Роберт Рождественский - Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе Страница 46

Сарьян

Сарьян рисует, бормоча.Ворча, Сарьян рисует.Худой,прозрачный, как свеча.Рисует,будто судит…Он говорит:                «Сиди ровней…Зачем плывешь, как масло?..Ты —        в маске…Очень сладко в ней…Сейчас исчезнет                      маска!..Скрипишь зубами?Не беда!Ты зол,          но травояден…Что?Уползаешь?..Никудане денешься,                 приятель…»До судорог,до тошноты,под канонаду пульса!И —вот он,         вот он,                  вот он – ты!Закончено.Любуйся…Он дышит, как бегущий лось.К спинерубаха липнет…Крича,         рисует Мартирос.В конце работы —хрипнет.Сейчас он             как уснувший взрывна перевале горном…Сидит,         глаза полузакрыв,нахохлившийся кондор.И кажется бескрылым,ноот этого порогаушли в полетдавным-давнокрылатые             полотна!..Окно раскрыто,а за нимпросторно и морозно…

И Арараткак будто нимбнад гривой               Мартироса.

«Ежедневное чудо – не чудо…»

Ежедневное чудо —                           не чудо.Ежедневное горе —                           не горе.Настоящее горе                     другое.И о нем говорить не хочу я.Ежедневные блестки —                                как ветошь.Ежедневная ноша                        не давит.В ежедневные слезы                           не веришь.Не тревожит.Надоедает.Лжет язык              в ежедневном застолье.Бесконечные вопли                          писклявы.Постоянные вздохи —                              не вздохи.Ежедневные клятвы —                               не клятвы.Ежедневная ссора —                            не ссора…Но,над спелой росой нависая,вдруг встаетежедневное солнце.Ошарашивая.Потрясая.Ежедневной земли                         не убудет…

И шепчу я,               охрипнув от песен:пусть любовь                  ежедневною будет.Ежедневной, как хлеб.Если есть он.

Речка

А эта речка так течет!Стоишь и смотришь:– Ах ты черт!Куда же ты,               судьба моя?..

Она в ответ:– Иду в моря…

– Ты жперестанешь быть рекой!..

– Я знаю.Мой удел            такой.Умру,пересчитав мосты…Но я нужна.                Нужна!..

А ты?

«И ночь холодна…»

И ночь холодна.И день голубой.И души людские                       в обойму                                   втиснуты…Но ведь будет когда-нибудь                                    последний                                                  бойна этой крутящейся,круглой,единственной!Придется             высшую правду понять.И где-тона пятом часу наступления,улыбнувшись,последнюю пулю принять…(Если б только знать,что она —последняя!)

«Мы в ревущих колоннах…»

Мы в ревущих колоннах,как в газетных колонках.Однозначныебуквыот Амурадо Буга.По-крестьянски корявы,по-боярски нарядны —станем рядом,и сразуобразуется              фраза!Та, что с громом на равных.Та, что мир осветила.Это – мы!От заглавныхдо слепого петита.Продолженье сказанийна ветру ошалелом…Кто нас пишет?Мы сами!Чем нас пишут?Железом!Сквозь разводы подпалинмы, как пот,                проступаем.И Гераклы.И Будды.И бессмертье.И злоба…

Мы в Истории —                        буквы.Лишь немногие —                          слово.

Баллада о спасенном знамени

Утром        ярким, как лубок.Страшным.Долгим.Ратным.Был разбит               стрелковый полк.Наш.В бою неравном.Сколько полегло парнейв том бою —не знаю.Засыхало —                без корней —полковое знамя.Облака          печально шлинад затихшей битвой.И тогдас родной земливстал       солдат убитый.Помолчал.Погоревал.И —      назло ожогам —грудь своюзабинтовалон   багровым шелком.И подался на восток,отчим домом                  бредя.По земле            большой,                        как вздох.Медленной,               как время.Ползпустым березняком.Шеллесным овражком.Он себя           считал полкомв окруженье вражьем!Из него он               выходилгрозно и устало.Сам себе            и командир,и начальник штаба.Ждал ончаса своего,мстил        врагу               кроваво.Спал он в поле,и егознамя        согревало…Шли дожди.Кружилась мгла.Задыхалась буря.Парня        пуля              не брала —сплющиваласьпуля!Ну, а ежели               бралав бешенстве напрасном —незаметной               кровь была,краснаяна красном…

Шел он долго,                   нелегко.Шел      по пояс в росах,опираясь на древко,как на вещийпосох.

Стихи о последних метрах

Готовься,            музыка,для всплесков медных!..

Я славлю             мужествопоследних метров!..Мелькнут и канутцвета и блики.А ротраспахнут,как будто в крике!И воздух горький —комком у горла.А бровка —                в гору!А бровка —                в гору!Все выше,             выше,за гранью риска…Соперник             дышитдо жути близко.И, значит,             до́лжноприбавить скорость.А мысли:            точка!А сердце:            кончусь!Судьба —в оправахсекундомеров…

Я славлю             правдупоследних метров!Ты душу           выложил,дрожишь, устав…

И нету         финиша.Есть новый старт.

Признание кинодублера

Я – кинодублер.Не слыхал              о профессии этой?Пока не воспетой.

И правильно,                  что не воспетой!Понять не могу,почему мне еще не обрыдлапрофессия драться,профессия прыгать                          с обрыва,во имя искусстваидти на волков и на тигров…Плевать мне,что имя мое не указано в титрах!Хоть там,            где я падаю,редко лежат                поролоны.И ноютк дождливой погодемои переломы…Я – кинодублер.Я летаю,            бегу                 и ныряю.Не верю в страховку.Себе одному                 доверяю…

Допустим,идея сценария всех полонила.Картина —               в работе.Отснятапочти половина.Герой закапризничал.Начал        канючить и плакать.В такую погодугерою не хочется плавать.Натура «горит».Режиссер             шевелюру лохматит.Менявызывают.И я говорю им:                    «Снимайте!»И вот я плыву.Я скачу на коне.Я фехтую.Пью чай в перерывах.На руки озябшие дую.

Разбито колено.Плечо под кровавой корою.А рядом снимаютсякрупные планы                     героя.Я – мышцы его.Я – бесстрашье его.Я – решимость.

Я – кинодублер.А дублерам               нужна одержимость!И снова я лезу куда-то                              по чертовой стенке.А хилый геройрепетирует               сцену                      в постельке.Я в нем растворюсь,как река растворяется в море…

Наверное, послеон будет и в славе, и в моде.Наверно, потомон расскажет, как падал,                                как дрался.И как ему было приятно.И чуточку страшно…

Я – кинодублер.Я, наверное, злюсь                         без причины…Пусть девочки верят,что он —             настоящий мужчина!А этот мужчинас гримершей ругается                             долго.А в нем от мужчины,пожалуй что, брюки.И только.

Я – кинодублер.А сегодня я пью и тоскую.Давай за дублеров,которые жизнью рискуют!Ты —        тоже дублер.Ты порою вопишь исступленно.Другие —              молчат.Им легкоза спиною дублера.

Огромное небо