Охотник - Сергей Александрович Малышонок Страница 6

— Я тебе плачу не за то, чтобы ты отвлекался! Отвлекающийся охранник мне не нужен!

— Простите, — не разгибаясь, вновь извинился я. Ибо раз ругается, значит, всё-таки «босс». Хотя, может быть при этом и сменщиком. Но пофиг, мои ответы он понимает, а значит, всё не так уж плохо и жить можно.

— Ладно, уж, — смягчившись, пожал он плечами, подходя ближе. — Но что ты тут хрипишь так, словно машину кирпича разгрузил в одиночку? Случилось чего?

— Нет-нет, — я замахал руками, только чудом не скривившись от протестующе прострелившей мышцы боли во время резкого движения, — всё спокойно, просто, чтобы не уснуть, решил размяться, ну… чтобы взбодриться. И немного переборщил.

— О, это ты молодец. Спорт — это важно. Пусть по мне и не скажешь, но я когда-то был знатным пятиборцем… — мужичок прищурился, погружаясь в воспоминания. Впрочем, вынырнул он быстро. — А то твой предшественник только и делал, что пил и спал, пришлось выгнать мерзавца и нанять тебя. Ну ладно, — он махнул головой, — раз всё в порядке, давай ключи и можешь быть свободен до восьми вечера, сегодня ничего разгружать не нужно.

— Понял, — я склонил голову, пусть сам думает, кивнул я ему, поклонился или ещё чего. — Вот, — протягиваю связку ключей.

— Ну вот и хорошо, — ключи у меня приняли. — На вот, держи — твоя зарплата за ночь, — мне протянули две красных бумажки с изображением какого-то мужика и циферками 5 000. Ещё бы понять, много это или мало. Нет, очевидно, что сторож склада стройматериалов получает немного, но, может, сейчас была зарплата за месяц? Хотя нет, он же сказал за ночь. Н-да, дело ясное, что дело тёмное. Этого хоть на ту заварную лапшу, что я, видимо, ел перед «вселением», хватит?

— До вечера, — на всякий случай ещё раз склонив голову, я по-быстрому заскочил в ангар. Очевидно, что потёртая куртка и кепка принадлежали мне. Вообще, было бы неплохо порыться в ней раньше, но… не сообразил.

Быстро одевшись, я потопал в сторону ворот на территорию и калитки при них, что обнаружил ещё ночью, логично было предположить, что выход тоже в том направлении. Поскольку меня никто не окликнул, сделал я всё правильно. Ворота были закрыты, а вот замок на калитке уже отомкнут, к тому же как раз перед моим приходом в неё зашли двое мужичков рабочего вида. Кивнув им на всякий случай и получив пару смазанных и явно рефлекторых ответов из той же оперы, я поспешно выскочил наружу.

За проходной меня встретил тротуар у дороги, вокруг которой и впрямь располагалось что-то вроде промзоны. Без заводов-гигантов и элитных производств, но что-то такое вокруг чувствовалось, да и сразу несколько магазинов с автомобильными принадлежностями в общий вид весьма вписывались. Также тут, метрах в сорока по правую руку от меня, наличествовала остановка, на которой уже начинала скапливаться публика вида «студентус вульгарис-подработиус» и «быдлос нобилес-синюшес», то есть молодёжь вроде моего нынешнего тела и индивидуумы по образцу моего, как я понял, предшественника, что из всех занятий предпочитают пьянство. Очевидно, остановка была на транспорт до города.

Ещё раз взглянув на показатель своего «пробега», я только тяжело вздохнул. Нет, общественный транспорт — не наш метод. Будем бежать, благо при свете дня удалось получше оценить расстояние до предполагаемого населённого пункта, что теперь был по левую руку от меня, и было оно километра три, может, чуть больше — как раз хватит «добить полосочку». К тому же я нифига не знаю цен, как тут принято платить за проезд и понятия не имею, куда ехать, то есть просто потрачу деньги и попаду в новое место, которое не знаю, скорее всего, без возможности вернутся назад, ибо дорогу не запомню.

Приняв подобное решение, я развернулся в противоположную от остановки сторону и зашагал по пустой по утреннему времени пешеходной дорожке.

— Эх… — как же тяжело было заставить себя продолжить забег… Руки рефлекторно легли в карманы и что-то нащупали, что позволило малодушной части меня найти новый повод повременить: — Так, и что тут у нас?

Карманы куртки хранили два «артефакта». Тонкую книжицу, заполненную иероглифами и имеющую фотографию ничем не примечательного молодого анимешного парня с чёрными волосами. Пусть я не Холмс и методом дедукции владею не так чтобы отлично, но что-то мне подсказывало, что сия книжица есть документ, удостоверяющий личность. То бишь паспорт или его аналог. Хм-м… ну, если даже на фотографии для этого самого паспорта рожа получилась не сильно страшной, то, значит, меня можно назвать если не красавчиком, то симпатягой — закон жизни: на документах всегда получается крокодил. Хотя тут это может и не работать. Второй вещью был тонкий потрёпанный кошелёк из шкуры молодого дерьмантина, хранящий одну купюру бледно-синего оттенка с изображением очередного мужика и циферками 1000, ещё в нём имелось несколько монеток общим номиналом в 240 единиц неизвестной валюты и, собственно, всё. Ни карточек, ни визиток, ни даже фотографий семейства. Печально, хотя вряд ли стоило надеяться, что внутри кошелька будет записка на английском «Если вы читаете это, пожалуйста, отвезите моё тело в Париж, на бульвар Капуцинов, дом восемь», как в том анекдоте про находчивого алконавта с любовью к путешествиям…

Н-да… Ну что же, мистер Хва, или как там тебя, добро пожаловать в этот прекрасный мир! Он весь к твоим услугам.

Тяжело вздохнув, я переложил в кошелёк «зарплату» из кармана джинсов и, убрав находки, заставил почти со скрипом сопротивляющийся этому всему костями организм потрусить по дорожке, добиваясь той скорости, которая засчитывалась Системой за бег.

Следующие два часа слились для меня в череду цветных картинок, практически лишённых участия мысли. Встрепенувшийся было на опасность мозг увидел длину маршрута, глянул на первые отчёты от рецепторов по всему телу при возобновлении нагрузок и, решительно заявив всему остальному организму, что наху… ну его — так жить, заперся где-то в черепе, не подавая признаков жизни, отчего остальное тело вынуждено было перейти в режим бездумного механизма на грани критической поломки.

Однако пусть с остановками, пусть не сразу, пусть несколько раз прильнув к попавшимся стенкам и заборам, но уже где-то в городской черте таймер наконец-то показал заветное [10/10 км] и строчку [Завершено] напротив него.

Перед глазами у меня уже давно властвовала темнота с узким-узким коридорчиком по центру, поэтому я даже не знаю, на каких остатках силы воли смог свернуть с пешеходной дорожки и, вместо того чтобы рухнуть на газон, почти цивильно присесть под каким-то деревом,