«Руководство скептика по Вселенной»: Как отличить реальность от вымысла в мире, который тонет в фальши. - Steven Novella Страница 7

Конфабуляция — проще говоря, мы выдумываем всякую чушь. Это полностью автоматический и подсознательный процесс. Опять же, наш мозг стремится выстроить непрерывное и последовательное воспоминание, поэтому, если в нем не хватает каких-то деталей, он просто выдумывает их, чтобы заполнить пробелы.

Люди с деменцией склонны конфабулировать чаще, поскольку ухудшение памяти и когнитивных функций создает больше пробелов, которые им приходится заполнять. В тяжелых случаях у пациентов с деменцией можно без особого труда спровоцировать ложные воспоминания о целых событиях, которых никогда не было.

Детали выдумываются для того, чтобы подчеркнуть эмоциональную значимость события. На самом деле общая тематическая и эмоциональная значимость воспоминания хранится отдельно от подкрепляющих его деталей.

В 2008 году, когда Хиллари Клинтон спросили о ее поездке в Боснию, состоявшейся несколькими годами ранее, она вспоминала:

Я, конечно, помню ту поездку в Боснию. И, как говорил Того, в Белом доме ходила поговорка: если какое-то место слишком маленькое, слишком бедное или слишком опасное и президент не может туда поехать, пошлите туда Первую леди. Вот мы туда и отправились. Я помню, как мы приземлились под снайперским огнем. В аэропорту должна была состояться какая-то церемония встречи, но вместо этого мы просто бежали, пригнув головы, чтобы поскорее сесть в машины и добраться до нашей базы.

Затем Клинтон стала жертвой эпохи видеозаписей. На видео этого события, найденном прессой, Клинтон непринужденно идет со своей дочерью Челси без какой-либо видимой спешки или страха. Она даже останавливается на летном поле, чтобы поприветствовать маленькую девочку. Рассказ Хиллари и видеозапись разительно контрастируют друг с другом.

Клинтон подверглась широкой критике за «ложь» об этом событии, но в подобных обвинениях нет необходимости. Она помнит страх и тревогу, сопровождавшие ее поездки в неспокойные регионы мира, и ее мозг вполне мог дорисовать детали, соответствующие этой эмоциональной канве.

В 1995 году Элизабет Лофтус и Жаклин Пикрелл провели исследование, которое стало известно как эксперимент «Затерянные в торговом центре». Они опросили старших родственников двадцати четырех испытуемых, чтобы составить для каждого из них брошюру с подробным описанием четырех историй из их детства. Однако только три из этих историй были правдивыми; четвертая же была полностью вымышленной историей о том, как они потерялись в торговом центре.

Испытуемые смогли вспомнить некоторые детали в 68 процентах реальных историй. Тем не менее 29 процентов участников также частично или полностью вспомнили вымышленное событие. Некоторые испытуемые могли пересказать ложное событие во всех подробностях и были твердо уверены в точности своего рассказа.

В исследовании 2010 года, проведенном Изабель Линднер и ее коллегами, ученые обнаружили, что простое наблюдение за тем, как другой человек совершает какое-то действие, может создать ложные воспоминания о том, что это действие совершили мы сами. Они сообщают:

В трех экспериментах участники наблюдали за действиями, некоторые из которых они не совершали ранее, а затем прошли тест на определение источника воспоминаний. Наблюдение за действиями по сравнению с контрольными условиями приводило к стойкому возникновению ложных воспоминаний о собственном исполнении.

Это исследование продолжает ряд других работ, доказывающих, что воображения какого-то события часто бывает достаточно для создания ложного воспоминания о нем. Воображение активирует многие из тех же областей мозга, что и реальное воспоминание. По сути, воспоминание о воображаемом событии со временем может стать неотличимым от воспоминания о реальном событии — так и рождается ложное воспоминание.

Это особенно актуально для многих терапевтов, работающих с «жертвами похищения НЛО», которые используют гипноз и побуждают своих клиентов воображать, будто их похитили. Это «исследование» на самом деле оптимизировано для создания (а не выявления) ложных воспоминаний о похищении инопланетянами.

Исследование Джулии Шоу и Стивена Портера, проведенное в 2015 году, показало, что многих взрослых можно убедить в том, что они совершили несуществующее преступление, всего после трех часов допроса в полиции. Она сообщает:

Наши результаты показывают, что ложные воспоминания о совершении преступления, повлекшем за собой контакт с полицией, на удивление легко сформировать, и они могут содержать такие же сложные детали, как и реальные воспоминания.

По сути, наш мозг постоянно нам врет. Он рассказывает нам истории, собранные из множества источников, добавляя детали по мере необходимости, чтобы заполнить любые бреши.

Персонализация — существует тенденция переносить воспоминания о событиях, произошедших с другими людьми, на себя. Если кто-то рассказывает нам захватывающую историю о какой-то встрече, то спустя месяцы или годы мы можем вспомнить себя в главной роли или, по крайней мере, в качестве непосредственного свидетеля. (Возможно, это объясняет явно ложные воспоминания Боба и Джея о Помпеях.)

Ведущий телеканала NBC Брайан Уильямс также мог стать жертвой этого феномена. На протяжении многих лет он рассказывал историю о том, как находился в вертолете, который под обстрелом совершил вынужденную посадку во время полета над Ираком. Проблема в том, что со временем его история менялась и отличалась от воспоминаний других людей, которые там присутствовали. Похоже, ретроспективно он персонализировал историю о вынужденной посадке другого вертолета и объединил ее со своим собственным, менее примечательным полетом. На самом деле Уильямса уволили, скорее всего, просто за то, что его память оказалась столь же несовершенной, как и у всех остальных.

Контаминация — мы — социальные существа. Частью нашей социальной природы является то, что мы придаем большое значение свидетельствам других людей. Когда люди вместе обсуждают какое-то событие, делясь подробностями своих индивидуальных воспоминаний, они с большой вероятностью заражают воспоминания друг друга. Люди берут детали, предложенные кем-то другим, и органично встраивают их в собственные воспоминания.

Именно поэтому свидетелям в суде не разрешается встречаться или разговаривать друг с другом до дачи показаний.

Искажение — детали воспоминаний также могут попросту меняться или искажаться. Со временем они могут трансформироваться или подстраиваться под эмоциональный нарратив воспоминания.

Воспоминания могут искажаться под воздействием внушения. Достаточно просто подсказать человеку какую-то деталь, пока он восстанавливает событие в памяти, и он может без труда встроить её в свое воспоминание. Если, например, свидетель видел фигуру в капюшоне и не мог определить пол человека, то одного упоминания интервьюером этой фигуры в женском роде (как «она») может оказаться достаточно, чтобы в памяти запечатлелся образ женщины в капюшоне.

Различные элементы памяти также могут искажаться независимо друг от друга. Исследование Скурника и его соавторов 2005 года подтверждает идею о том, что мы помним