Возвращение домой - Ирис Белый Страница 7

Наши взгляды с отчимом встретились, а потом он посмотрел на девушку и неожиданно для меня сказал.

— Вы уволены, я не терплю неуважения к старшим, а тем более, если оно сопровождается оскорблением хозяев дома.

— И вы ей верите! — воскликнула Елена — Это неправда, я ничего не делала!

— Хватит, это моя дочь, пусть и не по крови и ей я вею сильнее, чем кому бы то не было, когда дело касается моей жены!

И тут вмешалась Агата.

— Виктор я уверена, что Елена ничего плохого... - начала она, но ее перебил Виктор.

— Агата замолчи, любое неуважение в этом доме, неприемлемо, особенно неуважение к хозяевам — тихо, но четко сказал он.

Он поддержал меня! Я в шоке, нет, надо срочно уходить отсюда.

— Ладно, я схожу к маме, посмотрю как она — вставая, сказала я

— Только постарайся не буди ее, она плохо спит — улыбнулся мне отчим.

Я лишь кивнула и вышла. Поднялась в спальню к матери, я тихо постучала и вошла. В комнате горел ночник, а моя мама спала на спине, укрытая одеялом и при этом казалась такой маленькой и хрупкой, что мне захотелось плакать. Но потом я заметила большой животик и на моих губах появилась улыбка. Она так хотела малыша, и она добилась своего, только жалко, что при этом она может погибнуть сама. Хотя я ее понимаю, было время, когда я тоже сделала все, чтобы родить своих малышей.

Я тихо подвинула кресло, и села рядом с кроватью, наблюдая, как она спит. Я вдруг вспомнила, как в детстве я прижималась к ней, когда мне было плохо, и как она всегда находила доброе слово для меня. А потом, я перестала быть ее маленькой девочкой и все из-за Виктора.

— Васса, дочка, это ты? — я не сразу узнала ее голос.

— Да мам это я — попыталась улыбнуться я.

Она посмотрела на меня и покачала головой. Как же она сдала за эти четыре месяца.

— Они тебе рассказали? — поняла она.

— Да! — кивнула я.

— Зря, я так не хотела, чтобы ты знала — покачала она головой.

— Но почему? — удивилась я

Она явно смутилась.

— Я хотела, хоть с тобой чувствовать себя здоровой, я так устала от жалости в глазах окружающий, а еще я ведь знаю, что тебе сейчас очень плохо и не важно, рассказываешь ты мне, почему или нет, я твоя мать и знаю, когда моему ребенку плохо. Я не хотела добавлять тебе проблем, прости меня малышка.

Я смотрела на нее а слезы потекли из моих глаз, моя мама страдала от моего недоверия, а я даже не замечала этого, глубоко вздохнув я подошла и упав рядом с ней замерла, я так хотела ее обнять и не могла, не зная можно ли, но она все поняла и протянула ко мне руки.

— Иди сюда котенок! — и я прижалась к ней как раньше, в детстве и стало так хорошо! Мне вдруг захотелось рассказать ей все, я знала, что она поймет, но тут я почувствовала сильный толчок и улыбнулась сквозь слезы.

— Привет — я аккуратно погладила живот — а кого мы ждем, и почему я узнаю об этом последняя? — улыбнулась я матери.

— Не знаю, — пожала она плечами — я не узнавала пол, просто хочу этого малыша и счастлива, что он есть. А не сказала, потому что не знала, как ты это воспримешь.

— Мам, я так счастлива за тебя! — рассмеявшись и обнимая ее, сказала я.

Весь следующий день я проводила с матерью, она старалась быть рядом со мной, будто не была уверенна, что увидит снова. Я замечала мелкие симптомы и понимала, что ей плохо. Я молчала, сколько могла, но вечером не выдержала и спросила.

— Мам, а ты уверена, что то, что ты делаешь правильно? — начала я — Я понимаю, что ты хочешь этого ребенка, но может, стоит сделать кесарево, срок уже большой и малыш будет жить, а у тебя появится шанс вылечиться.

— Я думала об этом, но я не хочу рисковать малышом, поэтому я дождусь конца срока.

Я сплеснула руками.

— Мама, а ты подумала, как ему будет если ты умрешь? Что с ним будет, я далеко, а Агата не будет заботиться о нем, Виктору будет самому нужна помощь!

— Ты не понимаешь, у тебя нет детей, поэтому ты не знаешь, как это любить кого-то сильнее, чем самого себя, когда ты готова на все, чтобы защитить и уберечь свое дитя! Придет время, и ты поймешь это, но не сейчас.

— Мам, я прекрасно понимаю тебя! — не выдержала я — У меня самой... - но договорить мне не дали, в дверь постучали и вошли Агата с Виктором.

— Извините что мешаем — фальшиво зачирикала Агата, а я впервые заметила ее животик. Но он был какой-то ненастоящий, уж слишком округлый что ли, при виде этого животика, я думала о подушке, а не о ребенке. — Мы тут обсуждали последние нюансы свадьбы и хотели уточнить. Василиса, ты сядешь вместе с семьей, за главный стол, или предпочтешь стол гостей? — обратилась она ко мне.

'А ведь ты боишься меня' — взглянув на нее поняла я. И правильно делаешь, я могу тебе жизнь подпортить как ты мне.

— Конечно за главным! — разнервничалась мама — я не потерплю, чтобы моя дочь сидела непонятно где!

Видя, как взволнована мама, я испугалась за нее.

— Мама, успокойся все хорошо! — бросилась я к ней, когда заметила, что она побледнела.

Виктор схватился за телефон и через пятнадцать минут появился врач. Мы уложили ее спать и еле успокоили и то при условии, что я останусь рядом с ней, я просидела рядом несколько часов, а когда собралась уже уходить, она вдруг спросила.

— Васса, дочка, а что ты мне хотела сказать, когда пришли Агата с Виктором

Она была такой слабой, что я не смогла заставить себя солгать.

— Мам, это не важно, мы поговорим завтра, или послезавтра, ладно? — улыбнулась я ей — тебе надо отдохнуть.

— Ты не уедешь? — с надеждой спросила она, и я почувствовала себя такой виноватой, что игнорировала ее

— Нет, ближайшие два дня — нет, — поцеловала я ее в щеку — а