Новелла Матвеева - Мяч, оставшийся в небе. Автобиографическая проза. Стихи Страница 99

Такое впечатленье

Такой туман ехидный,Как будто сожгли в нём резину…Такое впечатленье,Что в море подлили бензину,        Что жирный блеск бензина        Мне радугу скорчил для виду,        Что старая дрезина        Собой заменила Тавриду.Какое странное море! —Ни белое, ни голубое…Такое впечатленье,Что сдан Севастополь без боя.        Неужто лиходеи        От праведной кары закляты?        Такое впечатленье,        Что крепости — ПОДЛОСТЬЮ взяты!О, всякий плен печален,Погибельно рабство любое.Но доблестных плененье,Но рабство отчаянных — втрое!        Решусь ли оглянуться        На шум заповедного флага?        Такое впечатленье,        Что льётся из глаз моих влага,Что в миреНет одиночеГЕРОЕВ,СВОБОДЫ ЛИШЁННЫХ.Что нет ничего жесточеТрусов вооружённых!        И щиплет глаза от рези,        Как будто попал в них и жжёт их        Отскол от статуи Фрэзи —        Заступницы мореходов…Но тот не взвидит света,Кого униженный проклял.Такое впечатленье,Что там, за моросью блёклой        Есть яркое море Грина        И Фрэзи Грант на «Бегущей»…        Такое впечатленье,        Что с нами Бог Всемогущий.

Лермонтов

Я русский…

Шотландской крови в Вас — такая малость(Хоть капля эта дивно-знаменита),Что вряд ли вообще до Вас домчалась,А в жилах Ваших пращуров размыта.Вы русский. Лермы? Но уже на пятойСтупеньке рода (сколь бы ни блестящей)Не остаётся крови привходящей.Вы русский. Чистый. Вылитый. Завзятый.Вы, — сердце обжигающий стихамиРодимыми; Вы, — в ком Отчизна дышит,Вы — русский! Даже ежели припишутРусейший гений, выраженный Вами,Не этой вот махине, в Вас осевшей,А капельке, — до Вас не долетевшей.

Золотое сечение

— Кто мне ответит, — спросил декан в заключение(Это должно быть известно художникам думающим!), —Что означают слова: «Золотое сечение»?

— Это, — ответил студент, не успев подготовиться, —Это — когда ваш ребёнок хамит, но ВЫСЕЧЕН будучи,Вдруг ЗОЛОТЫМ становится.

Учёный муж — не тот, кто знает письменаХалдеев… И латынь… И наделён смекалкой…А тот, кого женаПорою учит палкой.

Если стакан до краёв не долили,Мне его видеть — каким?Наполовину наполненным илиНаполовину пустым?        Если мы в духе, — запомним        Этот стакан — полуполным.        Если же вдруг загрустим, —        Наполовину пустым.

Не подходи к жаровне с лейкой,К медведю — с тёплой телогрейкой,А к леонардовой «Мадонне» —С логарифмической линейкой.

Чтобы вновь развеселитьсяНаконец могла и я,За врагов моих… молитьсяОбещали мне друзья!

Братцы! Если негодяиИ не стоят батогов, —Что же вы так быстро взяли…Сторону моих врагов?

И хоть я, — вы не сумлитесь! —Благодарна вам весьма,За СВОИХ врагов молитесь!За МОИХ — уж я сама.

Да. Стишки довольно серы.Но, по-моему, не надоВыдавать за «чувство меры»Серость авторского взгляда.

        Покоряясь чувству меры        И живя как будто в путах,        Трижды правы Гулливеры        В королевстве лилипутов:

Если сам себя поддатьсяЧувству меры не заставишь,То, — куда бы ни податься, —Всё — кого-нибудь задавишь!

        Но святое чувство меры        И пигмей лелеет сглупу,        А такое «чувство меры»        Видно… только через лупу!

Ан — малютку и такое«Чувство меры» жжёт и гложет:Всё и вся — одной ногоюЗадавил бы! Да не может.

Мне дружбы героическим уютомНепросто овладеть, золотокрылым!Дружить? Но как же?Как Патрокл с Ахиллом?Как Гёте с Шиллером?Или… как Цезарь с Брутом?

Дружище! Не горюй, что я без премий:В густой толпе, где всяк — лауреат,Неплохо: отличиться между всемиОтчётливым ОТСУТСТВИЕМ НАГРАД.

И шум и гам, и трения и прения:— Позор! Позор! Художник принял премиюЧерез посредство деспота, как плут!

Афина! Подивись на этих демонов:Они и сами добрых дел не делают,И деспотам их делать не дают.

Кому судьба на шпагах драться —Уж за кирпич не должен браться.Но — с незапамятных времён! —Подобный тип распространён.

Ни в чём не взять ему умом,А только подлостью да силой.А норовит, чтобы о нёмШептали: «Ловкий!», «Умный!», «Милый!»…

Но ошибаетесь, друзья,Не поношенье — цель моя:Без вышеназванных трюкачествОн был бы малый лучших качеств.

Как частоЗрителей турнирныхПленял бы он и ослеплял,Когда бы выпадов рапирныхПинками ног не подкреплял.

Кто нынчеВ этом мире хрупкомВсех учит праведным поступкам?Священник? Истинный поэт?Актёр? Философ? Лекарь? Нет.И не декан, и не старьёвщик,А… НАТОВСКИЙ БОМБАРДИРОВЩИК!

Чего не повидали вроде?Премногих подняли на свист…Но вот вам — новое в природе:Бомбардировщик — моралист!!!

Нынче в хозяйстве моёмДолго царит запустенье.Где Ариаднина Нить?Где Золотое Руно?

Нету! Кастальский РодникСохнет без примененья.Дерзкий подкидыш Зоил —Ходит не порот давно…

Посвящение

Певец растленья маленьких детей!Накалыватель бабочек на спицу!В курортной романистике твоейЯ чую грифа! Зрю гиену-псицу!

А кто тебе сказал, что ты звезда?Да; иногда бывает гений грубым.Но смачным — никогда. Но красногубым,Но масляным, но хищным — никогда.

Вернулся к нам, однако ж, Мезозой.И где бы он тебе ни кинул «Здравствуй», —Уж из камней выглядывает глаз твойПод крокодильей чувственной слезой.

И уж ходить не надо за экватор,Чтобы с тобой столкнуться, аллигатор!

Памяти Янины Дегутите [71]