Гарри Поттер и Правильный Учитель - Саггаро Гиерри Страница 47

- Д… Да… Кто ты такой?! – голос оставшегося на ногах Пожирателя явственно дал петуха, а уж, когда Авалор перевёл на него свой взгляд, не предвещающий тому ничего хорошего…

С дикими криками волшебник бросил палочку, развернувшись и бросившись бежать. Ещё секунду, пока противник не скрылся за соседним рядом шатров, данмер раздумывал, стоит ли закончить дело и добить последнего противника, но шорох пошевелившейся Мишель, с крайней степенью испуга на лице отступавшей спиной от мужчины, заставил его передумать.

- Прошу меня простить за столь… неприглядное зрелище, которому вы стали свидетелями… - вздохнув, Авалор повернулся к девушке, отвешивая той полноценный поклон.

- Я… Oui… Д-да…

- Я не причиню вам вреда, - маг покачал головой, разводя руки в стороны, показывая, что, кроме трости в них ничего нет. – Думаю, нам стоит позаботиться о вашей матери и спутницах, - данмер осторожным плавным движением указал на продолжавших лежать на земле вейл, - а затем, как я и говорил, вам лучше будет воспользоваться порт-ключом и покинуть это место…

- Morsmordre! – откуда-то со стороны стадиона раздался чётко различимый голос мужчины, а затем в воздух взвилась лента зелёного призрачного дыма, пронёсшееся над палатками и деревьями и взлетевшее высоко в небо.

- И быстрее… - закончил маг свою фразу, поднимая глаза.

Среди туч, затмевая своим свечением даже полную луну, медленно проступал колоссальных размеров череп, образованный потоками изумрудного светящегося тумана, со змеёй, выползающей из его рта, словно чудовищный язык. Лагерь вокруг взорвался новой волной панических криков и звуков бегущей, куда глаза глядят, толпы народа.

Судорожно сглотнувшая и ставшая ещё более бледной Мишель, лихорадочно закивала, поворачиваясь к своим спутницам, взмахивая палочкой и сплетая одно за другим отменяющее заклинание.

Примечания:

*9.1 Оно же «Сонорус» - чары увеличения громкости голоса. В основном используется на массовых мероприятиях, выполняя роль магического рупора, усилителя и колонок. Действует до применения контр-заклятия «Квиетус» (Quietus).

*9.2 Особенные, магически созданные монеты, принимающие облик любого платёжного средства по желанию лепрекона. Обычно представляют собой золото, благодаря чему и пошли все легенды про невероятные сокровища этих вредных и пакостных карликов, которые можно отнять, если поймать самого лепрекона и убедить его сообщить, где зарыт котелок с золотом. Обычно монеты исчезают в течение суток, хотя на протяжении этого срока их практически невозможно отличить от настоящих, если не применять специальных заклинаний.

*9.3 Она же «Тёмная метка» - магическое клеймо, которое Волдеморт ставил на левую руку своих последователей. Аналогичным образом называется специализированное заклинание (Morsmordre), предназначенное для вызова Чёрной метки в воздухе, чем обычно пользовались Пожиратели Смерти в местах, где они кого-то убили или что-то разрушили.

Метка представляет собой череп со змеёй, выползающей изо рта. Вероятно, такое изображение призвано служить символичной связью Волдеморта и Салазара Слизерина, василиск которого в Тайной комнате появлялся точно таким же образом изо рта статуи основателя Слизерина. Да, Волдеморт – дешёвый позер.

*9.4 Оно же проклятие полной парализации тела. Заклинание, которое полностью обездвиживает цель – руки прижимаются к бокам, ноги слепляются вместе. По сути, человек превращается в «статую», обычно не удерживаясь на ногах и падая навзничь. В обычном случае не наносит прямого вреда, однако, что логично, способно послужить косвенной причиной его нанесения, допустим, если парализованный упадёт лицом в воду или будет впоследствии атакован чем-либо ещё. Отменяется заклинанием Finite incantatem.

*9.5 Оно же заклятие Разоружения. Защитные чары, заставляющие предмет, который держит в руках противник, отлететь в сторону. Чаще всего применяется против противника-волшебника, вынуждая его таким образом выронить волшебную палочку, выбивая её из рук и выбрасывая вверх или в сторону. Аналогичный эффект производит на неодушевлённые предметы малой массы.

В случае вложения большего количества магической энергии (или в случае применения множества заклинаний на одну цель) заклинание способно отправить в полёт не только палочку, но и саму цель.

*9.6 Ирландская «боевая трость». В дословном переводе означает просто «боевая палка», которую использовали в драке с XVII века, когда англичане решили, что стоит запретить ирландцам носить оружие. Имела длину 100-110 см и вес 500-650 г. Набалдашник часто утяжелялся свинцом. По сути представляет собой «незаметное» оружие самообороны, поскольку прародителем баты является обычная терновая трость, с которой «уважаемые джентльмены прогуливались по городу».

В данном случае, Авалор подхватил трость ближе к нижнему концу, превратив её в нечто вроде дубинки.

Глава 10. Трудности международных отношений

Люди ищут скандалы там, где их нет.

(сериал «Готэм»)

Лондон. Министерство Магии. Уровень 1. Кабинет Министра Магии.

- Да вы хоть понимаете, в какую именно позу это грёбанное «происшествие» поставило Министерство магии Англии и лично меня?!

Корнелиус Фадж, продолжавший кричать на своих подчинённых на протяжении уже четырёх часов без остановки, явно собирался заходить на пятый круг, но Амелия Боунс и Руфус Сримджер, к их собственному прискорбию вынужденные этот крик выслушивать, терпеливо ждали, пока министр выплеснет из себя эмоции и станет пригоден к более конструктивному диалогу.

- Вы вообще видели это?! – Фадж практически швырнул в сторону Руфуса свёрнутый номер «Ежедневного пророка», как всегда подсуетившегося и осветившего ночные события. – «Кошмарные сцены на чемпионате мира по квиддичу»! «Ошибка Министерства магии Британии… небрежность службы безопасности… национальный позор…»! Позор!

- Давно стоит прижать главного редактора, - проворчал Руфус. – Его писаки иногда забываются…

- Что? – удивлённо посмотрел на главного аврора Фадж.

- Министр, - вздохнула Амелия Боунс, - никто не мог предположить, что обычные пьяные шалости болельщиков выльются в… это…

- Пьяные шалости?! Accio (*10.1) «Пророк»! – притянув газету заклинанием, министр раскрыл её на второй странице, ткнув кончиком палочки в колдографию на развороте.

На движущейся картинке во всём великолепии красовалась обугленная костяная маска, ещё исходящая лёгким дымком. От предмета осталось не так много, но любой, даже самый невнимательный и недалёкий читатель с лёгкостью его бы узнал, уж слишком живыми были воспоминания о точно таких же масках и волшебниках, которые их носили почти два