Российский колокол №3-4 2021 - Коллектив авторов Страница 56

Зловещим свистом путали они.

Тьма вызывала тысячи чудовищ,

Но что они пред верностью моей?

Мой дух сиял, как тысячи сокровищ,

Горело сердце пламенем свечей.

Тебя увидел: с нежностью во взоре

Взирала ты, даря чудесный свет.

Вручил тебе я сердце, и, без спору,

Мой каждый вздох с тобой на много лет.

Весна цвела на розовых ланитах,

Ткала тебя из нежности и грез,

И магия была в тиши разлита,

Взывал к богам я: «Это ли всерьез?»

Увы, разлука тягостна, печальна!

Твой взгляд безмолвно говорил с моим.

Скрывалась в наших поцелуях тайна,

Любовь и боль подарена двоим!

Исчезла ты, шаги похитил ветер.

От холода, от слез ли я дрожал?

Но, небеса, я счастлив тем, что встретил

Взаимность сердца. Это дивный дар!

Новая любовь, новая жизнь

Сердце, сердце, что все это значит?

Что гнетет, ответить можешь ты?

Новый путь судьбою предназначен,

И горят в прошедшее мосты.

Все исчезло, чем ты дорожило;

Все исчезло, по чему тужило;

Предали терпенье и покой —

Как случилось это все с тобой?!

Ты в плену у юного созданья,

Этот стан как стройный кипарис,

Этот взор – в нем доброты сиянье.

Сбрось оковы эти, поборись!

Узник пойман, в бегстве нет спасенья,

Нет надежды, только опасенья.

Мысли все о ней и к ней одной,

И не выбрать участи иной.

Колдовскою нитью опоясан,

Не порвать, не развязать ее.

Ветреницей безнадежно связан,

Против воли счастие мое.

Жить пристало в колдовском плененьи,

И всегда лишь по ее веленью.

Душит чувств губительный огонь!

Путь, любовь, себе найди иной!

Анастасий Грюн (1808–1876)

Вторая любовь

Любовь вторая нас не утешает.

Все чаще к сердцу подступает страх.

Змея сомнений душу отравляет,

И слышим боль в осенних вечерах.

Седой шахтер, в рудник спускаясь ночью,

Прекрасно знает свой тяжелый путь,

Но перед спуском он творит молитву

И лишь потом решает в тьму шагнуть.

Вот так и мы, свой опыт памятуя,

Тот первый опыт роковой любви,

Боимся вновь довериться надежде,

Все повторяя: «Бог, благослови».

Фридрих Хеббель (1813–1863)

Я и ты

Мы снились друг другу,

и сон ушел прочь.

Живем для любви мы,

но падаем в ночь.

Из снов моих вышла,

а я из тебя.

В другом растворяясь,

теряем себя.

На Лилии белой

две капли слились,

и так же, как мы,

они катятся вниз —

в Чашу Почвы.

Эрих Мюзам (1878–1934)

Е. Б

Ты лжешь, а я так глупо верю!..

И некрасива, но люблю.

На стук мой не откроешь двери.

Влечешь, но чем? Ответь, молю.

Теряюсь в мыслях, что случилось?

Я падаю – и вновь вперед!

Ты с тайной мира обручилась,

непостижим ее исход.

Зигфрид Каверау (1886–1936)

Ты и я

Ты – озеро, а я – луч света,

играющий речной волной.

В сияющий хитон одета,

хочу я быть всегда с тобой.

Ты – лес, а я – звезда надежды,

мерцающая сквозь листву,

и путнику она, как прежде,

преодолеть поможет мглу.

Облатка – ты, а я – твой пастор,

он людям жертвует ее,

и в нашей жизни столь опасной

сей дар украсит бытие.

Ты – Божья тишина, я – воля.

Скрижали – ты, а я – завет.

Едины мы, и наша доля —

звучать симфонией вовек.

Виктор Шнитке (1937–1994)

«Витаю словно в двух мирах…»

Витаю словно в двух мирах:

во сне и наяву.

И грань стирается во прах –

две жизни я живу.

То я парю в закате дня,

то прячусь в мрак ночи.

Где свет и тьма, найдешь меня,

и в трепете свечи.

В дыханье леса, у реки

и в капле дождевой.

Мы далеки, но мы близки,

лишь ты глаза закрой.

Культурология

Светлана Толоконникова

Родилась в 1969 году в г. Березники Пермской области. Детство и юность прошли на КубаниБорисоглебский государственный педагогический институт, осталась работать в учительской семье. В 1990 году окончила в родном вузе преподавателем русской, зарубежной литературы, древних культур. В 2000 году защитила кандидатскую диссертацию на тему «Роман А. Белого „Крещеный китаец" в контексте русской литературы XX века», получила звание доцента. Сейчас работает в Борисоглебском филиале Воронежского государственного университета на технолого-педагогическом факультете доцентом кафедры гуманитарных дисциплин. Опубликовала 5 книг, а также более 80 научных и научно-критических статей по творчеству модернистов и постмодернистов, в частности А. Белого, Н. Гумилева, Ф. Сологуба, И. Бунина, Л. Андреева, Е. Замятина, В. Высоцкого, Т. Кибирова, Д. А. Пригова, по рок-поэзии, ироническому фэнтези и др.

Т. Кибиров и А. С. Пушкин: роман в стихах

Обращение к пушкинской традиции естественно для русской поэзии. Даже принципиально отрицавшие предыдущую культурную традицию футуристы начала XX века никуда не смогли деться от наследия и подспудного влияния своего великого поэтического предшественника. Будучи принципиальными новаторами в области языка и художественной формы, русские футуристы шли именно за ним – революционером поэзии XIX века. Современная же поэзия постмодернизма и не думает отрекаться от каких-либо традиций, никого и ничего не призывает выбрасывать за борт культурного лайнера. Напротив, она, как известно, открыто и декларативно «делает себя» из чужого эстетического опыта. В рамках интертекстуальности различного рода тексты (конкретные, жизни, личности, творчества и т. д.) осваиваются и перечитываются в ином