Владимир Евгеньев - Огни святого Эльма Страница 104

– Слушай, шел бы ты отсюда, – сказал бородач, предложивший отнять бочонок у Дирка. – Нам все эти проповеди уже надоели, у нас есть свой проповедник, и мы хотим выпить.

– Да, конечно, – отозвался отец Олег. – Что мы, попы, умеем, только проповедовать. Я вам не буду навязывать свою душеспасительную болтовню. Воля ваша. Желаю вам успеха.

– Да пусть поговорит, – сказал один здоровенный матрос, до сих пор молчавший. – Мне интересно, что он такое будет болтать. Так же, как Ханс или по-другому?

– Ну, давай послушаем, – с досадой согласился первый оратор. Видимо, его оппонент благодаря своей физической силе обладал определенным авторитетом.

– Говори поскорее, а то мы не успеем выпить.

Отец Олег начал говорить, и матросы из других групп постепенно стали прислушиваться. Скоро почти все собрались вокруг него.

– Я понимаю, господа, – сказал священник, – что жизнь у вас слишком тяжелая, и она кажется безысходной. Вечные скитания по морю, тяжелый труд, мучения, потом один день передышки через шесть дней, который проходит с огромной быстротой, не приносит никакого удовлетворения. Понятно, что вы предаетесь разным порокам, потому что не видите выхода из вашего положения. Вы озлобляетесь, ропщете на Бога, который подверг вас такому испытанию. Вам кажется, что Господь вас заставляет в слезах, в крови терпеть разные притеснения, голод и жажду, обиды друг от друга, всевозможное зло, которому нет конца.

Но ведь это не так. Бог тоже спускался на землю. Это было, когда он родился от Девы Марии в конкретную историческую эпоху, в первом веке. Иисус прошел весь земной путь, испытал множество страданий, не имел своего пристанища, постоянно скитался, терпел насмешки, непонимание своих ближайших учеников. Христос творил добро, а люди отвечали ему неприязнью, завистью, злобой. Ему говорили, что он изгоняет сатану силой князя бесовского. Иисуса гнали, множество раз покушались убить. В общем, не было ему ни минуты покоя, народ теснил его. Все сбегались ко Христу, требовали исцелений, хотели слышать от Него слово. Они чувствовали Его силу, но не понимали учения Иисуса. Одно время Его хотели сделать царем, а через несколько дней уже кричали: «Распни Его!». Слово Христа вызывало в людях противоречивые чувства, оно разрушало привычные представления о жизни и показывало новый светлый путь.

В страшном напряжении, не имея постоянного крова, Господь проповедовал целыми днями на людях, среди которых были враги, хотевшие его убить и все время причинявшие ему зло. Потом ему пришлось пережить предательство одного из избранных учеников, арест, избиения, поругания и мучительную смерть на кресте. Что самое страшное, он знал все это наперед. В Гефсиманском саду Он как человек содрогался, думая о том, какие мучения ожидают впереди. Тем не менее, Иисус остался тверд и прошел свой путь до конца.

Потом он умер на кресте, чтобы искупить грехи всех людей, которые были до него, при нем и после него, чтобы они имели возможность унаследовать вечное блаженство в царствие небесном, где уже не будет ни зла, ни страданий, ни лжи. Чтобы мы были достойны и готовы вкусить настоящее счастье полной жизни, такой прекрасной, которую мы даже здесь на земле представить себе не можем. Да, мы видим, что Господь сострадает нам. Он сам пришел, чтобы умереть за нас и избавить от всех мук и дать нам возможность спастись.

Но каждый из нас наделен свободной волей и чтобы принять этот дар, который Господь дал нам ни за что, просто так по своему милосердию, хотя человечество своими делами заслужило только вечные мучения, мы должны приложить некоторые усилия. Доказать наше искреннее желание спастись, тем, что употребим свою свободную волю и свой разум и силы на то, чтобы постараться исполнить то, что нам заповедовал Бог. Поверьте, для всемогущего Господа не бывает безвыходных ситуаций, и ваше положение небезнадежное. Вы все можете спастись, перейти к нормальной жизни и по смерти унаследовать царствие Божие.

До этого слова его все слушали молча.

– Так что же мы должны сделать? – спросил один из матросов с преувеличенной заинтересованностью в голосе.

– Смотри, как хитро он загнул, – сказал другой.

– Вы спрашиваете, что вы должны делать. Очень просто. Вы должны раскаяться и попросить у Бога прощения.

– Сейчас мы раскаемся, только выпьем.

Некоторые засмеялись.

– Но, конечно, если вы будете пьянствовать, развратничать, достичь состояния истинного сокрушения о грехах вам будет невозможно. Душа будет слишком занята этими страстями, – сказал отец Олег. – Покаяться – значит искренне пожалеть о своем грехе, понять, что на самом-то деле мы должны были поступить иначе.

– А что мы такого сделали? Ведь это сумасшедший капитан заварил эту кашу.

– Да, конечно, капитан должен покаяться в первую очередь, – серьезно ответил отец Олег, – но вы тоже должны осознать свою неправоту и свои прегрешения. Ведь вы все сначала согласились с ним, когда он произносил свои кощунственные слова.

– Как же было с ним не согласиться? Он же пристрелил Франка.

– Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, – сказал отец Олег.

Постепенно настроение толпы стало меняться, становясь все более враждебным.

– Послушайте, друзья, ведь дело не в этом, – закричал Краб, – когда мы были молоды, все в это верили. А я слышал, как современные люди говорят, что это все вранье, легенда, нет ни Бога, ни Иисуса Христа, кто это все доказал? После смерти человек гниет и превращается в землю, надо успеть насладиться здесь.

– Да, Краб прав, – стали говорить некоторые из матросов.

– Послушайте меня, – неожиданно громко сказал философ. Он залез на большой камень. Все удивленно обернулись к нему.

– А, Альфред, оказывается, умеет говорить, – пошутил кок. Судовой повар не перестал готовить, несмотря на волнующие события, и сейчас он бросил чайкам целую пригоршню рыбьих потрохов.

Альфред, так звали философа, раньше никому не пытался навязать свое мнение, а темы, занимавшие матросов, ему были не очень интересны и поэтому он действительно мало с кем общался. Данила подумал, что в очках, с волосами до плеч, в джинсах и футболке Альфред больше напоминает барда, чем оратора, но скоро Даню увлекла речь философа. У последнего был довольно низкий голос, и он говорил громко и с выражением:

– Послушайте, даже если это все легенда, то все равно существуют же такие понятия как добро и зло. Да, они относительны, в прошлом и настоящем добром и злом называли не одно и то же. Но все-таки что-то остается неизменным. Ведь любая религия учит нас добру, но если Бога нет, то все-таки подлость остается подлостью, а подвиг подвигом. И есть люди, которые делают добро просто, потому что это добро, и они чувствуют, что поступают правильно. Но наше понимание положительного и отрицательного индивидуально, ведь сознание во многом определяется нашим опытом. И тот, кто для одного народа является героем, для другого может быть злодеем и предателем. Но все-таки есть что-то, заставляющее любое сердце биться чаще от радости и благодарности или ужасаться и испытывать отвращение.