свободу, должны были остаться следы в блоке управления. Там нет ничего, вылетела, разогналась, потом изменила вектор тяги, выровняла скорость со скоростью станции. Странный сбой, отправим корабль на профилактику, пусть аналитический блок разбирается. Если действительно было вмешательство извне, будут нестыковыки, хоть даже самые мелкие. Ньялу этим займётся, она спец в таких вопросах. Ты молодец, Дэн, что заметил этот прыжок, база ещё не до конца даже минимально восстановлена, и часто такое пропускает, заодно и проверим сопряжение объектов. Плохо, что это случилось именно сейчас. Через восемь дней первая группа прибудет, и, если мы не найдём ошибку, придётся быть очень осторожными.

Йолана пришла в себя через три дня, но наружу пока не вылезала, тесты продолжались. Медкапсула никаких отклонений не нашла, у некоторых синтов имелся встроенный анализатор повреждений, но пилоты его обычно отключали, мало кому хочется, чтобы вся личная жизнь была как на ладони, так что произошедшее пока оставалось загадкой. Кроме того, что во время полёта возникли неполадки с системой ориентирования, Йолана ценного сказать не могла, по её словам, только она потянулась, чтобы наладить работу штурмовика, как проснулась уже в капсуле. Несколько дней просто вычеркнулись из её жизни.

Медики прогоняли тесты один за другим, сравнивая тот организм, который находился в медкапсуле, с прошлыми данными, и ничего не обнаружили. Никаких изменений, за исключением того, что био-адаптеры наконец прижились полностью, и больше не нарушали способность носителя адекватно мыслить.

— Просканируй ещё раз мозг, — Тойола была решительно настроена хоть что-то найти. — Не может быть такого, чтобы амнезия наступила без повреждений.

— Пятый раз? — Тойо послушно запустил тест, показав мне рукой, что, мол, всё это в штатном режиме происходит, ничего особенного и оснований для беспокойства нет. — Смотри, данные те же самые, если ты не уверена, можем удалить это тело, и попробовать разобрать его на части. Только я не вижу ни одной закладки

— А такое возможно? — поинтересовался я.

— Бывает, — Тойола нахмурилась, разглядывая увеличенное изображение модуля переработки пищи. — В синтетические тела можно имплантировать следящие устройства, или бомбу, или какой-нибудь молекулярный чип, встроив канал управления в биоадаптер. Сам синт его не заметит, тело работает как обычно, и такой имплантат никак на обычные процессы не влияет, а от блока диагностики скрыт, но капсула сравнивает каждую клетку с тем телом, которое уже лежало. Это значит, что часть тела надо извлечь, изменить на таком уровне, чтобы не были заметны различия, и потом вставить обратно. Например, мышцу, там много волокон, и заменить одно труда не составляет. Но опять же, есть тесты, которые могут это выявить.

— И они не выявляют, — не стал забивать себе голову лишними подробностями. — Значит, перед нами обычная Йолана?

— Не совсем, — Тойо улыбнулся. — Мы сами имплантировали ей несколько следящих устройств, когда она очнётся, то знать об этом не будет, и капсула сейчас записывает их как существующие, через некоторое время они естественным образом исчезнут, а мы пока понаблюдаем. Так что, если ты вдруг решишь с ней заняться