Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 - Екатерина Барсова Страница 129

– Дядя Джордж? Я с ним никогда не встречалась. Это он купил билеты, но они остались в кармане у Джо. – Глаза Мэй наполнились влагой. – Я даже не знаю точно, куда мы направлялись. Ужасно, да? Джо всегда все делал сам. А я ведь не хотела ехать… – Слезы покатились по ее щекам.

– Плачьте, плачьте, Мэй. Вам надо выпустить горе. Если дядя Джордж оплачивал ваши билеты, власти разыщут его адрес, я позабочусь об этом.

– Я не заслуживаю вашего участия, Селеста. Мне так неловко, так стыдно… – Мэй шмыгнула носом.

– Глупости! Знаете, скоро начнется панихида по умершим. Думаю, нам следует присутствовать. Мой отец – священник, и он говорит, что прощание облегчает душу. Стоя бок о бок, мы всегда сможем поддержать друг друга.

– Разве вам не полагается быть с ними? – Мэй кивнула туда, где собралось большинство пассажиров первого класса. Они переговаривались между собой, курили.

– Мэй, мы вместе. – Селеста ласково погладила ее руку.

Мэй больше не могла сдерживаться и зарыдала.

– Джо ведь не вернуть, да?

– Всегда есть надежда. Возможно, еще какое-нибудь судно подобрало выживших.

Мэй вздохнула и сглотнула душившие ее слезы.

– Нет, он мертв. Я чувствую это вот здесь, – прошептала она, показав на сердце. – Я должна была умереть со своей семьей…

– Не смейте так говорить! Подумайте об Элле. Сейчас она нуждается в вас больше, чем когда-либо.

Мэй коснулась головки ребенка и тихо произнесла:

– Вы правы. Каждому ребенку нужна мать.

И пусть ты не моя плоть и кровь, – вздохнула она, глядя в глаза маленькой незнакомке, – но я сделаю для тебя все, что в моих силах.

Глава 22

Нижний Манхэттен

Анджело Бартолини знал, что сегодня опоздает на работу, но все же не торопился и старательно наносил последние штрихи в отделке квартиры на Бакстер-стрит. Он уже давно вычеркивал дни в календаре, с нетерпением ждал, когда увидит Марию и новорожденную дочку. Он хотел, чтобы обе комнаты пришлись Марии по душе, и потому решил немного подкрасить стены. Дядя Сальви и тетя Анна помогли обставить небольшое жилище: теперь тут есть кровать, детская колыбелька, стол, два стула и комод для одежды. Ремонт необходимо закончить до приезда Марии, то есть к среде.

Он отступил назад, чтобы полюбоваться своей работой, и улыбнулся. Не хуже, чем во дворце. Осталось повесить новые гардины и поставить на стол вазу со свежими фруктами из дядиного киоска на Малберри-стрит. К моменту воссоединения семьи все должно выглядеть идеально.

Анджело нащупал в кармане комбинезона открытку. На ней был изображен самый великолепный корабль в мире. Его жена и ребенок с шиком прибывают в Нью-Йорк, где они все вместе начнут новую жизнь. Это путешествие – добрый знак, который сулит им счастье.

Как же долго Анджело откладывал встречу! Во-первых, из-за ребенка, а во-вторых, потому, что хотел для своей жены самого лучшего. Им не придется делить угол с чужими. Район Малберри, пыльный и шумный, кишит соотечественниками Анджело, которые отчаянно стараются заработать на жизнь. Может, улицы Нью-Йорка и вымощены золотом, но мостить их приходится именно итальянцам.

В первое время уличная суета, так непохожая на покой и размеренность тосканской деревни, ошеломляла Анджело. Стены зданий нависали над головой, в спертом воздухе было трудно дышать. Духота, вонь, тела, вповалку лежащие на полу, – все это было невыносимо. Анджело пришлось нелегко, однако он сумел продержаться и увидеть на нью-йоркских улицах шанс для себя. Он пошел в помощники к приятелю дяди Сальви, таскал тяжести на строительной площадке в порту, а когда забирался на леса, то вдыхал свежий ветерок с Гудзона. Анджело не боялся высоты и таким образом нашел постоянную работу с регулярной выплатой жалованья.

Поначалу он собирался заработать денег и вернуться домой в Италию, но Мария уговорила мужа разрешить ей приехать и тоже посмотреть на Америку. Он так соскучился, что не нашел в себе сил отказать. Потуже затянул пояс, скопил на билеты, нашел жилье, и теперь наконец его мечта близка к осуществлению.

Анджело из кожи вон лез в своем стремлении порадовать красавицу жену, целовал распятие и крестился, моля святых помочь им обустроиться на новом месте. Он знал, в какой нищете живут люди на окраинах, видел вдов и детей, которые вынуждены собирать старье и ютиться под лестницами. Днем, работая на высоте в восемь этажей, он также видел семьи, устроившие себе жалкие лачуги на крышах, где по ночам приходится обливаться потом от невыносимого зноя и духоты, поднимающейся с раскаленных городских улиц.

Сколько надежд и мечтаний умерло прямо здесь, после того как разразилась эпидемия тифа? Анджело ни за что не допустил бы, чтобы после многих лет, проведенных в живописной сельской местности, его семья увидела разруху и запустение, ведь его жена и дочь заслуживают только лучшего. Он неохотно отложил кисть и шагнул за порог, в новый рабочий день.

* * *

Анджело трудился, вися в люльке над улицами Манхэттена, а в мыслях прикидывал, что еще необходимо сделать к приезду жены. Они обязательно устроят семейный праздник. Анна с дочерьми приготовят угощение, а он должен сходить в лавку и купить продуктов.

– Анджело, не спи! – предупредил кто-то, заметив, что тот отвлекся и забыл о мерах предосторожности.

Внимание Анджело было приковано к человеку, который с криками бежал по Малберри-стрит. По воздуху поплыло слово Titanico, к углу улицы потянулись женщины в фартуках и сорочках, мужчины хватали газеты и лихорадочно перелистывали страницы.

– Эй, в чем дело? – окликнул Анджело напарника.

Рокко пожал плечами, но другой рабочий, сидевший чуть дальше, крикнул:

– Говорят, пароход потонул… «Титаник» потонул!

Анджело похолодел. Перекинув сумку с инструментами через плечо, он спустился по лесам и метнулся к толпе. Кровь стучала у него в висках, пот лил градом. На газетном щите он прочел заголовок: «ТИТАНИК» ПОШЕЛ КО ДНУ. ВСЕ СПАСЕНЫ!» – и рухнул на колени от облегчения. Если так написано, значит, это правда. Газеты не врут.

И все-таки Анджело побежал дальше, вслед за возбужденной толпой. Перед конторой компании «Уайт стар лайн» на Бродвее уже собралось довольно много народу, кучки людей можно было видеть и в сквере Боулинг-Грин. Все хотели получить информацию, любую, только бы правдивую, однако слухи, витавшие над толпой, внушали тревогу. От страха весь запас английского вылетел у Анджело из головы, и он мог лишь улавливать обрывки фраз.

– Per favore… пожалуйста… какие новости? – повторял он, теребя кепку и стараясь унять дрожь. На еще недавно радостных лицах теперь было написано напряженное ожидание. «Molti