Роберт Рождественский - Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе Страница 98

Трудная профессия

Тихие окна               заря занавесила.Мать над кроваткой склонилась упрямо.Нету на свете бессонней профессии,чемпрофессия мамы.

Дети      большие и малыенаша надежда и мука.Мамы,        учитесь быть мамами!Это – большая наука.

Я говорю            совершенно ответственнои без предвзятости и без обмана:нету на свете труднее профессии,чемпрофессия мамы.

Дети      большие и малыенаша надежда и мука.Мамы,        учитесь быть мамами!Это – большая наука.

Песня старого актера

Под счастливой звездой я родился,жизнь качала меня и трясла.И высокая доля артистамне однажды на плечи легла.Этой участи знаю я цену:вот я руки свои распростер,вот сейчас выходить мне на сцену.Так, как будто идти на костер!

На судьбу мы чужую не зарились,в этом нас упрекать не трудись.Дайте занавес!Дайте занавес!Ваше слово,                товарищ артист.

Мы в гастрольные шли караваны,мы читали стихи нараспев.Ах, какие бывали провалы!Ах, какой грандиозный успех!Как сияли прекрасные лица!И восторг проходил по рядам.И от счастья, уткнувшись в кулису,режиссер, как ребенок, рыдал.

Мы на солнце немыслимом жарились,мерзли мы в поездах до утра.Дайте занавес!Дайте занавес!Нам еще отдыхать                         не пора.

Я играл палачей, и героев,и карманников, и королей.По ночам меня будит пороюэхо сыгранных мною ролей.И хотя их никто не оценит,и хотя я свое отыграл,смерти я не боюсь, – ведь на сценея две тысячи раз умирал.

Буду жить, не ворча и не жалуясь.И однажды тихонько скажу:Дайте занавес!Дайте занавес.Дайте занавес…                     Я ухожу.

Сны

Мальчишки уснули,                           подушку дыханием грея.Мальчишки уснули                          на теплой ладони страны.Пожалуйста, тише!                         Ведь в это полночное времяснятся ребятамкрутые звездные сны.

Сны, сны, сныо больших марсианских веснах.Сны о молчанье Луны,сны о звездах.Сны, сны, сны,приходите почаще, пожалуйста!Простые сны, великие сны,сны, сны.

Они вырастают,                      веселые мальчики эти.Они покидают с улыбкой                                  края тишины.И где-то на дальней,                           еще неизвестной планетеснятся ребятамземные синие сны.

Сны, сны, сныо дождях, пролетевших косо.Сны о разбеге волны,сны о росах.Сны, сны, сны,приходите почаще, пожалуйста!Простые сны, великие сны,сны, сны.

Люди глядят на небо

Люди глядят на небо.                             Небо над ними с детства.Люди взрослеют.Люди смеются.Людям в колясках тесно.Им напевают мамы                         медленно и прекраснотихую песню,сонную песню,песню, в которой сказка.

Но,    улыбаясь нежно,будто считая версты,люди       глядят на небо,люди       глядят на звезды.

Люди глядят на звезды.                               Взгляд их велик и вечен.Люди мечтают.Люди взрослеюти расправляют плечи.Людям по нраву ветер,                              им нипочем туманы.Сильные людивышли в дорогу —вы не сердитесь, мамы!

Вот, улыбнувшись нежно,мир оглядев спокойно,люди       уходят в небо…Только         в земле их корни.

Неоткрытые острова

Видишь,           птицы летят осторожнона далекие вспышки огня.И распахнут весь мир,                              и дорогатак и просит:шагни на меня!

Там, где небо                  шторма занавесили,там, где вязнут в тумане слова,обязательно                есть неизвестные,неоткрытыеострова.

И взлетают               соленые брызги,закипают, нацелясь в луну.И тяжелые              мокрые бригиразрезаютбольшую волну.

Там крутые               права и законы,там закаты литые, как медь,и продрогшие                   синие горыждут людей,презирающих смерть!

Эти земли              в раскатистом громе,в незнакомом тревожном дымупокорятся лишь храбрым,                                  а кроме —ни за что!Никогда!Никому!

