Константин Бальмонт - Том 1. Стихотворения Страница 21

Тишина

Есть некий час всемирного молчанья.

Возрождение

(сонет)

Близ пышной Мексики, в пределах Аризоны,Меж рудников нашли окаменелый лес,В потухшем кратере, где скаты и уклоныБезмолвно говорят о днях былых чудес.

Пред взором пристальным ниспала мгла завес,И вот горим агат, сапфиры, халцедоны, –В тропических лучах цветущей АризоныСквозь тьму времен восстал давно отживший лес.

Он был засыпан здесь могучим слоем пыли,Стихийной вспышкой отторгнут от земли,С ее Созвездьями, горящими вдали.

Но канули века, и кратеры остыли,Скитальцы бледные владыками пришли, –И новым сном зажглись обломки давней были.

Мертвые корабли

Прежде чем душа найдет возможность постигать, и дерзнет припоминать, она должна соединиться с Безмолвным Глаголом, – и тогда для внутреннего слуха будет говорить Голос Молчания…

Между льдов затерты, спят в тиши морейОстовы немые мертвых кораблей.Ветер быстролетный, тронув паруса,Прочь спешит в испуге, мчится в небеса.Мчится – и не смеет бить дыханьем твердь,Всюду видя только – бледность, холод, смерть.Точно саркофаги, глыбистые льдыДлинною толпою встали из воды.Белый снег ложится, вьется над волной,Воздух заполняя мертвой белизной.Вьются хлопья, вьются, точно стаи птиц.Царству белой смерти нет нигде границ.Что ж вы здесь искали, выброски зыбей,Остовы немые мертвых кораблей?

«На Полюс! На Полюс! Бежим, поспешим,И новые тайны откроем!Там, верно, есть остров – красив, недвижим,Окован пленительным зноем!

Нам скучны пределы родимых полей,Изведанных дум и желаний.Мы жаждем качанья немых кораблей,Мы жаждем далеких скитаний.

В безвестном – услада тревожной души,В туманностях манят зарницы.И сердцу рокочут приливы: „Спеши!“И дразнят свободные птицы.

Нам ветер бездомный шепнул в полусне,Что сбудутся наши надежды:Для нового Солнца, в цветущей стране,Проснувшись, откроем мы вежды.

Мы гордо раздвинем пределы Земли,Нам светит наш разум стоокий.Плывите, плывите скорей, корабли,Плывите на Полюс далекий!»

Солнце свершаетСкучный свой путь.Что-то мешаетСердцу вздохнуть.

В море приливыШумно растут.Мирные нивыГде-то цветут.

Пенясь, про негуШепчет вода.Где-то к ночлегуГонят стада.

Грусть утихает:С другом легко.Кто-то вздыхает –Там – далеко.

Счастлив, кто мирнойДолей живет.Кто-то в обширнойБездне плывет.

Нежная иваСпит и молчит.Где-то тоскливоЧайка кричит.

«Мы плыли – все дальше – мы плыли,Мы плыли не день и не два.От влажной крутящейся пылиКружилась не раз голова.

Туманы клубились густые,Вставал и гудел Океан, –Как будто бы ведьмы седыеРаскинули вражеский стан.

И туча бежала за тучей,За валом мятежился вал.Встречали мы остров плавучий,Но он от очей ускользал.

И там, где из водного пленаНа миг восставали цветы,Крутилась лишь белая пена,Сверкая среди темноты.

И дерзко смеялись зарницы,Манившие миром чудес.Кружились зловещие птицыПод склепом пустынных Небес.

Буруны закрыли со стономСверканье Полярной Звезды.И вот уж с пророческим звономИдут, надвигаются льды.

Так что ж, и для нас развернулаСвой свиток седая печаль?Так, значит, и нас обманулаБогатая сказками даль?

Мы отданы белым пустыням,Мы тризну свершаем на льдах,Мы тонем, мы гаснем, мы стынемС проклятьем на бледных устах!»

Скрипя, бежит среди валов,Гигантский гроб, скелет плавучий.В телах обманутых пловцовИссяк светильник жизни жгучей.

Огромный остов корабляВ пустыне Моря быстро мчится,Как будто где-то есть земля,К которой жадно он стремится.

За ним, скрипя, среди зыбейНесутся бешено другие,И привиденья кораблейТревожат области морские.

И шепчут волны меж собой,Что дальше их пускать не надо, –И встала белою толпойСнегов и льдистых глыб громада.

И песни им надгробной нет,Бездушен мир пустыни сонной,И только Солнца красный светГорит, как факел похоронный.

    Да легкие хлопья летают,И беззвучную сказку поют,    И белые ткани сплетают,Созидают для Смерти приют.

    И шепчут: «Мы – дети Эфира,Мы – любимцы немой тишины,    Враги беспокойного мира,Мы – пушистые чистые сны.

    Мы падаем в синее Море,Мы по воздуху молча плывем,    И мчимся в безбрежном просторе,И к покою друг друга зовем.

    И вечно мы, вечно летаем,И не нужно нам шума земли,    Мы вьемся, бежим, пропадаем,И летаем, и таем вдали…»

Искры

И они отпали от Великого Источника, и падая зажrлись не верным светом.

Туман ли собирается,Скрывая небосвод,Звезда ли загораетсяНад лоном синих вод, –Бессменно-одинокая,Душа грустит всегда,Душа душе далекая,Как для звезды звезда.

Из Летописи МираПовсюду сказка бледная –Загадкой предо мной,Горит заря победная,Сменяется Луной, –Но нет ответа нежности,И гасну я без слов,Затерянный в безбрежностиТоскующих миров.

Как медленно движениеТомительных часов!Как мало отраженияВ обмане наших снов!Как мало отраженияНегаснущих огней,Что дремлют без движенияЗа гранью наших дней!

За гранью отдаленноюБесчисленных светил,За этой возмущенноюТолпой живых могил,Есть ясное БезветриеБез плачущего я.Есть светлое БезветриеБез жажды бытия.

Но то не Смерть, печальнаяВладычица людей,Не пляска погребальнаяНад грудами костей.За гранями алмазнымиНи ночи, ни утра.Ни зла с его соблазнами,Ни тусклого добра.

Там вечны сны блаженныеВ прозрачной мгле мечты,Там вечны сокровенныеВиденья Красоты.Нетленным светом нежностиТам все озарено,Там счастие Безбрежности,Где слито все в одно.

Зачем же, – дух стремления,В разлуке с Красотой, –Я жажду отдаленияОт родины святой!Я – искра, отступившаяОт Солнца своего,И Бога позабывшая,Не знаю для чего!

Воздушно-белые

I tell thee, when 1 pass away, it is to tenfold life, to lore, to peace, and raptures holy Unseen descending weigh my light wings upon balmy flowers.