Лаврентий Берия. История, написанная кровью - Леонид Михайлович Млечин Страница 66

Постановление политбюро ЦК ВКП(б) о создании республиканской тройки в Киргизской ССР с сопроводительной запиской Л.П. Берии И.В. Сталину. 25 мая 1943

Подлинник и заверенная копия. Машинописный текст. Подписи — автографы Л.П. Берии и И.В. Сталина. [РГАСПИ. Ф. 17. Оп.166. Д. 698. Л. 111, 112]

Полковник Окунь после отставки работал в ресторане «Прага». Он поделился некоторыми воспоминаниями с автором этой книги, но не очень охотно. Полковник Громушкин рассказывал о своих друзьях с большим удовольствием.

Кузнецову долго подбирали легенду, которая бы не требовала регистрации в военных комендатурах. Идеально подошли документы обер-лейтенанта 230-го полка 76-й пехотной дивизии Пауля Вильгельма Зиберта (видимо, взятого в плен). После ранения его временно прикомандировали к управлению по использованию материальных ресурсов оккупированных территорий. Родственников у реального Зиберта не было, так что неприятных встреч Кузнецов мог не опасаться. В его военный билет вклеили фотографию Кузнецова в форме вермахта. Наградное удостоверение и водительские права изготовили на Лубянке.

Безукоризненное знание языка, смелость, находчивость и авантюризм позволили ему довольно долго продержаться в немецком тылу. Он специализировался на похищении и уничтожении чиновников оккупационной администрации в районе города Ровно. Немецкое командование выбрало Ровно в качестве столицы имперского комиссариата «Украина». Здесь расположились штабы и учреждения, представлявшие оперативный интерес для советских разведчиков и диверсантов.

В 1940 году у Берии в разведке служило 695 человек. Разведка располагала четырьмя десятками резидентур за границей. Самые крупные находились в Соединенных Штатах — восемнадцать оперативных работников, в Финляндии — семнадцать, в Германии — тринадцать.

Во время Великой Отечественной численность внешней разведки — Первого управления НКВД — серьезно сократилась. В августе 1941 года в Первом управлении осталось двести сорок восемь человек, в мае 1942 года — сто тридцать пять.

За два года до начала войны Берия поставил во главе внешней разведки Павла Михайловича Фитина.

Нарком внутренних дел 10 мая 1939 года отправил спецсообщение Сталину:

«В связи с переводом на работу в НКИД и освобождением от работы в НКВД СССР тов. Деканозова В. Г. НКВД СССР просит утвердить начальником 5-го (Иностранного) отдела НКВД СССР тов. Фитина Павла Михайловича.

Тов. Фитин в настоящее время работает заместителем начальника этого отдела».

Сталин кандидатуру одобрил, другие члены политбюро расписались вслед за ним. Назначение оформили постановлением Политбюро от 12 мая.

Павел Фитин начинал в комсомоле. В 1932 году, получив диплом Сельскохозяйственной академии имени К.А. Тимирязева, отправился не на село, а стал руководить редакцией индустриальной литературы в Государственном издательстве сельскохозяйственной литературы. Отслужив год в Красной армии, вернулся к работе в издательстве, где стал заместителем главного редактора.

В марте 1938 года Павла Фитина по партийному набору взяли в органы госбезопасности и отправили учиться в Центральную школу НКВД, созданную решением Политбюро в 1930 году. Обычный срок обучения дисциплинам специального цикла был установлен в два года — даже для людей с высшим образованием. Но НКВД ощущал такой кадровый голод, что все сроки были сокращены до минимума. Фитин проучился всего пять месяцев.

В августе 1938 года его зачислили в штат Главного управления государственной безопасности НКВД.

«В октябре 1938 года, — вспоминал Фитин, — я пришел на работу в Иностранный отдел оперативным уполномоченным отделения по разработке троцкистов и “правых” за кордоном, однако вскоре меня назначили начальником этого отделения».

Бесконечные чистки привели к тому, что в январе 1939 года не имевший профессионального опыта Павел Фитин сразу стал заместителем начальника разведки. 1 февраля 1939 года Берия сделал его майором госбезопасности. Через год старшим майором.

Новый начальник разведки получил в наследство руины после большого террора.

Фитин докладывал Берии:

«К началу 1939 года почти все резиденты за кордоном были отозваны и отстранены от работы. Большинство из них затем было арестовано, а остальная часть подлежала проверке. Ни о какой разведывательной работе за кордоном при этом положении не могло быть и речи».

Спецсообщение Л.П. Берии И.В. Сталину о назначении П.М. Фитина начальником 5-го (иностранного) отдела НКВД СССР. (Утверждено постановлением политбюро ЦК ВКП(б) от 10 мая 1939 г.) 10 мая 1939

Подлинник. Машинописный текст. Подписи — автографы Л.П. Берии, И.В. Сталина, В.М. Молотова и К.Е. Ворошилова. [РГАСПИ. Ф. 17. Оп.163. Д. 1225. Л. 6]

В разведку набирали новичков. В первую очередь им следовало дать языковое и страноведческое образование, объяснить азы оперативной работы.

Мао Цзэдун. [РГАСПИ. Ф. 558. Оп.11. Д. 1701. Л. 10]

Разведчики Берии ведали тайными поставками оружия в Китай коммунистической армии Мао Цзэдуна

Павел Фитин:

«При подборе кандидатур на разведывательную работу за рубежом приходилось сталкиваться с большими трудностями из-за слабого знания иностранных языков многими товарищами, вновь пришедшими в разведку, и отсутствия у них опыта ведения разведки за кордоном».

Решение о создании учебного заведения для разведчиков одобрили на политбюро 7 июля 1937 года. Но возникли организационные трудности, и приказ наркома внутренних дел об учреждении Школы особого назначения вышел только 3 октября 1938 года.

Школа разместилась в Балашихе. Срок подготовки — год. Слушатели школы утверждались секретариатом ЦК. На первый курс приняли всего десять человек, это были выпускники технических вузов, направленные в НКВД.

В служебной переписке учебное заведение для разведчиков в конспиративных целях называли 101-й школой. Она находилась на 25-м километре Горьковского шоссе, поэтому слушатели говорили: «двадцать пятый километр» или «лес». Под школу действительно отрезали большой массив леса, окруженный высоким забором. Там располагались учебные аудитории, общежитие и спортивные сооружения.

В 1939 году в школе учился будущий Герой Советского Союза полковник Александр Семенович Феклисов, который со временем возглавил 1-й (американский) отдел Первого главного управления КГБ. Он уже окончил радиофакультет Московского института связи.

«Школа размещалась в лесу в добротном деревянном двухэтажном доме, — вспоминал Феклисов, — ее территория была огорожена забором. На верхнем этаже располагались пять спальных комнат, душевая, зал для отдыха и игр, а на нижнем — два учебных класса и столовая. Спальные комнаты были большие, в них находились два стола для занятий, две роскошные кровати с хорошими теплыми одеялами и два шкафа для одежды. Перед кроватями — коврики».

Каждому курсанту выдали пальто, костюм, шляпу, ботинки. За год следовало