От дам-патронесс до женотделовок. История женского движения России - Ирина Владимировна Юкина Страница 76

Мужская интеллигенция считала эти притязания чрезмерными. Равные избирательные права представлялись нарушением «основного человеческого разделения занятий», разрушением «основы цивилизации»694. Самое прогрессивное мнение о перспективах женщин в электоральном процессе заключалось в принципиальном признании принципа «всеобщности избирательных прав». Но при этом утверждалось, что «в данный момент» в виде «временной меры» и по «практическим соображениям» его следует распространить только на мужское население695.

Перед активистками движения встала проблема собственного выхода на политическую арену, предъявления обществу проблем своей социальной группы, получения избирательных прав. Стержневой идеей была та, что «женщина до тех пор будет только рабою мужчины, а не самостоятельным человеком, пока законы, регулирующие ее деятельность, будут издаваться без ее содействия»696.

Возникла необходимость в идеологии не благотворительно-охранительного характера, а наступательного. Собственно, только такого рода идеология могла вывести движение на новый уровень, обосновать его властные притязания. Помимо разработки идеологии, встала проблема внедрения ее в массовое сознание.

С этого момента движение приобретает конкретный, или специфический, характер (H. Blumer697). Специфичность его выражалась в четко сформулированной цели: достижение избирательных прав для женщин.

Создание женских организаций как «порождающих сред» под конкретные цели было апробированным путем в русском женском движении. Эта практика была продолжена. Но, кроме того, появилась потребность в расширении репертуара коллективных действий. Новая цель требовала новых решений, тем более что с развитием демократических институтов в стране появились новые возможности и ресурсы, которые нужно было осваивать.

Стабильность движения, институциализация его некоторых структур, таких как высшие и средние женские учебные заведения, женские общества, женские журналы, составили организационную и материальную базу нового этапа движения.

К 1905 году движение уже обладало значительными вещественными и невещественными ресурсами. К первым нужно отнести собственные здания (например, учебные корпуса и общежития Высших женских Бестужевских курсов, Женского медицинского института, «Вз.-благ. общества», «Общества доставления дешевых квартир»), арендованные квартиры для женских организаций, которые десятилетиями занимали одни и те же помещения (как, например, квартира «Вз.-благ. общества» на Спасской улице), а также финансы и материальные ценности.

Невещественные ресурсы составляли лидеры и участницы движения, которые работали в каждой женской организации и которые имели опыт, организационные навыки и связи; «клиентки» движения, которые были кровно заинтересованы в его стабильности и успешности, а также их солидарность, ценности, нормы и, собственно, сами организации движения.

Так, в ситуации новых политических и организационных возможностей произошло переосмысление целей движения. Появились новые организации, манифестировавшие цели нового этапа – политические. «Старые» женские организации корректировали свои уставы, меняли структуру. «Вз.-благ. общество», например, в 1906 году открыло отдел избирательных прав женщин.

В то же время наряду с задачей-максимум ставились и задачи-минимум. Например, требования феминисток в области образования в начале века включали в себя:

– выравнивание программ женских и мужских гимназий;

– право на поступление в государственные университеты.

В сфере занятости были выдвинуты следующие требования:

– право продвигаться по всем ступеням юридической карьеры (при наличии юридического образования);

– право избрания на должность присяжных поверенных наряду с мужчинами;

– право занимать должности инспектрис, попечительниц, преподавательниц по всем предметам в женских учебных заведениях;

– равные права с мужчинами-врачами для женщин-врачей;

– уравнение зарплат, льгот, наград и пенсий с мужскими;

– право занимать одинаковые должности с мужчинами во всех общественных учреждениях698.

Мобилизационный контекст движения

Женщинам полагаться не на кого, они должны надеяться на свои собственные силы и в момент подъема общественного <…> бороться за свои права, собираться в общества, союзы, организации, выражать свой протест.

Первый женский календарь на 1906 год

Значимыми социальными институтами для генезиса женского движения второго этапа – для русского суфражизма и феминизма – выступили институты политических партий, законодательной (Государственная Дума), исполнительной (правительство, земства) и судебной власти, институты прессы, литературы, а также идеология и инфраструктура «старого» и «нового» женского движения. Вышеописанные события национального масштаба послужили толчком к адаптации и развитию феминистской идеи на отечественной почве. Феминистская мысль обосновала требование избирательных прав для женщин всех социальных классов и статусов и стимулировала появление новых женских организаций.

Новыми женскими политическими организациями феминистской ориентации были: Союз равноправности женщин (1905), Женская прогрессивная партия и Женский клуб при Женской прогрессивной партии (1906), Женский политический клуб (1906), Российская Лига равноправия женщин (1907), Петербургский женский клуб (1908), «Общество охранения прав женщин» (1910), Всероссийский женский совет (1917).

Достижение для женщин избирательных прав, равных мужским, с 1905 года стало главной целью российского женского движения и русского феминизма. Только получение избирательных прав открывало, по мнению участниц движения, реальные перспективы равноправия. А полноценное женское представительство в политической системе страны рассматривалось ими как необходимая составляющая процесса демократизации общества.

Властные притязания женщин, деятельность женских организаций по достижению поставленной цели, дебаты о наличии общеженских интересов внепартийного характера и вовлечение в движение женщин разной партийной принадлежности, работа с женщинами низших слоев – все это вызывало реакцию противодействия со стороны ряда партий и политизированных союзов, в том числе и тех, которые оценивались равноправками как потенциальные союзники.

Отношение партий к женскому движению

Все партии, включая самые левые, более чем равнодушны к женскому вопросу.

А. Тыркова

Еще тогда я впервые поняла, как мало заботилась наша партия о судьбе русских работниц, как незначителен был ее интерес к женскому освободительному движению.

А. Коллонтай

Попытка женских организаций включить женские избирательные права во всероссийскую политическую повестку и получить их на волне протеста не удалась. Предстояла долгая и кропотливая работа.

Ни одна из социально-политических доктрин и соответствующих им социальных движений, в том числе феминистская, не была лишена социальной и идейной обусловленности и не была свободна от социальных утопий. Ни одна из российских партий теоретически не разрабатывала «женский вопрос», отношение к нему было «несколько потребительским»699.

Партии социалистической ориентации включили эту проблему в свои программы, исходя из теоретических предпосылок, но решать вопрос предполагали в далеком будущем и собственными силами, отстранив женское движение, то есть самих женщин. Первой партией, включившей пункт о женском политическом равноправии, была РСДРП, что было зафиксировано в программе 1903 года в формулировке «Всеобщее, равное и прямое избирательное право <…> для всех граждан и гражданок»700.

Суть социал-демократического понимания «женского вопроса» заключалась в том, что положение женщины при капитализме вызвано разделением труда и частной собственностью, что женщина-работница испытывает двойной гнет капитала и буржуазной семьи