Ошибочка вышла Страница 30

— Я рада, что ты с Тимом.

Я замерла с чашкой у рта, и, отпив, аккуратно поставила ее на стол.

— Тим хороший. Бывает иногда редким гадом, но у него широкая душа.

Я не знала, что сказать, поэтому меня хватило лишь на кивок головой.

Враньё затягивалось. Мне правда не хотелось знать, каким чертовым образом этот интриган будет выпутываться из этой паутины лжи. Однако почему-то ни капли не сомневалась, что засранец что-нибудь да придумает.

— Не обращай внимания на его отца. Он переживет, — махнула она рукой. — К тому же, не все на бизнесе строится, — добавила, чем ввела меня в смятение.

Ее голос звучал так, будто я должна была понимать, о чем она говорит. Но будь я проклята, если хоть догадывалась!

— Ваша правда…

Мы посидели еще какое-то время, обсуждая всякие мелочи. Антонина Николаевна слушала меня с нескрываемым интересом. Ей точно было не наплевать, с кем встречается ее сын. И я в который раз убедилась, какая же Тим бессовестная сволочь. Надеюсь, у него хватит смелости сказать этой воистину святой женщине, что он подлый лжец. Она как никто другой этого заслуживала.

За разговорами я и не заметила, как наступило десять вечера. Признаться, как бы ни было мне приятно общество Антонины Николаевны и Николь, что присоединилась к нам час назад, мне хотелось поскорее уснуть, а после, минуя трехчасовую дорогу, оказаться дома. В родных стенах.

С другой же стороны, мне предстояла встреча с родителями, а вместе с тем очередная «серьезная» беседа.

Тима я так и не видела. И даже в «нашей» комнате его не застала. Не то чтобы я беспокоилась. Ещё чего! Но с его стороны было некрасиво оставлять меня одну в чужом доме. Впрочем, я другого и не ожидала.

К тому моменту, когда мое личное проклятие изволило явиться, я успела принять душ и улечься в постель. Лисин и слова не сказал, когда зашёл. Даже не посмотрел в мою сторону. Только мимо прошёл в гардеробную, отчего я поморщилась. От него разило табаком.

Когда Тимур так же молча удалился в ванную комнату, я пришла к выводу, что у нас взаимный игнор.

До меня донеслись звуки воды, и внезапно в памяти вспыхнуло воспоминание, которое узлом отозвалась внизу живота. В тот раз он тоже был в душе. Я повернулась на бок, тщетно пытаясь восстановить рваное дыхание. Сглотнув, перевела взгляд на дверь, а после помотала головой, словно сбрасывая наваждение.

«Это все нервное напряжение», — решила для себя, проводя рукой по лицу отчего-то потными ладошками.

Через несколько минут, за которые я успела себя извести и поменять положение своего тела около двадцати раз, дверь ванной открылась и Лисин вышел. Его причиндалы прикрывало лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер.

Я зажмурилась, и до меня донесся смешок. Вот гад!

Резко я открыла глаза.

Лисин стоял в нескольких метрах от меня. Он вертелся, и даже, бьюсь об заклад, пару раз поиграл мышцами. Не дождавшись моих восхищённых вздохов, Тим зашёл в гардеробную.

Я вновь закрыла глаза, призывая своё взбудораженное тело к спокойствию. Услышав шуршание, предположила, что Тимур переодевался. И, как бы не был велик соблазн хоть одним глазком подглядеть, я заставила себя лежать смирно.

Не на что там смотреть! <tab> Когда Лисин вышел в одних синих боксерах, он потушил свет, после чего улёгся на свою половину кровати.

Отчего-то мое сердце пустилось в пляс. Я искренне не могла понять свою реакцию. В конце концов я была влюблена в другого человека!

— Я слышу, как тяжело ты дышишь, — с присущей ему дерзостью бросил Тим.

Я не ответила. И сделала вид, что вообще сплю.

— Знаешь почему? — я отчетливо услышала усмешку в его голосе. — Потому что ты хочешь меня.

— Это неважно, — хрипло ответила.

— Почему?

Собрав остатки своего разума, мне удалось выдавить:

— Я люблю другого человека.

— А он тебя?

Моим ответом стала звенящая тишина.

Разве не очевидно, что у меня безответная любовь? Будь все иначе, я бы вряд ли проводила время с другим парнем и его семьей.

— Понятно, — вновь раздался его голос. — Кто он?

— Зачем тебе?

— А почему нет? — вопросом на вопрос ответил. — Мне интересно.

— Рада за тебя.

— Ты многое упускаешь.

— Что же? — язвительно отозвалась.

— Удовольствие. В наши годы нужно развлекаться. Пока ты будешь его ждать, многого себя лишишь. Да и уверена ли ты, что это любовь?

Уж не на себя ли мистер «скромность» намекает, говоря про это «многое»?

Очевидно, наши взгляды на молодость и любовь, а также удовольствие — расходятся.

— Уверена, — без раздумий отрезала.

— Тогда почему ты так тяжело дышишь? — повторил он свой первый вопрос.