Там, где небо                 шторма занавесили,там, где вязнут в тумане слова,обязательно                есть неизвестные,неоткрытыеострова.

1964–1970

Даль великая

Даль великая,                  даль бескрайняяза околицей и в судьбе.Я тебе, земля,                  низко кланяюсь,в пояс кланяюсь тебе.Мой родимый край,                          место отчее,ты – и праздник мой,и броня.Память общая                   и песня общаяу моей землии у меня.

Я качал тебя                 на своих руках,то кляня судьбу, то моля.Друг без друга нам                          не прожить никак.Будем дальше жить, земля.Мой родимый край,                          место отчее,ты – и праздник мой,и броня.Горе общее               и счастье общееу моей землии у меня.

В свой последний час                             я вздохну, скорбя,и на жизнь свою оглянусь.Малым зернышком                          упаду в тебя,спелым колосом вернусь.Мой родимый край,                          место отчее,ты – и праздник мой,и броня.Сердце общее                   и солнце общееу моей землии у меня.

Если б камни могли говорить

Если б камни могли говоритьпод летящими вдаль облаками,рассказали б о мужестве                                камни,если б камни могли говорить.

С неба смотрят звезды, не мигая.Тонет полночь в медленной волне…А над Брестомтишина такая,будто мир оглох на той войне.

На границе родимой земливихревые сирены завыли.Встали мертвые рядом с живымии, обнявшись, в бессмертье ушли.

Трескался бетон, изнемогая,людям было тяжелей вдвойне…А над Брестомтишина такая,что нельзя не вспомнить о войне.

Было каждое сердце как Брест!Под огнем навесным, перекрестнымвраг нарвался на тысячу Брестов,билось каждое сердце, как Брест!

Сердце билось, боль превозмогая,даже стены плавились в огне…А над Брестомтишина такая,будто мир оглох на той войне.

Если б камни могли говоритьпод летящими вдаль облаками,рассказали б о мужестве                                 камни,если б камни могли говорить.

Товарищ песня

Остался дом за дымкою степною,не скоро я к нему вернусь обратно.Ты только будь, пожалуйста, со мною,товарищ Правда,товарищ Правда!

Я все смогу, я клятвы не нарушу,своим дыханьем землю обогрею.Ты только прикажи – и я не струшу,товарищ Время,товарищ Время!

Я снова поднимаюсь по тревоге.И снова бой, такой, что пулям тесно!Ты только не взорвись на полдороге,товарищ Сердце,товарищ Сердце!

В большом дыму и полночи, и полдни.А я хочу от дыма их избавить.Ты только все, пожалуйста, запомни,товарищ Память,товарищ Память!

Воспоминание о полковом оркестре

Нам рано на покой.И память не замрет.Оркестрик полковойвновь за сердце берет.

Прости, красавица,что жизнь пехотнаявновь расставаниесулит тебе.Не зря начищенатруба походная —такая музыказвучит у нас в судьбе!

С ним трудно, как по дну,сквозь огненную тьмуя шел через войну,шел к дому своему.

Вновь блещет сереброморкестрик полковой.Он, словно вешний гром,над нашей головой.

Прости, красавица,что жизнь пехотнаявновь расставаниесулит тебе.Не зря начищенатруба походная —такая музыказвучит у нас в судьбе!

Мгновения

Не думай о секундах свысока.Наступит время,                      сам поймешь, наверное:свистят они,как пули у виска, —мгновения,              мгновения,                            мгновения…

У каждого мгновенья – свой резон,свои колокола, своя отметина.Мгновенья раздают – кому позор,кому бесславье,                    а кому бессмертие!

Мгновения спрессованы в года,мгновения спрессованы в столетия.И я не понимаю иногда,где первое мгновенье,                             где последнее.

Из крохотных мгновений соткан дождь.Течет с небес вода обыкновенная…И ты порой почти полжизни ждешь,когда оно придет,                       твое мгновение.

Придет оно, большое, как глоток,глоток воды во время зноя летнего…А в общем, надо просто помнить долгот первого мгновенья                             до последнего.

Не думай о секундах свысока.Наступит время,                      сам поймешь, наверное:свистят они,как пули у виска, —мгновения,              мгновения,                            мгновения…

Песня о далекой родине