Беларусь в Первой мировой войне 1914-1918 гг. - Михаил Митрофанович Смольянинов Страница 16

Таким образом, части и соединения, дислоцировавшиеся накануне Первой мировой войны на территории белорусских губерний и пополненные в дни мобилизации личным составом из местного населения, приняли самое непосредственное участие в сражениях в составе войск Северо-Западного фронта и 5-й армии Юго-Западного фронта в Восточной Пруссии, Галиции и западнее Варшавы против германских и австро-венгерских войск. Начавшись успешно для русских войск сражения в Восточной Пруссии и Галиции, по причине плохого управления войсками, отсутствия взаимодействия между штабами и соединениями при проведении военных операций, а также недостатка вооружения и огнеприпасов привели к огромным потерям и отступлению.

Следует отметить, что удельный вес мобилизованных из белорусских губерний и принявших участие в сражениях в этот период, на наш взгляд, был самым высоким.

Глава 3

Белорусские полки июля 1914 г. и их боевое крещение

Население белорусских губерний, как и других земель, граничивших с враждебными для Российской империи государствами – Австро-Венгрией и Германией, в начале Первой мировой войны явилось тем «резервуаром» на западе, из которого можно было быстро влить «живую силу» в соединения русской армии для обеспечения противостояния и нанесения первых ударов по противнику.

По объявлении мобилизации в русскую армию и флот 18 июля 1914 г. чины запаса белорусских губерний в течение нескольких дней пополнили по штатам военного времени дислоцировавшиеся тут части и подразделения 2, 3, 4 и 19-го армейских корпусов, в спешном порядке выдвинутых затем в места сосредоточения и развертывания для начала военных действий. Из местных ратников ополчения были образованы 52 дружины государственного ополчения.

Кроме того, в это же время тут сформировались пять пехотных полков, которым были присвоены общие номера и названия белорусских городов. Таковыми являлись 298-й Мстиславский, 300-й Заславский, 301-й Бобруйский, 302-й Суражский и 303-й Сенненский пехотные полки. Первые два полка (298-й Мстиславский и 300-й Заславский) формировались в Брест-Литовске; 301-й Бобруйский и 302-й Суражский – в Бобруйске, а 303-й Сенненский – в Могилеве.

Для создания «новых» полков выделялся «кадр» из офицеров и нижних чинов, квартируемых в местах формирования полков русской армии. Затем приказом командира образуемого полка эти офицеры назначались на должности командиров батальонов и рот – «сформирование кадров полка», которые приступали к выполнению необходимых функций при организации новой войсковой единицы: получали карты и планы, полевые и записные книжки, производили осмотр обмундирования и снаряжения, прием оружия; организовывали условия для приема новобранцев, распределения их по подразделениям и расквартирования.

Структурно каждый полк состоял из четырех батальонов, в свою очередь батальон – из четырех рот. Полный состав роты определялся в 250 человек. Полностью укомплектованный полк насчитывал в своих рядах 4 тыс. человек.

Во вновь формируемые полки новобранцы поступали из близлежащих уездов белорусских губерний. Комплектование их личным составом производилось по тем же правилам, что и пополнение дислоцировавшихся тут к началу войны полков русской армии, – с первого дня мобилизации, 18 июля. Однако имели место случаи, когда командованием предпочтение отдавалось последним – «смешанным» полкам, так как они как более подготовленные в военном отношении первыми должны были выступить в поход к местам сосредоточения. Например, так поступил командир 303-го пехотного Сенненского полка, направивший в полк вместо положенных по расписанию партий запасных по 50 человек группы «разной величины», которые «очень незначительно пополняли роты». Основная часть новобранцев отправлялась на пополнение 159-го пехотного Гурийского полка (из него был выделен «кадр» для сформирования 303-го Сенненского полка), который должен был «скоро двинуться в поход»[136].

Пополнения в 303-й Сенненский полк в основном поступали активно. Например, 20 июля с Могилевского железнодорожного пункта прибыли партии запасных Сенненского уезда – 200 человек, Чаусского уезда – 235 и Оршанского уезда – 450 человек. 21 июля явились небольшие, в 15–20 человек, группы, оказавшиеся излишними в 159-м Гурийском полку, а 22 июля «прибыло 474 человека запасных из Могилевского, Мстиславского и Оршанского уездов»[137]. На шестой день мобилизации, 23 июля, ожидалось 100 человек новобранцев, а прибыло около 370. Такое увеличение получилось за счет явившихся отставших и оказавшихся излишними в 159-м полку. 24 июля, на седьмой день мобилизации, когда уже «не ожидалось прибытия запасных, их прибыло из разных уездов около 400 нижних чинов»[138]. Все прибывшие были приняты.

Одновременно с комплектованием полка личным составом организовывалась хозяйственная служба: снабжение мясом, хлебом, другим продовольствием; обустраивался быт солдат, производилось их обмундирование, снаряжение и обучение военному делу.

Занятия по военной подготовке стали проводиться на третий день мобилизации – с 20 июля, ежедневно и по расписанию, начавшись с отработки приемов «одиночной подготовки с ружьем, стойка, повороты, ознакомление с винтовкой»; элементов при стрельбе – «приготовительные к стрельбе упражнения» и «штыкового удара». Кроме того, на пятый день мобилизации было организовано обучение караульной и сторожевой службе, стали назначаться караулы из новобранцев, причем не только «предусмотренные мобилизационным расписанием», но также по охране имущества, поддержанию порядка, в том числе был «поставлен караул у моста через р. Днепр, чтобы предупредить излишнее хождение нижних чинов в город».

На седьмой день мобилизации, кроме занятий по строевой и огневой подготовке, во всех ротах и командах полка началась «укладка обоза», подборка всего необходимого «с собой в поход». Для обоза и другого назначения с Могилевского сдаточного пункта в 303-й Сенненский полк 24 июля было направлено 165 лошадей. И уже на следующий день, 25 июля, командир полка проверил укладку обоза. Выявились недостатки: «…еще не был уложен медицинский обоз».

На десятый день мобилизации побатальонно производилась «пристрелка винтовок». В этот же день командиром полка были «осмотрены все лошади и повозки», произведен смотр полка и в 20 часов отправлена телеграмма начальнику 76-й пехотной дивизии и в штаб Минского военного округа о «готовности полка к выступлению в поход»[139].

В последующие три дня (28, 29 и 30 июля) побатальонно выполнялись упражнения по стрельбе, производились «подготовка звена, отделения и взвода, ротные строевые и тактические занятия». Завершающим мероприятием стала «тактическая батальонная учеба» на «участке от предместья Луполово… до р. Днепра». В ходе учений командованием была замечена «большая отсталость нижних чинов в знании обязанностей стрелка в цепи, отделенного и взводного командиров». «Много труда было положено, – отмечено в журнале военных действий, – на урегулирование движения при наступлении, запасные, по старой привычке, стремились делать быстро, но быстрота была беспорядочна, появлялось сразу много мишеней над цепью, делали большие перебежки». «Не на высоте положения в знании уставов оказались прибывшие в полк прапорщики, – записано далее в документе. – Большинство из них объясняют свое незнакомство с требованием военной службы тем, что в мирное